Аудит одуванчиков - Эндрю Гивлер

"Орион!" заорал я - или попытался это сделать. Когда я закричал, воздух вокруг меня исказился. Я услышал свой собственный крик издалека, как будто стоял в конце далекого туннеля, и у меня заложило уши, как при резкой смене высоты. Мысленно я подтолкнул Уиллоу, чтобы она проснулась. Я вскинул руку с уже знакомой мне вспышкой огня, и правой рукой метнул свою силу в презрительном жесте в сторону ведущего убийцы фейри.

Вместо того чтобы бежать, убийца поднял руку, и по комнате, как от зимнего ветра, прокатилась волна ледяного холода. Что-то темное и ледяное пронзило мой огненный шар. Пламя испарилось в струе пара, издав приглушенное шипение.

В сердце поселился холодок. Однажды я одолел в бою Лорда Земли, но, если быть честным, я застал его врасплох своими способностями. Мне еще не доводилось сражаться с представителями аристократии Воды. Я видел, как Мэв применяет свои силы, но это не давало мне никаких идей, как сражаться с тем, чьи силы так прямо противоположны моим собственным. Возможно, я нашел свой собственный криптонит. К тому же, если не ошибаюсь в своих предположениях, Лорд Воздуха останавливал распространение звука, не давая моим предупреждающим крикам достичь моих друзей. Для ассасина это было просто отвратительно полезно.

Если я не могу кричать, как девица, попавшая в беду, мне придется самому идти за друзьями. В тактическом отступлении нет ничего постыдного; если вы уступаете в вооружении, численности и не можете получить подкрепление, благоразумие требует, чтобы умный генерал дожил до следующего дня.

Я повернулся, чтобы броситься к спальням, но мраморный пол потек как вода, каменная волна захлестнула мои ноги, прежде чем стать твердой и приковать меня к месту. Святое дерьмо, они притащили сюда весь цирк. Тот, кто хотел моей смерти, бросил в меня всю кухонную раковину с магией фейри за одну атаку.

"Что нам делать?" мысленно крикнул я Уиллоу, надеясь, что Лорд Воздуха не может блокировать мои мозговые волны так же эффективно, как он блокировал звуковые.

"Не дай им потушить меня, не дай им потушить меня, не дай им потушить меня", - отозвался Уиллоу, его голос был наполнен паникой. "Сожги их всех. СОЖГИ ИХ ВСЕХ".

Цвет огня вокруг моих рук сменился с ярко-оранжевого на безжалостный белый. Даже я немного отшатнулся от жара, вызванного страхом духа. Убийцы приостановили свое наступление, ослепительный свет моих огненных рук плясал в отражении их золотых масок.

"Надеюсь, вы знаете, как погасить себя", - прорычал я, бросая шар пламени в ведущего фейри. Леди Воды снова взмахнула своей ледяной плетью, и мой огненный шар жалобно зашипел, но на этот раз огонь не погас, а с гулом устремился к моим врагам. Убийцы, изображая кегли для боулинга, разбежались прежде, чем шар попал в них, но я был готов назвать это ударом.

Доверившись духу огня, который был со мной, я ударил левой рукой по ногам. Раскаленное добела пламя вскипятило мрамор, позволив мне высвободить ноги из похожего на жевательную резинку камня. Остатки липкого пола прилипли к моим подошвам, как будто они были покрыты жевательной резинкой. Кто-то задолжал мне новую пару кроссовок.

Нападавшие в золотых масках ошеломленно уставились на меня, и я показал им свои зубы в хищной улыбке. То, что я не был Охотником, вовсе не означало, что Мэтт Карвер был легкой добычей. Молча они рассредоточились, кружа вокруг, как стая волков, преследующих добычу. Я держался непринужденно, как стрелок, готовый выхватить оружие при малейшем движении.

"Итак, - сказал я, мой голос все еще звучал искаженно и странно в пузыре силы Лорда Воздуха. "Кто из вас регулирует громкость?"

Никто не ответил. Я подумал, что они не будут настолько любезны, чтобы указать на него. Ассасины, как правило, предпочитают молчать - разговоры разрушают всю мистику. Кто бы ни управлял ветром, это было единственное, что мешало мне разбудить Ориона. Если мне удастся избавиться от него, то остальным нападавшим придет конец.

Если они не собираются преподнести своего товарища на золотом блюде, мне придется делать то, что я умею лучше всего: строить догадки вслепую, не имея ничего за душой, и надеяться, что они сработают. Именно так я прошел больше тестов в школе, чем кто-либо мог поверить. Хотя, учитывая, как я закончил школу, может быть, и поверили бы.

Я выбрал парня справа от себя. Мне не понравился его взгляд. Он не был достаточно зажигательным. К счастью, у меня была как раз та вещь, которая могла помочь в этом. Стиснув зубы, я взмахнул рукой, посылая в Фейри волну раскаленного добела пламени. Я не стал ждать, чтобы посмотреть, сработает ли моя атака; вместо этого наклонился в повороте, разворачиваясь лицом к убийце, который был позади меня. Я протянул обе руки, вкладывая всю свою ярость и волю в пламя, которое устремилось к нему.

Убийца отпрыгнул назад, но я продолжал атаковать, огонь вырывался из моих рук, как из огнемета. Я вращался по кругу, продолжая поливать жаром, отталкивая стеной пламени мелких злодеев, пытавшихся подкрасться ко мне сзади. Как только я создал для себя зазор, то снова повернулся к своей первоначальной цели.

Я выбрал его не случайно. Я понятия не имел, был ли он Лордом Воздуха или нет, но именно он стоял спиной к стене, а значит, бежать ему было некуда. Я знаю, что это немного жестоко. Не моя вина, что пятеро ассасинов затеяли драку против одного маленького оруженосца Охоты. Я должен был играть на выживание, иначе меня ждала очень быстрая смерть.

Спина ассасина ударилась о непробиваемую стену, и мое сердце стало таким же твердым, как и мрамор, из которого она была сделана. Я сделал два шага вперед, погружая его в огненную струю. Он не успел даже вскрикнуть, как пламя охватило его. Он полностью остановился, упал и покатился, но яростный огонь Уиллоу не собирался отступать. Огонь охватил его, как будто голодный, а он был первой пищей за месяц.

Удовлетворенный тем, что теперь он принадлежит Пламени, я позволил огненному гидранту угаснуть и повернулся лицом к остальным четырем. Воздух все еще был искажен. Оставалось четыре варианта - двадцать пять процентов шансов угадать правильно. Теперь я стоял спиной к стене, но мне так