Как появился наш съедобный мир: Захватывающая история еды от картошки до шампанского - Полина Трояновская

образом преображающие вкус воды и отчасти дезинфицирующие ее. Еще они утоляют постоянную жажду — есть упоминания об употреблении до трех литров легкого пива ежедневно. Были и горячие напитки — травяные отвары, поссет, глинтвейн, горячее пиво, горячий сидр, ячменная вода.

Характерно, что простую воду мир почти не пил, потому что ее качество было сомнительным. Воду пытались механически фильтровать, пропуская через ткань или песок. Кипячение было еще впереди — отсутствовала нужная посуда и уверенное понимание, что кипячение воды помогает обеззаразить ее.

И вот быстро, лавинообразно в жизнь людей приходят новые напитки. Они приносят новые вкусы, а также вынуждают нагревать или кипятить воду — пока не для обеззараживания, а для приготовления напитка. Но оздоровительный эффект кипячение все равно приносит.

Скажите, вы тоже делите их в голове на две группы: а) чай; б) кофе и какао? Возможно, на такое деление влияет цвет или сценарии употребления. В реальности же групп три, кофе и какао не ближе друг к другу, чем к чаю.

Путешествия продуктов подтверждают точность названия «эпоха ВЕЛИКИХ географических открытий». Карта известной нам земли расширялась на глазах, с невероятным размахом. За несколько лет в поле зрения появляются и Бразилия (1500 год), и Китай (1516 год). Китай — это чай. Век спустя была налажена торговля — голландские купцы начали привозить чай на продажу. А с 1637 года Голландская Ост-Индская компания наладила бесперебойные поставки чая в Европу. Вскоре чайную инициативу перехватили англичане, и закрутилось. Дальнейшие события могут стать сценарием для десятка фильмов. Англия, Голландия, США и другие страны ведут борьбу за рынки и пытаются уменьшить стоимость чая. Китай и Индия поочередно становятся крупнейшими игроками и получают свою долю радости и ужасов от обладания чаем. Появляются разные виды чая, чайные традиции и посуда, горячий и холодный чай, чайные пакетики…

КОФЕ

Кофе проникал в Европу разными путями, со всех сторон сразу.

Одна из веток тянется из Эфиопии, через Сирию и Турцию — этот кофе добрался до нас вместе с купцами и торговлей. Мы помним несколько дат из кофейной истории:

• В 1554 году была открыта первая кофейня в Стамбуле. Забавно, что в Калуге есть сеть прекрасных кофеен «1554», названных в честь этого события. Местные жители их ласково называют пятнашкой.

• В 1640 году первая кофейня была открыта в Венеции, она называлась «Араб» и находилась на площади Сан-Марко. Исключительный успех имела кофейня «Флориан», открытая в 1720 году. Сейчас она считается самой старой сохранившейся кофейней Европы.

Расположение — Венеция, площадь Сан-Марко, 57.

Удивительный факт — тут были все, кем мы восхищаемся. Почти любой человек, который любит кофе и бывал в Венеции, заходил сюда. Вот такое кофейное «рукопожатие» со всем миром.

Сайт: https://caffeflorian.com.

Стоимость порции эспрессо — семь евро. За прикосновение к легенде — не жалко.

Также в меню есть еда, в том числе «завтрак Казановы» (он также тут бывал!) за 60 евро.

В завтрак входят кофе, сок, фруктовый салат, круассан, тосты, масло, джем, ветчина, сыр и шоколадный кекс. Он очень красиво сервируется. Достаточно классический набор, но с учетом магии места должен подействовать невероятным образом.

Другая ветвь кофейной истории тянется из Бразилии. Эта ветвь набирала силы постепенно, начиная с XVIII века, когда с подачи португальцев там были посажены первые кофейные деревья, зато сейчас Бразилия — главный экспортер кофе в мире.

КАКАО

А вот какао — уроженец Южной Америки. Испанцы привезли его в Европу из Мексики в XVI веке, после экспедиции Эрнано (Фернандо) Кортеса. Цивилизации ольмеков, майя и ацтеков готовили какао тысячелетиями. Первые версии этого напитка были скорее острыми, чем сладкими. Встречались и густые варианты — с кукурузной мукой и чили. Какао объединяло в себе сытный ароматный напиток и способ улучшить воду, прокипятив ее и добавив специи.

Строго говоря, чуть раньше Кортеса какао увидел Колумб, он даже описал непонятное растение, но не понял его значения. В самом деле, это не так просто, если смотреть на вещи чисто технически, — незнакомая территория, незнакомые растения в самых разных фазах жизни, местные говорят на своем языке и не всегда настроены проводить экскурсию. Распознать потенциал найденного — задачка со звездочкой.

Кортес оценил потенциал какао и шоколада не по растению, а заметив, с каким уважением ацтеки относились к напитку, считая его даром богов и аналогом денег. И, увы, немедленно отнял его.

В Испании и Франции шоколад считали едой знати, он в том числе использовался как приправа. Существовал средневековый французский рецепт «Дикая утка в шоколаде», суть которого мгновенно отбрасывает нас во времена старинных пиров — это лучшее блюдо из дичи с самой дорогой из приправ. Такие рецепты создаются не столько для вкуса, сколько для демонстрации тезиса «можем себе позволить». Ответом на это был один из девизов Французской революции — «Шоколад для всех».

К слову, Англия и Голландия пошли другим путем и нашли способ сделать шоколад распространенным напитком, подобным чаю и кофе. Вполне вероятно, что это позволило избежать части политических потрясений. Хвала шоколаду!

Чай, кофе и какао немного потеснили вино и пиво, стали дополнением в качестве повседневных напитков. И этим открыли (пока незаметно) новую эпоху, в которой вино и пиво станут сложными напитками, которые будут ценить за интересную ароматику и соответствие блюдам. Этот мир еще впереди, но постепенно напитки начинают становиться чем-то большим, чем просто средством утоления жажды [21].

КАРТОФЕЛЬ

О первых опытах применения картофеля в пищу мы знаем из записей испанца Педро Сьесы де Леона, XVI век. В юном возрасте, лет в тринадцать–пятнадцать, он уехал в Южную Америку, исследовал ее вдоль и поперек, самостоятельно или присоединяясь к экспедициям конкистадоров. Де Леон записывал и зарисовывал встреченное, а затем отправил книгу в дар королю Испании. Возможно, он же и привез корнеплоды в Испанию. Он впервые описал авокадо, ананас, киноа, питайю, альпаку, ламу, ягуара, кондора, ленивца, барбекю и многое другое. Эти записи основывались на его личных наблюдениях, рассказах уважаемых местных жителей и даже, как указано в трудах, на материалах архивов в Лиме, столице Перу. Только о Перу испанец написал восемь томов, или 8000 страниц.

(И у нас нет ни одного его портрета. Какая несправедливость!)

Потому часто, когда другие солдаты отдыхали, я уставал от составления записей. Но ни это, ни уже