Капан - Сероб Хачатрян

он сам думал, потрясающий план, следуя которому, можно было плюнуть на все логистические проблемы, вывести капанский мрамор за пределы города и отлично заработать. План этот состоял, во-первых, в том, что нужно было договориться с начальником карьера о взаимовыгодных отношениях (выручка делится пополам – одна часть уходит на благо республике, а вторую часть все по-братски делят между собой). Во-вторых, к грузовому составу, следующему в Ереван, нужно было прицепить еще один вагон, куда бы они грузили имеющийся мрамор, но на остановке в Джульфе (таможенный город на берегу реки Аракс – по правую сторону была Джульфа советская, по левую – иранская; там же проходила железная дорога с ответвлениями – в Ереван и в иранский город Тебриз) вагон нужно было отцепить и направить его уже в сторону Ирана, где, пройдя таможню, можно его продать. Тот факт, что в Иране хватало и своих камней, Ско не смущал: везти туда он собирался не существующий там красный мрамор.

В 1974–1975 годах Ско вел переговоры сначала с людьми, которые должны были быть замешаны в это дело с советской стороны (работники карьера, железнодорожники, таможенники в Джульфе), – и здесь он, как уверяет Вруйр, проявил весь талант переговорщика: получил везде разрешения (все, разумеется, справедливо считали арцахского идиотом, но, поскольку с их стороны делать особо ничего не нужно было, решили дать добро), а сам еще получил должность экспедитора операции. Но, поехав договариваться с таможней на иранской стороне Джульфы (то есть по ту сторону реки Аракс), Ско получил угрозу: сунется сюда со своим товаром – будет убит без повторного предупреждения. Иранцы, торгующие в СССР шелком и бижутерией, выступили против импорта того, чего у них и так было предостаточно. Так обломалась первая попытка Ско перевезти армянский мрамор в Иран. Несмотря на неудачу, Ско, Горгом-папа, Вруйр и Кармен поняли, как проходить границу, и на еще одной встрече в ресторане «Ско» решили, что Горгом-папа, Кармен, а также Кайф, говорящий на арабском, проберутся в Иран нелегальным способом, взяв с собой образцы шестнадцати видов мрамора, чтобы показать местным богачам.

Набрав каждый по тяжеленной сумке маленьких плиток мрамора, отец и его друзья в середине марта 1975 года пересекли советско-иранскую границу и направились в сторону Ардебиля – ближайшего населенного пункта рядом с приграничным Мегри[32]. Там они решили, что таскаться с тяжеленным грузом выше их сил, поэтому оставили только красный мрамор с мелкими прожилками. Чтобы не навлекать подозрений, Горгом-папа и Кармен держались подальше от центра, а Кайф, наоборот, должен был прочесать местность, познакомиться с мелкими барыгами и разузнать через них о местах, где можно развлечься.

В Ардебиле друзья узнали ужасную вещь: никаких подпольных притонов в Иране нет, а есть тайная организация драк и азартных игр, где могут шастать девочки, и еще есть палаты шахов, где точно происходят прелюбодеяния, но никто, разумеется, не знает, что за женщины в этих залах живут. Так стало понятно, что если и искать Меломанию, то во дворцах (Кармен сразу отмел мысль, что женщина его сердца может выступать развлечением на боях верблюдов), но вот как туда попасть, друзьям еще предстояло придумать.

К сожалению, уже через три недели после отъезда все трое вернулись в Капан, раненые и изголодавшиеся, – и в общих чертах рассказали, что прикинулись там торговцами овощами и фруктами, получив возможность говорить с охраной одного из огромных домов, где, по их мнению, мог быть гарем. Но вместо того, чтобы впустить в дом, им наваляли, после чего (видимо, понимая, что три двадцатилетних армянина вряд ли смогут куда-то жаловаться) отвезли в трущобы, поставили каждого в спарринг с каким-то громилой, все трое проиграли, и их скинули в помойку. Там ребят подобрали бездомные, привели в чувство, откормили супом желаний (это какая-то похлебка, которой богатые дома делятся с бедными) и предложили остаться с ними и вступить в армию сопротивления. Придя в себя, ребята сбежали из Ардебиля, доползли до границы с Арменией, питаясь по дороге травой, и вернулись в Капан, где Кармен, смирившись с тем, что женщину своей мечты он уже не найдет, уверил друзей, что сделал все возможное и ничего ему не остается, кроме как жить дальше и постараться забыть о Меломании.

В знак извинения за эту промежуточную тягомотину расскажу историю из жизни Геворга-хопара. С 1970 по 1975 год дядя проучился в Ереванском политехническом институте, где обзавелся друзьями. Служить Геворгу-хопарю и его друзьям предстояло в Ленинабаде. Выпускников армянского института там оказалось 70 человек, а вот со стороны Азербайджана были 250 выпускников Бакинского медицинского университета, и между теми и другими в первый же день разгорелась драка. Потом полковник с фамилией Шатый развел армян и азербайджанцев по разным зданиям.

Пока шла служба, дядя несколько раз ходил к Шатому с просьбой дать возможность смотреть трансляции чемпионата мира 1974 года по футболу. Дядя предложил условие: армянская рота скидывается по три рубля на три телевизора, чтобы посмотреть матчи, а после того, как чемпионат закончится, полковник заберет технику себе. Азербайджанцы, разузнав, что Шатый пошел на сговор с армянами, взбунтовались и во время просмотра еще групповых матчей проникли в комнату с телевизорами и разбили их.

Мстя, армяне сначала подговорили повара кидать сало в плов, но сами же посчитали, что это не круто как реальная месть, поэтому придумали еще и другую штуку. Туалета как такового в военной части не было, поэтому все ходили справлять нужду к большому косогору – в нем были сделаны дыры, в которые спускались фекалии и стекали в реку. Так вот, рядом с каждой такой дыркой были либо бутылки с водой, либо туалетная бумага (водой промывали себе причиндалы азербайджанцы, ну а туалетной бумагой пользовались армяне). И вот все армяне мочились не в дырки, а в эти самые бутылки, содержимым которых азербайджанцы потом себя и подмывали.

В ответ на это азербайджанцы решили еще раз подраться, но это был уже почти последний день службы, поэтому, послушавшись Шатого, ребята решили поиграть в футбол, а те, кто проиграют, целуют выигравших в жопу. 15:5 выиграли армяне. При этом дядя рассказывает, что, когда они выигрывали 10:1, один из его друзей сказал, что раз играем без офсайда, то он просто цаплей встанет на точке пенальти у азербайджанских ворот (что выглядело издевательством по отношению к сопернику) и будет забивать только оттуда, – так он забил еще два гола. И 14 (11 в поле + 3 запасных) пар армянских ягодиц были в тот день не целованы 14 парами азербайджанских губ, а изрядно отбиты до кровавых синяков – все-таки одних было 250, а других всего 70.