Журавли над полем - Владимир Васильевич Киреев

Сейчас мне вряд ли удастся передать то, что случилось со мной зимним утром в маленькой церквушке маленького села. Но знаю, что эта встреча с отцом Севастьяном сделала меня лучше.

Среди нехоженых дорог

Легкий морозец. Ярко светило солнце, тихо, ветра почти нет. Для сибиряка такая погода – одна утеха, идеальная для поездки на снегоходах.

Наш караван вышел из поселка Аршана в полдень. Первым шел снегоход, которым управлял Алексей. Он был невысокого роста, лет сорока, худощав. Его светлые глаза всегда источали улыбку. Разговаривать с ним было занимательно и интересно. За ним на сиденье возвышался Геннадий. Он был одних лет с Алексеем, чуть выше него, коренастый, с карими глазами. На голове у него была кожаная монголоподобная шапка, у которой сзади, наверное, больше для антуража, был прикреплен рыжий лисий хвост. Вот и сейчас он развивался за Геннадием от встречного ветра. За ними шел мой снегоход, он тащил за собой трехметровые сани, доверху набитые экспедиционным добром. Пассажира я с собой никогда не беру, езжу один, мне так удобнее управлять машиной. Сразу скажу, что мне редко это удается, в каждом походе обычно что-то ломается и кто-нибудь садится на пассажирское место. С одной стороны, это хорошо, всегда есть запасной вариант.

Замыкал колонну снегоход, которым поочередно управляли Олег и Владимир. Они оба высокого роста. У Владимира глаза зоркие, не только дорогу видят, но и все вокруг примечают. Да и не мудрено, Владимир работает штатным охотником в зверопромхозе. Олегу тоже под сорок лет, Владимиру под пятьдесят. За их снегоходом зацеплены такие же сани, как и у меня. Вот такая компания собралась.

В наших планах пересечь по руслам замерзших рек Саянский хребет, выйти на перевал и дойти до озера Устю-Дээрлиг-Холь. Это в Тыве. На этом озере мы планировали на удочки половить окуней и щук.

Алексей и Геннадий, выражаясь современным языком, предприниматели. Олег работает автомехаником на угольном разрезе. Все мы одеты в теплые камуфляжные комбинезоны различной расцветки, сверху куртки, на ногах теплые сапоги, поверх шапок голову закрывают капюшоны, это является обязательной экипировкой для подобных поездок.

В прошлые годы я ходил туда с Николаем Терещенко. Тогда наш путь лежал по реке Ия, до ее истока, потом по реке Хиаи на перевал и по реке Додот до озера. Но в том году Николай прошел новым, более коротким, путем по реке Утхум. Алексей давно мечтал побывать на этом озере, но маршрут был длительным, трудным и опасным. А тут появилась возможность осуществить свою мечту. Он встретился с Николаем и расспросил у него путь на озеро, после чего стали собираться в дорогу. С Олегом и Геннадием они часто ходили на базу, которая стоит на притоке Ии – Большой Шитый. Иногда брали с собой Владимира. С Алексеем мы случайно встретились в городе, он предложил мне составить компанию, я согласился.

Уже стемнело, когда мы дошли до базы Большой Шитый. От Аршана это 110 километров. На базе пили чай «Ахмат» в пакетиках, рядом на полке лежали чага, зверобой, брусничный лист. Просто заварить это природное лекарство было некому. Проще всего бросил пакетик в кипяток – и чай готов.

Переночевав на базе, увязали сани с грузом, долили в баки бензин и тронулись в путь. Утро пасмурное, легкий снежок. Вершины гольцов закрыты серыми облаками. Снегоходы шли по широкому руслу Ии. Километров через пять остановились у зимовья в урочище, которое называется Габова яма. Это раньше здесь стояло зимовье, а сейчас отстроили целую охотничью базу. Здесь мы встретили Тофаларов, они как раз ее и строили. Аюп, так звали старшего, добродушно встретил нас. Он был невысокого роста, без шапки, на голове черные нестриженые волосы, из под которых глядели хитрые узкие глазки. Предложил чаю, но мы, поблагодарив его, отказались. Они о чем-то недолго поговорили с Алексеем, и мы тронулись дальше. Вскоре на нашем пути встало узкое ущелье порога Щеки, который местные рыбаки и сплавщики называют Ведьмин котел. В своих рассказах я его много раз описывал, но он стоит того, чтобы сказать о нем еще раз. Более сложного препятствия на реке Ия как зимой, так и летом нет. Высота стен каньона более 50 метров, а длина около двухсот метров. Ущелье начинается от устья реки Нижией Черной и тянется почти до устья реки Сибоди, не доходя до него полкилометра. В этом году порог замерз сравнительно ровно, и мы просто скатились вниз и прошли его, подумав о том, что обратно надо будет преодолеть этот спуск, который для нас уже превратился в подъем. За щеками началась Тофалария – страна гор и охотников.

На горизонте белели пологие вершины. Вижу добрые лица моих спутников и думаю обо всех человеческих влечениях, осознанных и нет, о той силе, которая толкает человека к поиску новых впечатлений и бросает вызов опасностям.

Мы шли по необъятной прекрасной планете и по одному из ее ценнейших уголков, скрывшемуся среди горных ущелий от шумной цивилизации. Пройдя не один десяток километров, можно встретить одного-двух охотников, а можно и не встретить. Через двенадцать километров пришли к устью реки Эльдран. Здесь когда-то стояли метеостанция и дом, в котором жили метеорологи. Еще лет десять назад здесь оставался покосившийся от времени дом, но без печки и полов. Печку украли, а полы сожгли вместо дров. Несколько раз в начале двухтысячных доводилось и нам в нем находить пристанище и ночлег, зимой идя на снегоходах, а летом спускаясь на лодках. Сейчас от метеостанции не осталось и следа.

После Эльдрана Ия идет среди гор и приходит к устью реки Утхум. Плотный ослепляющий снег радовал нас. Пошли по Утхуму и сразу же вошли в узкий коридор, с двух сторон ограниченный скалами. Ширина коридора была 25–30 метров. Река вся в ледяных торосах, это говорило о том, что в этом месте подо льдом прячутся большие камни-валуны, которые летом образуют пороги. Через полтора километра вырвались из коридора. И вдруг впереди я увидел разливы верховой воды. Образуются они на реках и озерах, когда вода снизу давит на ледяной покров и по трещинам выходит на поверхность водоема. В результате промерзания ручьев, которые впадают в реку, вода не может идти подо льдом и вырывается наружу на поверхность льда. Ночью на морозе эта вода замерзает, образуя наледь, а днем когда становится сравнительно тепло, уже новая вода бежит по