Деньги. Мечта. Покорение Плассана - Эмиль Золя

Анжелика изо всех сил орудовала вальком, только мелькали ее белые руки.

– Мама, а что у нас на ужин? Ты помнишь, что обещала мне клубничный пирог?

Но на этот раз полоскать белье Анжелике пришлось в одиночку. У матушки Габе прихватило поясницу, она не пришла, а Юбертина хлопотала по хозяйству. Опустившись на колени на выстланных соломой мостках, девушка брала одну вещь за другой и старательно полоскала белье, пока мутная вода не становилась кристально чистой. Она не спешила, ее терзало тревожное любопытство; еще поутру Анжелика с изумлением заметила перед окном капеллы Откёров пожилого мастера в серой блузе, который сколачивал легкие подмостки. Неужто решили починить витраж? Давно пора было: в фигуре святого Георгия выпало несколько цветных фрагментов; в других местах утраченные за столетия цветные стекла были заменены прозрачными. И все же Анжелика была недовольна. Она так привыкла к прорехам на фигурах святого, пронзающего дракона, и царской дочери, обвязавшей его пояском, чтобы вести его за собой, что уже заранее оплакивала их, будто кто-то вздумал причинить им вред. Это святотатство – пытаться переделать старинный витраж. Но когда она возвращалась после обеда, гнев ее вдруг рассеялся: на мостках стоял другой работник, молодой, в такой же серой блузе. И она узнала его, то был он.

Весело, без смущения, Анжелика вернулась к ручью и опустилась на колени на солому, настеленную на мостках. Затем принялась вручную полоскать белье в прозрачной воде. Да, то был он, высокий, худощавый, светловолосый, с красивой бородкой и вьющимися волосами, как у молодого бога, такой же белолицый, каким она видела его в свете луны. И поскольку это он, за витраж можно было не опасаться: раз прикоснувшись, он украсит его. И она не разочаровалась, увидев на нем эту блузу: такой же работник, как она, наверное, мастер по стеклу. Это, как ни странно, заставило ее улыбнуться, ведь она была абсолютно уверена, что ее мечта о богатстве сбудется. Рабочая блуза – это всего лишь внешняя оболочка. Какой смысл знать все? Однажды он станет тем, кем должен быть. Золотой дождь струился с крыши собора, дальним рокотом двух церковных органов грянул триумфальный марш. Анжелика не задавалась вопросом, каким путем молодой человек днем или ночью попадает на пустырь. Если он живет в одном из соседних домов, то он мог пройти лишь по переулку Гердаш, вдоль стены епископского дворца до улицы Маглуар.

И вот прошел чудесный час. Склонившись, Анжелика полоскала белье, едва не касаясь лицом прохладной воды; но всякий раз, протягивая руку за новой вещью, она поднимала голову и бросала на юношу взгляд, в котором сквозь смятение сердца пробивалась лукавая нотка. А он, стоя на помосте и с очень занятым видом отмечая дефекты витража, искоса поглядывал на нее, смущенный тем, что она застала его врасплох. Удивительно, как быстро он краснел: его лицо мгновенно покрывалось румянцем. При малейшем волнении, вспышке гнева или нежности вся кровь приливала к его лицу. Стоило им встретиться взглядом, он, почувствовав, что она разглядывает его, так робел, что превращался в мальчугана, застигнутого за шалостью: он смущенно разводил руками и бормотал какие-то указания старику-помощнику. Анжелика, с наслаждением окунавшая кисти рук в прохладный ручей, догадывалась, что он так же невинен, как она, совсем не искушен в жизни, но страстно жаждет познать эту жизнь. Нет нужды вслух произносить то, что приносят невидимые посланцы и повторяют немые уста. Она поднимала голову, видела, как он отворачивается; текли минуты, и это было восхитительно.

Внезапно она заметила, что он спрыгнул с помоста, а потом, пятясь, пошел по траве, как бы отдаляясь от мостков, чтобы лучше охватить взглядом витраж. Анжелика чуть не рассмеялась, ведь он явно хотел приблизиться к ней, и только к ней. В этом прыжке была яростная решимость человека, который рискнул всем, и было трогательно и забавно, что он остановился в нескольких шагах от нее, встав спиной к ней и не смея обернуться, до смерти смущенный своим импульсивным поступком. На мгновение ей показалось, что он, так и не оглянувшись на нее, вернется к витражу, от которого отошел. Однако, приняв отчаянное решение, он обернулся; и как только она с озорной улыбкой подняла голову, их взгляды встретились и соединились. Это повергло обоих в чрезвычайное смятение: они утратили самообладание и никогда бы не выпутались из этой ситуации, если бы не драматическое происшествие.

– Ой! О боже! – в отчаянии воскликнула Анжелика.

В волнении она упустила рубашку, которую машинально продолжала полоскать, та выскользнула у нее из рук, и ее понесло быстрым потоком. Еще минуту, и рубашка исчезла бы у стены особняка Вуанкуров, под сводчатой аркой, куда нырял ручей. После мучительных секунд промедления юноша опомнился и спешно кинулся за рубашкой. Но в бурном потоке, сбегавшем по камешкам склона, беглянку уносило течением куда скорее. Юноша нагнулся за ней; казалось, она вот-вот окажется у него в руках, но ему удалось захватить только пригоршню пены. Рубашка еще дважды ускользнула от него. Наконец взволнованный юноша с видом храбреца, рискующего жизнью, ступил в воду и спас рубашку как раз в ту минуту, когда она уже почти уплыла под землю.

Анжелика, которая до тех пор с тревогой следила за спасательной операцией, рассмеялась с радостным облегчением. Ах! Вот оно, приключение, о котором она так давно мечтала, встреча на берегу озера, страшная опасность, от которой ее избавил молодой человек, прекрасный, как божий день! Святой Георгий, трибун, воин оказался не кем иным, как художником по стеклу, молодым работником в серой блузе. Когда она увидела, что он возвращается с промокшими ногами, неуклюже прижимая к себе мокрую рубашку, смущенный нелепым и страстным порывом, заставившим его ринуться спасать белье, ей пришлось закусить губу, чтобы сдержать вспыхнувшее веселье, которое рвалось из груди.

Он забылся, заглядевшись на Анжелику. Она была так очаровательна в своей детской свежести, в этом с трудом сдерживаемом смехе, в котором трепетала ее юность! В брызгах воды, с заледенелыми руками, она источала чистоту и свежесть родника, пробивающегося средь лесного мха. В ярком солнечном свете вся она светилась здоровьем и радостью. Ее можно было принять за добропорядочную домохозяйку, и все же даже в домашнем платье Анжелика с ее тонкой талией, слегка удлиненным овалом лица напоминала принцессу из древних преданий. И он не знал, как вернуть ей рубашку, так прекрасна была она, воплощение