Вопрос – половинка сердца - София Лундберг

Прежде чем покинуть магазин, она делает на память снимок стеклянной двери.

Хейвиде, Готланд, 1979

Элин вздрогнула, когда открылась дверь. Звякнули колокольчики. Они звенели каждый раз, когда дверь открывалась и закрывалась, и Герда, где бы ни была в этот момент, всегда могла узнать: кто-то пришел. На этот раз пришла Марианна, и вид у нее был чертовски усталый. Она направилась прямиком к кассе, за которой Герда и Элин распаковывали коробки со сладостями.

– Дай мне лотерейный билет и пачку сигарет.

Стиснув зубы, Марианна кивнула на кассовый аппарат.

Элин перестала дышать. Герда не шелохнулась.

– А не лучше ли потратить эти деньги на еду? – вымолвила наконец продавщица. – Сегодня как раз скидка на домашний сыр.

– Ты собираешься делать, что тебе говорят? – раздраженно рявкнула Марианна.

Элин попятилась на несколько шагов назад и уткнулась в полку с прессой. Уселась на корточки и принялась листать последний номер комиксов «Калле Анка». Она частенько сидела вот так, на холодном полу магазина, и читала. И Герда ни разу не сделала ей замечания. Она знала, как сильно Элин любит читать и разглядывать картинки. И как сильно ей недостает книг, особенно теперь, когда Айна умерла и вход в книжную сокровищницу оказался заперт.

– Ты все равно ничего не выиграешь. Это лишь мечта, воздушный замок. Просто выбросишь деньги на ветер, и все. – Герда совсем не испугалась прозвучавшей в голосе Марианны угрозы.

– Возможно, для тебя это действительно деньги на ветер. Для нас же каждая крона способна сотворить чудо. Нам очень нужно немного везения. Дай мне лотерейный билет. В конце концов, я сама решаю, что мне покупать.

Касса открылась. Герда подняла пачку банкнот, под ней лежали лотерейные билеты. Марианна повернулась к Элин.

– Иди сюда, выберешь, – крикнула она.

Элин нерешительно протянула руку и, порывшись, выбрала билет. Защитный слой был навороченный, прежде она видела такие только на расстоянии. Марианна вручила ей монетку:

– Ну, давай соскребай, везунчик ты мой.

Элин осторожно соскребла фольгу.

Там ничего не было. Ну, ничегошеньки.

Герда кивнула.

– Вот только не надо ничего говорить, – прошипела ей Марианна.

– Тут еще розыгрыш будет, так что сохрани билет. Двадцать пятого.

– Вот черт.

– Мм…

– Лучше бы я вместо этого купила детям молока.

Герда снова кивнула.

– В следующий раз, – забормотала Марианна, – я сделаю это в следующий раз. В следующем месяце. Двадцать пятое совсем скоро. К тому моменту у меня появится немного деньжат.

– Ты все еще можешь выиграть.

Герда погладила Элин по голове; та продолжала сжимать в руке журнал.

– Хочешь, возьми его с собой, – шепнула ей Герда.

Элин уставилась на нее круглыми глазами.

– Все равно завтра придет свежий номер, а нераспроданные номера отправят обратно. Ну, будет на один меньше, всего делов-то. Надеюсь, никто и не заметит, – добавила она.

Элин кивнула и прижала журнал с комиксами к груди.

Марианна покачала головой:

– Ты слишком балуешь детей, Герда.

– Да-да. Совсем избаловала, – ворчливо отозвалась та. – Но я уверена, с избалованными детьми мир станет чуточку лучше.

– А по мне, он станет еще более невыносимым, – махнула рукой Марианна.

– А вот и нет. За это можешь не волноваться. А уж добрее ребенка, чем Элин, еще свет не видывал.

Мощный порыв ветра распахнул и с грохотом захлопнул стеклянную дверь, та жалобно задребезжала. Элин застегнула куртку до самого верха и натянула на голову капюшон. Потом навалилась всем своим весом на дверь, пытаясь ее открыть, но ветер был сильнее. Марианна протянула над ее головой руку и помогла ей.

– Вот и осень шторма принесла, теперь полгода будете ходить растрепанными, – рассмеялась Герда, когда порыв ветра разметал волосы Марианны и бросил пряди ей на лицо. Та убрала их рукой.

– Лично я все двенадцать месяцев хожу растрепанная, – вздохнула она. – Вот заимела бы трех спиногрызов, поняла бы, каково это.

– Болтай! У тебя времени хоть отбавляй, можно сто раз успеть причесаться. Лучше бы подыскала себе какую-нибудь работу. Позвони, поспрашивай у знакомых. Обязательно что-нибудь да найдешь.

Элин отпустила дверь, и та захлопнулась перед носом Марианны. Бережно, словно хрупкий фарфор, прижала к себе журнал, поглаживая его беленькие странички. Когда она придет домой, обязательно прочтет вслух, чтобы Эрик с Эдвином тоже смогли послушать.

Эрик с Эдвином лежали на кровати, свесив ноги. Между ними, подперев спиной о стену, сидела Элин. В руке она держала книжку про Энни из «Зеленых мезонинов» и громко читала ее вслух, братья внимательно слушали. Она уже в четвертый раз читала эту книгу; может, и странно, но когда она держала ее в руках, ей казалось, что Айна все еще жива. Не в силах остановиться, она перечитывала ее снова и снова, так что теперь даже Эрик с Эдвином знали все о пышноволосой девочке Энни.

– А почему они хотели мальчика? – внезапно спросил Эрик. – Разве мальчики лучше девочек?

Элин с треском захлопнула книгу:

– Разумеется, нет. Ты что, плохо слушал? Но фантазии порой куда лучше реальной жизни, так что тут, я думаю, Энни права.

– А если я в реальной жизни голодный, – проскулил Эдвин, – то тут уже никакие фантази́и не помогут.

– Правильно говорить «фантáзии», – пробормотала Элин.

– Я тоже голодный, – пожаловался Эрик и похлопал себя по животу.

Элин отложила книгу в сторону и, спустившись вниз, остановилась в дверях кухни. Марианна, не двигаясь, сидела на стуле, повернувшись к окну. На ветке снаружи примостилась тощая серая птичка. Ветка раскачивалась, а птичка засовывала головку под крыло и чистила клювом перья. Внезапно она замерла, повернула голову и прислушалась. Черный птичий глаз блеснул в лучах заходящего солнца. Раз! – птичка вспорхнула и улетела. Марианна не шелохнулась. Все так же сидела, замерев и тупо глядя в пространство.

– Мама, что с тобой? Тебе грустно?

Элин неслышно встала за спиной у матери и положила руку ей на плечо. Та сразу вскочила, словно прикосновение причинило ей боль. Даже не посмотрев на дочь, поплелась прочь, свесив голову на грудь. Элин догнала ее у двери:

– Уже вечер. Разве мы не будем ужинать?

Марианна пожала плечами. Элин открыла холодильник и обвела взглядом пустые полки. В углу завалялась половинка пастернака и несколько морковок. В кладовке стояло ведро с картошкой.

– Как насчет колбасного супа? – Элин вытащила мор ковки.

Марианна кивнула:

– Чудесно, но только без колбасы. Колбасный суп без колбасы.

Она включила кран и принялась чистить овощи. Элин положила в раковину несколько облепленных землей картофелин.

– Ничего, все равно вкусно получится, – улыбнулась она и