Вопрос – половинка сердца - София Лундберг

– Что ж, может, и не найдет. Но он так плохо выполнял свою работу все последние годы, что не будет ничего страшного в том, если мы его не увидим. – Марианна прыснула и попробовала сдержать хохот, но у нее ничего не вышло. Веселье так и рвалось из нее наружу, заставляя щеки раздуваться от смеха.

Эдвин зажал уши руками.

– Тогда я никуда не поеду! – закричал он.

Элин погладила его по спине.

– Мама просто шутит, – утешила она его.

Марианна перестала смеяться, и лицо ее сделалось серьезным.

– Я думаю, Дед Мороз найдет тебя в любом случае, где бы ты ни оказался. Ведь ты всегда можешь написать ему письмо, в котором расскажешь, где мы сейчас, верно?

Эдвин спрыгнул с кровати и, подбежав к письменному столу, начал лихорадочно рыться среди игрушек и карандашей. Нашел небольшой чистый лист бумаги и, закусив губу, принялся сосредоточенно выводить на нем большие корявые буквы. Когда с письмом было покончено, он аккуратно сложил из старого рисунка конверт и вложил в него исписанный лист.

– Мне нужен адрес! – нетерпеливо крикнул он.

– Напиши: Деду Морозу на Северный полюс. Этого должно хватить, – фыркнул Эрик.

Элин швырнула в него подушкой.

– Ведь это Айна переодевалась в Деда Мороза. А теперь ее нет. Дед Мороз умер, – раздался приглушенный голос Эрика из-под подушки.

Элин надавила на нее посильнее.

Первые лучи солнца пробежались по лицу Элин и защекотали ресницы. Она прищурилась и посмотрела в окно, на голубой небосвод, расписанный розовыми полосками облаков. Снова закрыла глаза и, перевернувшись на другой бок, натянула одеяло до самых ушей. И услышала шепот и шорохи, наполнившие собой дом. У них снова кто-то был. Она откинула одеяло и, выскользнув из комнаты, приблизилась к лестничным перилам. Через неплотно прикрытую дверь спальни Марианны было видно, как одеяло на постели зашевелилось, под ним раздался приглушенный смех, затем шепот:

– Тебе пора уходить. Дети скоро проснутся.

Последние слова потонули в звуке поцелуя. Элин увидела голую волосатую спину мужчины, который перекатился на извивающееся под ним тело Марианны.

– Я, наверное, никогда отсюда не уйду, ты такая манящая.

Больше шума. Резче движения.

– Кажется, я люблю тебя. Я люблю тебя!

Это был его голос. Казалось, весь дом вибрирует от этих низких рокочущих интонаций.

И следом ее ответ:

– Уходи, глупый. Иначе дети тебя увидят.

Элин осела на пол и плотно закуталась в одеяло, так что наружу остались торчать только глаза и нос.

Мике вышел из спальни. Он был совершенно голым, кожа сияла белым в лучах утреннего солнца. Он потянулся и издал громкий стон, слишком громкий. Марианна тотчас же оказалась возле него, тоже голая, и запечатала его рот поцелуем. Ее груди раскачивались при каждом движении. Он обхватил одну из них рукой, наклонился и взял сосок в рот. Она откинула голову назад. Тогда он отпустил грудь и поцеловал ее в шею.

Элин крепко зажмурилась и зажала уши руками.

Наконец Мике покинул дом через окно в спальне – перебрался через подоконник и спрыгнул прямо на клумбу. Элин прошмыгнула обратно в свою комнату. Через окно она видела, как он идет по двору к своей припаркованной машине в одних носках, держа в каждой руке по сапогу. Потом остановился и запрыгал на одной ноге, пытаясь обуться.

Снизу донеся приглушенный смех. Марианна тоже стояла у окна своей спальни и глядела ему вслед.

Элин подобралась поближе к краю обрыва. Задержала дыхание и сделала еще один осторожный шаг по неровной почве. Широко расставила ноги и развела руки в стороны, чтобы одежда не выдала ее своим шорохом. Далеко внизу на берегу сидел белохвостый орлан – горделивый профиль, красиво изогнутый бледно-желтый клюв. Повернув голову, птица высматривала что-то на море, держа крылья плотно прижатыми к коричневому телу. Вот бы запечатлеть этот кадр навсегда, пронеслось в голове у Элин. Свет падал просто идеально.

Орлан заметил ее, когда между ними оставалось чуть больше десяти метров. Птица стремительно расправила крылья, размах которых превышал рост Элин, и взмыла ввысь. Высоко в небе парил еще такой же. Словно два маленьких истребителя, орланы летели бок о бок, патрулируя побережье. Вскоре они исчезли, превратившись в две крохотные точки вдали. Тогда она уселась на край обрыва, болтая ногами.

С высоты Элин смотрела на прозрачную зеленоватую воду, сквозь которую просвечивали похожие на заплатки светлые отложения известняка, в беспорядке разбросанные по морскому дну. По весне, в ясный погожий денек, отсюда можно было увидеть морскую форель и треску, охотящихся на колюшек и прочую рыбью мелочь. Ей нравилось посиживать здесь и созерцать всю эту красоту, освещенную ярким живым светом солнца. Сезон дождей еще не наступил, осенний воздух был холоден и прозрачен, но на горизонте уже начинали собираться угрожающе-черные тучи.

В кармане джинсов Элин лежало письмо, написанное на красивой розовой почтовой бумаге. Она нашла ее в одном из ящиков комода в спальне Марианны. Сложила лист несколько раз, так что получилась крохотная плоская стопка, разрезала и писала понемногу каждый день, всего по нескольку строк. Порой написанное оказывалось в ящике бюро, а иногда даже в печке.

Элин маялась. Ей не давала покоя мысль, что, наверное, она должна рассказать папе обо всех этих неожиданно свалившихся на их головы деньгах. Что она должна кинуть письмо в почтовый ящик, предварительно написав на нем адрес тюрьмы. Да, должна. Но она не находила подходящих слов, чтобы рассказать ему об этом. И потом, она подозревала, что если отец узнает о деньгах, то, возможно, он действительно захочет вернуться домой, и тогда – кто знает? – вдруг он сбежит из тюрьмы. Но как? Этого Элин не знала. Интересно, в наши дни сбегают, подпилив решетки камеры? Или прорыв подземный ход? Папа может медленно-медленно прорыть тоннель под каменной стеной и выползти на свободу ночью, когда все охранники спят… Или он с помощью вилки выведет из строя главный рубильник и отрубит электричество на высоком заборе, которым обнесена тюрьма… Папа здорово разбирается в электричестве, он мог запросто починить любой домашний электроприбор. Если он так сделает, ему останется только перелезть через забор и убежать. Он быстрый и сильный. Элин сама в этом не раз убеждалась, глядя на то, как Лассе ловко лазает по веткам деревьев, когда у него появлялось время поиграть с детьми. Ему даже не придется добираться до дома вплавь, как это проделывали узники Алькатраса[7]. Он легко сможет спрятаться в фургоне одной из машин