Вопрос – половинка сердца - София Лундберг

Элин вздрогнула, когда в потоке беспорядочных мыслей сверкнула одна по-настоящему ценная. И она лихорадочно застрочила огрызком желтого карандаша, который стащила у кого-то в школе:

Папа, тебе больше не придется никого грабить, патаму что теперь у нас есть деньги. Много денег. Старенькая Айна умерла и оставила все маме и Герде. Как можно скарее возвращайся домой. Спрячься в одном из грузавиков, которые направляются к Гринде, и тогда тебя не абнаружат, пока ты будешь плыть на судне. А когда ты па явишься, я смогу укрыть тебя здесь.

Она бережно сложила листок и запихнула его в карман. Отныне больше никому из семьи Эрикссонов не придется воровать и грабить. Им нет никакой нужды красть Oboy. Теперь они тоже смогут есть говяжье филе и запеченную картошку по пятницам или даже каждый день, а не только по праздникам. Наконец-то они заживут как все нормальные люди. И даже лучше.

Элин смотрела вдаль, на неясную линию горизонта, отделявшую море от неба. Смотрела на блики света на поверхности воды, на неровную морскую зыбь, танец ветра в облаках. На заходящее солнце, пытающееся пробиться сквозь наползающие тучи. И на золотистое сияние его лучей, рассыпавшихся по морю, словно сверкающая россыпь бриллиантов посреди надвигающейся тьмы.

Отдаленный раскат грома заставил ее стремительно вскочить на ноги. Оставаться здесь было опасно – вот-вот заблещут молнии, поднимается буря. Шагая по тропинке, ведущей к лесу, Элин почувствовала, как на голову мягко шлепнулись первые капли. Еще немного, и дождь зарядил плотной стеной. Когда она уже бежала по шоссе, сверху на нее внезапно обрушился шквальный ливень, словно где-то высоко на небесах прорвало плотину. Капли с такой силой ударяли по лужам, что вода бурлила и пенилась.

Натянув на голову свою тоненькую курточку, она подбежала к громко сигналившей ей с дороги машине. Внутри сидела Герда.

– Скорее запрыгивай, я довезу тебя! – крикнула та через щелку в боковом окне.

Элин дернула на себя дверцу и уселась на сиденье рядом с Гердой. Ее трясло от холода, с насквозь промокших волос по щекам ручьями сбегала вода.

– Ох, да ты вся дрожишь. Запомни, никогда не выходи из дому без плаща, ты же знаешь, как быстро меняется погода в это время года.

Герда протянула руку и вытащила лежавшее на заднем сиденье одеяло. Элин с благодарностью взяла его и плотно закуталась. Мотор чихал и кашлял, распространяя вокруг машины вонючее облако выхлопных газов, которые проникали даже в салон.

Элин сморщила нос.

– Теперь, когда у тебя появились деньги, ты сможешь ку пить себе новую машину, – негромко заметила она и закаш лялась.

Герда громко рассмеялась и несколько раз нажала на клаксон:

– Ну, нет, она у меня еще побегает, моя старушка Сильвия.

– Сильвия? Как королева?

– Точно. Красиво звучит, не правда ли?

– Но ведь теперь все будет гораздо лучше, верно?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, теперь, когда у нас появились деньги.

– Само собой, ведь теперь вы больше не будете нищими. Да, Айна всегда умела удивить. Подумать только, столько лет она хранила все в тайне. Не очень-то умно с ее стороны.

– Но я все равно скучаю по ней. Мне бы больше хотелось, чтобы она осталась с нами.

Машина остановилась. Герда заглушила мотор и, протянув руку, ласково погладила Элин по щеке:

– Такова жизнь, дружок. Все мы рождаемся, а потом умираем. А в промежутке живем, как можем. А что касается печенья, то заходи ко мне в любое время, и оно будет ждать тебя на столе.

– Как ты узнала?

– Как я узнала? Все очень просто – я сама к ней бегала, когда была ребенком. И твоя мама тоже. Айна всегда угощала всех детей в округе соком с печеньем. Вот такая она была. Щедрая и ласковая. Думаю, таким образом она искала себе компанию. Иначе бы она целыми днями только и делала, что сидела бы дома одна-одинешенька и ждала, когда за ней придет смерть.

– Она была доброй и такой… – Элин замолчала и потерла ладошками замерзшие коленки.

– Верно, именно такой она и была. Самой доброй в мире.

– А что станет со всеми ее книгами?

– Книги? А какой в них прок, одни только выдуманные фантазии. Отправить их на помойку, и все дела. – Тут Герда подмигнула и, не выдержав, расхохоталась.

– Если они больше никому не нужны, я могу забрать их себе, – тихо промолвила Элин.

– Точно, так и сделаем. И тогда тебе на много лет вперед найдется чем себя занять. Лично я никогда ничего в них не понимала.

– А вот Айна понимала.

– Да, она знала в книгах толк. Должно быть, когда она окажется на небесах, ее поселят в какой-нибудь библиотеке.

Элин просветлела лицом, едва представив Айну, сидящую в древней библиотеке с красивыми мраморными колоннами. У нее сразу же поднялось настроение.

– Кстати, а почему Айна так никогда и не вышла замуж и не имела детей? Почему она была такой одинокой?

– Думаю, ответ на это вопрос она унесла с собой в могилу. Порой не всем нам везет в этой жизни встретить свою половинку. – Герда внезапно погрустнела и рассеянно погладила блестящий медальон, висевший у нее на шее. Прежде Элин много раз открывала его и рассматривала фотографию внутри.

– Но ты же встретила, – улыбнулась Элин.

– Да, у меня есть мой Уве. И я бы ни за что не пожелала бы с ним расстаться. Ты тоже обязательно найдешь кого-нибудь, с кем захочешь разделить свою жизнь. Встретишь человека, который станет твоим самым большим другом. – С этими словами Герда быстро поцеловала медальон.

– А вы присматриваете за Венерой?

– Ну конечно! Хочешь навестить ее? Мы можем прямо сейчас заехать к нам домой. Или нет, лучше я позвоню твоей маме и приглашу ее на ужин. Пусть приходит к нам в гости и мальчишек заодно прихватит.

Элин кивнула и еще плотнее закуталась в одеяло. Ее морозило, губы посинели от холода. Впереди над самой дорогой блеснула молния, и почти сразу же загрохотал гром. Герда повернула ключ в замке зажигания и завела двигатель. Элин с тревогой глядела в окно.

– Даже секунды не прошло… а вдруг молния ударит прямо в нас?

– Боишься?

Элин кивнула:

– Немного.

Герда протянула руку и успокаивающе похлопала ее по коленке:

– На самом деле грозы не опасны. Когда гремит гром, это значит, что там, наверху, ангелы играют в кегли. – Она приложила палец к губам: – Только, чур, никому не рассказывай. Это секрет ангелов.

Элин улыбнулась.

– Ты меня разыгрываешь, – прошептала она.

– Тогда к этому наверняка