Полночный поезд - Мэтт Хейг

свою силу. Той ночью, в тишине и темноте, трезвея на холодном воздухе и размышляя обо всем на свете, он чувствовал себя совершенно одиноким. Одиночество стало физическим. Он чувствовал себя жалким.

Он представлял себя в какой-то параллельной вселенной, где сидит за учебником в залитом солнцем внутреннем дворе Баллиол-колледжа. Умом он понимал, что в Оксфорде, вероятно, дождь льет так же часто, как и в Шеффилде – ну или почти, – но в его воображении Оксфорд всегда купался в лучах солнца.

– Послушай, – сказал Дух, идя к нему по бетону в своих бесшумных сандалиях. – Я знаю, что ты меня слышишь. Даже если по-настоящему не слышишь, я чувствую, что эти слова могут дойти до тебя. Вон там – кинотеатр «Дворец». Внутри него – Мэгги. И твое будущее. И однажды ты женишься на ней… А она – лучшее, что случится с тобой за всю жизнь. И какое-то время вы даже будете счастливы вместе, – Дух задумался над собственными словами. И над тем, какая жизнь ждет его юное «я». Внезапно ему стало ясно, где он оступился. – Ты не прыгнешь. Но послушай меня. Эта тьма будет преследовать тебя. Ты будешь мчаться прочь от самого себя… Но все могло быть по-другому… Ты мог бы быть другим…

Ни единое слово не достигло цели, но холодный воздух отрезвлял, и в конце концов Уилбур спустился по пожарной лестнице.

Он сам от себя скрывал множество чувств. И он еще не выяснил, в чем смысл жизни. Но, по крайней мере, не исключал возможности, что этот смысл есть, и в тот же вечер он вернулся домой и начал читать длинную книгу, которая постепенно спасла его жизнь.

«Гроздья гнева» Джона Стейнбека.

Уилбур – не американец. Он не из Оклахомы и не знал трудностей пыльных бурь или Великой депрессии. Но эта история о стойкости, бедности и единстве была так ему нужна.

И тот факт, что из всех книг в магазине он принес домой именно эту, в итоге заставил его поверить в некую высшую силу или вселенский замысел. Ни одна другая книга в то время не смогла бы достучаться до него. Благодаря этому он почти простил себя.

«Греха никакого на свете нет, и добродетели тоже нет. А есть только то, что люди делают…»[22]

Испарение молодости

Дух молча смотрел на портрет в поезде: лицо округлилось, межбровная складка стала глубже, превратившись в вечную морщину. Он смотрел в свои глаза, их блеск потускнел, словно далекая луна исчезала за облаком.

Часы

Дух стоял посреди книжного магазина «Багдейл».

Сначала он гадал, почему поезд остановился здесь.

В конце концов, он просто наблюдал, как «я» заставляет стол романами Агаты Кристи. Каким образом это поможет ему понять свою жизнь?

Была пятница. Уилбур по-прежнему работал только на полставки. Три дня в неделю. На пиво-то едва хватало, не говоря обо всем остальном.

Кажется, он был с похмелья, заметил его Дух.

И напряженным, зубы стиснуты.

Подошел мистер Багдейл. Он какое-то время молча смотрел сквозь толстые линзы очков, а затем спросил:

– Часы, что ли, перевели, парень?

– Чего?

– Ну, ты, должно быть в курсе, в отличие от меня, потому что сегодня я пришел в девять, огляделся, а господина Бадда нигде нет.

– Я немного опоздал, извините. Маме ночью было плохо. Она только что вернулась из больницы.

Пышные густые брови мистера Багдейла насторожено поднялись.

– Знаешь ведь как говорят: не порти извинения оправданиями. Действительно мудрые слова, господин Бадд. Действительно мудрые.

– Да, мистер Багдейл.

Мистер Багдейл вздохнул.

– Думаю, настало время.

– Время?

– Попрощаться. Конечно, ты доработаешь всю эту неделю и до следующего вторника, но на этом конец. Прости. Тут тебе не Армия спасения, а бизнес. Даже моя мать уже устала бы от тебя.

Дух видел тревогу на лице Уилбура.

– Я нагоню. Пропущу обед. Просто буду работать дальше. Пожалуйста, прошу. Мне здесь нравится.

– Нет. Нет, не нравится. Брось, сынок. Ты мечтаешь об Оксфорде. А это – твой утешительный приз. И ты его ненавидишь.

– Нет. Пожалуйста. Мне нужна эта работа.

Его голос дрожал от отчаяния, ведь он почувствовал, как тяжесть неудачи начинает давить на него. Он не хотел подвести мать. Не хотел работать на сталелитейном заводе. Он знал, что лучше возможности ему не найти. Внезапно он почувствовал огонь внутри, словно кто-то поджег его будущее. Почувствовал себя уязвимым, а это ему совсем не нравилось.

Мистер Багдейл явно заметил его панику.

– Послушай, на сталелитейном заводе полно вакансий. И завод по производству столовых приборов тоже ищет работников. Мест гораздо больше, чем соискателей. А сообщение по радио слышал? Премьер-министр направляет корабль нашей экономики в тихую гавань промышленности. Не пропадешь, господин Бадд.

В этот самый момент вошел старик. Даже постарше мистера Багдейла.

Старик был высокий, одетый в твид, с артритной хромотой и тростью. Профессор инженерного направления Шеффилдского университета на пенсии, который теперь пытался проникнуться искусством и поэзией. Он медленно шел к Уилбуру и мистеру Багдейлу, которые стояли с любопытствующим предвкушением.

– Огромное спасибо за то, что порекомендовали мне эту книгу, – сказал он Уилбуру, подойдя ближе.

– Не за что, Джеральд.

– «Пролетая над гнездом кукушки», – сообщил Джеральд мистеру Багдейлу. – Хороша! Вы читали?

– Нет, – пробормотал мистер Багдейл. – Нет, эту не читал.

– Что ж, очень развлекательная. Нравятся мне эти американские писатели. Есть что-то похожее, Уилбур?

Уилбур улыбнулся, чувствуя на себе взгляд мистера Багдейла.

– Ну, не прям похожее. Но у нас есть новинка от Трумена Капоте, называется «Хладнокровное убийство», думаю, вам понравится…

Он пошел за книгой. И вернулся со словами:

– По реальным событиям, вообще-то. Сам читаю сейчас.

– И вы ее рекомендуете?

– Да. Захватывающая история о несправедливости.

– Ну, меня вы пока ни разу не подвели, – сказал старик, а потом обратился к мистеру Багдейлу, – Он – очень ценный кадр. Знает свое дело.

Когда он направился к кассе, мистер Багдейл закатил глаза.

– Так уж и быть. Последний шанс. Не напортачь. И с этого момента девять часов значит девять часов.

– Спасибо, мистер Багдейл. Огромное спасибо.

– Посмотрим еще, что из этого выйдет.

Затем Уилбур решил испытать удачу.

– Понимаю, что перегибаю палку, – смущенно сказал он мистеру Багдейлу, – и сегодня, наверное, совсем не подходящий для этого день. Но выслушайте меня, – Уилбур откашлялся. – Не могли бы вы взять меня на полную ставку? У меня куча свободного времени, и мне это не идет на пользу. Я готов с головой окунуться в дело. Серьезно. И, думаю, магазину