Тайна голубого стакана - Алексей Васильевич Попков

готовящаяся диверсия имеет отнюдь не местное значение. Отсюда следует, что ликвидация бандитской шайки спасет не только рудник, но и важнейшее научное открытие, принадлежащее нашей стране.

Уверенность, с какой говорил майор, все больше нравилась директору рудника. С одним лишь не был он согласен, – чрезвычайная, по его мнению, медлительность, с которой собирается действовать Аненков, казалась ему опасной. Он тут же еще раз высказал вслух свое мнение.

– Еще раз говорю, товарищ директор, что ваше мнение ошибочно, – улыбнулся Аненков. – Здесь зверь крупный! Поэтому торопиться и действовать наобум ни в коем случае нельзя. Но, конечно, вредна и медлительность, поэтому нужно найти золотую середину: не опоздать и не проявить необдуманной поспешности. В этом и состоит искусство раскрытия и предупреждения преступлений. Сейчас, следовательно, все зависит от нашего умения выследить и вовремя обезвредить врага!

Гущин кивнул головой в знак полного согласия и хотел что-то сказать, но Аненков прервал его на полуслове.

– Вы не пытались установить, когда эти… Смельчак и Силач появились на руднике? Фамилии их вы уже узнали?

Гущин тут же ответил:

– А как же! Они работают в горном цехе, на проходке разведочного квершлага. Если, предположительно, считать день приема их на работу за день появления здесь, тогда они находятся на руднике уже три месяца. Но ведь они могли появиться и еще раньше…

– Понятно! За такой долгий срок эти молодчики могли хорошо изучить местность, завести круг знакомых… Кстати, адреса их вам тоже известны?

– Так точно! Могу даже дать подробную характеристику хозяев, на квартирах которых они проживают.

– Это неплохо. Такими данными в ближайшее время обязательно придется воспользоваться. Теперь этих людей нужно все время держать под неослабным наблюдением. Вы, наверное, так и поступили, товарищ старший лейтенант, не правда ли?

– Да как вам сказать, – замялся Гущин, – я побоялся вызвать у них подозрения, настороженность и потому решил, пусть лучше они считают, что никому они не интересны и никто ими не занимается. Это придаст им смелости, и в конце концов бандиты начнут действовать, не соблюдая и элементарной осторожности… Но, конечно, наблюдение за ними я установил… чрезвычайно тонкое, – поспешно добавил он.

– Не будем вдаваться в подробности, – остановил его Аненков.

– Об этом мы поговорим чуть позже, а сейчас меня интересует другое… Скажите, в последние дни на руднике не замечалось появления новых людей? Припомните-ка!

– Долго думать не приходится, – ответил Гущин. – Правда, рудный поселок большой, народу в нем живет много, и вновь появившийся человек едва ли бросится в глаза, если не выделяется чем-нибудь особенным. Но на этот раз…

– Что на этот раз? – нетерпеливо перебил Аненков.

– Один человек замечен, – весело отозвался Гущин. – Я ведь вам не досказал всего…

– Расскажите, кто он, где и когда появился? Если сможете, опишите приметы!

Гущин обстоятельно, стараясь вспомнить все подробности, стал рассказывать о молодой женщине в зеленой блузке, приходившей в избушку деда Афанасия. Вспомнив тут же о конфетах, которыми она угостила Николая, а также о гибели собаки, он раскрыл планшетку, вынул оставшуюся конфету и объяснил, как она попала к нему.

– Вот мерзавцы! – возмущенно воскликнул Рощин, хлопнув ладонью по столу. – Отравить человека для них все равно что убить кролика!

Гущин закончил свое сообщение выводом, что возглавляет группу диверсантов не женщина в зеленой блузке. Она – лицо промежуточное, не основное, хотя, надо полагать, и имеет некоторые полномочия. По его мнению, у женщины есть какие-то самостоятельные задания, которые она выполняет попутно с заданием всей группы. Возможно, приезд на рудник этой женщины должен поднять активность диверсантов…

– Но зачем же ей нужна была смерть старика, мальчугана? – задумчиво проговорил Аненков.

– А мне, товарищ, майор, понятно, почему они решили убрать с дороги в первую очередь Мошкова и его внука, – сказал Орлов.

– Почему?

– Очень просто. Диверсанты, ожидая прибытия самолета с грузом, очень опасались Мошкова. Работник он добросовестный, не домосед, целыми днями бродит по лесу и может увидеть, как сбросят и будут прятать груз. Вот и возникла необходимость от него избавиться. А яд – наиболее простой и излюбленный шпионами и диверсантами способ.

– Пожалуй, вы правы, – отозвался Аненков.

– Да, но при чем здесь ребенок? – возбужденно сказал директор рудника. – Ведь он по тайге не шатается, а конфета попала, прежде всего, к нему. Он мог ее съесть и погибнуть, а Мошков остался бы жив…

– Так и в этом случае диверсанты все же частично достигли бы цели, – заметил Орлов, – мы все знаем, что Мошков любит внука, как родного сына. Погиб мальчик, – ведь старик сошел бы с ума от горя и уж во всяком случае на время вышел бы из строя. А преступникам и требовалось всего день-два на то, чтобы встретить самолет и спрятать следы…

– Но это еще не все, товарищ капитан, – вмешался Гущин. – Вчера, а точнее сегодня, так как было уже утро, я обнаружил у себя в комнате вот этот конверт. Меня пугают каким-то голубым стаканом и предлагают немедленно уехать с рудника. Глупцы, нашли, чем пугать, – презрительно усмехнулся он. – Я на фронте смерти не раз глядел в глаза!

При упоминании о голубом стакане Аненков порывисто встал. Выйдя из-за стола, он взял конверт и отошел с ним к окну, ближе к свету. На его лице появилось удовлетворение, словно он нашел то, что давно и усиленно искал.

– Враг допустил непоправимую ошибку, – несколько торжественным голосом сказал, наконец, Аненков, – голубым конвертом он сам себя выдал!

– Выдал? Чем? Этим конвертом? – недоверчиво произнес Рощин.

– Да! Именно этим конвертом. Видите ли… Мы уже давно разыскиваем одного человека, – если можно таким именем назвать зверя, приемы и привычки в работе которого хорошо изучены. Он опытен, осторожен, хитер, умело меняет внешность. Но вот голубой конверт выдал его. Дело в том, что таким приемом запугивания он пользовался в прошлом не раз. Теперь мы знаем, кто находится здесь: он, очевидно, и является руководителем шайки диверсантов.

Аненков прошелся по комнате, раздумывая о чем-то. Остановившись затем перед Орловым, он сказал, обращаясь к нему:

– Как видите, полковник был совершенно прав. И шаблон в приемах этого матерого хищника навел нас на его след…

Гущин, не понимая, о чем говорит майор, воспользовался наступившей паузой, встал и налил себе из графина воды. Держа в руке стакан, он озабоченно спросил:

– С каким же заданием я должен возвратиться на рудник?

Как бы не слыша его, Аненков шагнул к открытому сейфу и вынул две ампулы с прозрачной жидкостью. Протянув одну из них Гущину, он сказал:

– Выпейте!

– Зачем? – изумился Гущин.

– Это – сильное противоядие, оно обезопасит вас от всяких случайностей!

– Но я ведь