Тайна голубого стакана - Алексей Васильевич Попков

– Дурень я, дурень! – негодовал он. – В пещере надо искать груз и нигде больше!

Внезапно с противоположного склона донесся женский голос. Вначале Мошков решил, что это ему послышалось, но за поворотом Безымянки, где дед Афанасий снова собирался перейти через речку, из-за кустов неожиданно появилась Ковригина. По ее лицу видно было, что геолог чем-то сильно напугана.

– Ах, как я рада, что встретила вас! – взволнованно заговорила она. – По тайге бродят какие-то подозрительные люди… Мне кажется, что они забрели сюда со злым умыслом.

– А вам не померещилось? – сухо спросил Мошков, недовольный встречей. – Кому сейчас в тайге быть, да и зачем? – Но тут же лесник мысленно обругал себя. Конечно, присутствие здесь Ковригиной или другого человека мешает осуществлению его плана, но Галина-то ведь не виновата в этом. Чтобы сгладить свою резкость, Мошков добродушно спросил:

– Ну, что замолчала, Галина Васильевна? Не собирался я тебя обижать! Расскажи, где и кого видела? Кто испугал тебя?

– На наши разведочные работы я всегда хожу этой дорогой, – объяснила Ковригина, – здесь обычно никого не бывает, но сегодня я услышала неподалеку тихий говор и увидела четырех человек, среди них была женщина.

Я пошла навстречу, чтобы выяснить, кто эти люди и как они очутились в запретной зоне. Услышав мои шаги, они моментально скрылись в кустах. Лиц их я не разглядела…

– Выходит, они сами испугались, – сказал Мошков шутливо, – тогда и тебе нечего бояться!

– Откуда вы взяли, что я боюсь. Я за производство тревожусь, а не за себя!

– Ох, и горячая же ты, Галинушка! – покачал головой Мошков. – Всякие пустяки тебя волнуют, каждая мелочь тревожит… А в каком направлении люди-то эти скрылись?

– Шли они со стороны рудника, – медленно начала Ковригина. – А направились в сторону болота!

– Ну, так это не иначе рабочие с соседнего рудника. Они в роще покос расчищают, вот и ходят напрямик, им так ближе!

Ковригина сделала вид, что поверила словам Мошкова. Известив лесника о появлении в тайге посторонних да к тому же еще и подозрительных людей, она несколько успокоилась, попрощалась и направилась к горе, на которой велись разведочные работы.

«Что же мне теперь делать? – подумал старик, когда Ковригина скрылась в лесу. – Переждать или, наоборот, опередить этих людей и до их прихода осмотреть пещеру?»

Раздумье его длилось недолго.

«Пойду побыстрее и осмотрю! – решил он. – Если груз спрятан в пещере, они туда сейчас не заявятся: Ковригина спугнула их. А пока будут выжидать, я успею осмотреться».

Лесник дошел до Безымянки и перебрался через нее вброд.

Миновав низкорослый ельник, Мошков вплотную приблизился к отвесной скале, заросшей до самой макушки мелким кустарником. Убавив шаг, он пошел вдоль скалы, разглядывая сквозь кустарник все ее извилины и углубления.

И тут он почувствовал под ногами легкий толчок.

«Даже и отпалка сюда под землей доходит, – сообразил старик, – выходит, Лысая-то гора вся из руды, скоро и до этих мест доберутся».

Он тщательно осмотрел северную часть скалы и, не обнаружив никаких следов, направился дальше по берегу ручья, пробиваясь сквозь непролазную чащобу кустарника, обходя, словно отлитые из чугуна, кварцевые валуны и гранитные глыбы…

Внезапно Мошков увидел в отвесной стене щель. Вверху она была едва заметна, но чем ниже к подножию, тем явственней выступала на фоне скалы. Возле земли она снова исчезала в густых зарослях черемухи, боярышника и шиповника. Из расщелины, тихо журча, вытекал ручей с прозрачной, как стекло, водой.

Вот она, пещера. Кусты, густо разросшиеся у подножия скалы, скрывали вход в нее от посторонних взоров…

Мошков огляделся и проворно скользнул в щель. Почти тотчас же он почувствовал приятный запах, напоминающий бодрящий смолистый аромат соснового бора после грозы. Под каменным сводом дышалось легко и свободно, не чувствовалось сырости, на стенах не было заметно и следов плесени.

Передняя часть пещеры, напоминавшая небольшой грот, была тускло освещена. Старик прошел в глубину и увидел узкий извилистый коридор.

В нем было темно, дневной свет сюда не проникал. Лесник достал карманный электрический фонарик, подаренный ему Гущиным во время скитаний по тайге, нажал кнопку и остановился, как вкопанный, пораженный открывшейся ему картиной.

Коридор в глубине расширялся, образуя второй обширный грот, увенчанный куполообразным сводом. Электрический свет выхватил из темноты спускающиеся с потолка огромные, причудливой формы известковые сосульки – сталактиты; навстречу им поднимались с пола пещеры сталагмиты. Эти окаменевшие нагромождения сейчас расцвели яркими красками самых причудливых оттенков. Откуда-то сверху внезапно брызнул ослепительный поток золотистых лучей, лучи медленно двигались, оставляя за собой фосфоресцирующие желтые полосы на своде и стенах.

Сноп света ударился о поверхность сталагмита и разлетелся во все стороны голубыми искрами. А на вершине свода опять возник и заиграл позолотой второй луч и еще, и еще… Переливаясь всеми цветами радуги, они, один за другим, скользили вниз, превращались в искрометную пыль, исчезали и нарождались вновь.

«Да это же вода каплет! – догадался Мошков. – А я-то подумал, что на меня самоцветы сыплются!»

Пройдя немного дальше, старик увидел возле неровной стенки пирамиду картонных коробок. Изгиб расселины маскировал их.

Живя среди горняков и работая в молодости на подземных работах, дед Афанасий научился обращаться со взрывчатыми веществами.

«Лучше всего, – решил он, – разыскать капсюли-детонаторы и забрать их. Тогда им взрывать будет нечем!»

Заметив справа возле стены небольшой оцинкованный ящик, Мошков осветил его и убедился, что нашел то, что искал: капсюли-детонаторы. Крышка ящика была уже вскрыта, а коробки с капсюлями наполовину опорожнены.

Рядом с капсюлями лежал тоже вскрытый деревянный ящик. Заглянув в него, Мошков увидел бухту детонирующего шнура. Подумав немного, он решил, как это ни тяжело, забрать в один прием оба ящика. Но ему помешали.

Едва Мошков взял подмышку коробку с капсюлями, от устья пещеры донеслись шорох шагов и тихий говор. Выключив фонарик и притаившись, Мошков сообразил, что уйти ему некуда, он попал в ловушку. Постояв некоторое время неподвижно, он решил пробраться поближе к входу и послушать, о чем будут разговаривать непрошеные гости.

Нащупав в темноте неровную поверхность стенки и опираясь на нее рукой, старик стал осторожно продвигаться вперед. Добравшись до конца коридора, в полумраке он с трудом различил тех же людей, которые прятали груз на поляне. Прислонившись к стене пещеры, дед Афанасий затаил дыхание и стал слушать.

Первым заговорил Силач.

– Это ты во всем виноват, – зло проговорил он. – Сколько раз тебе приказывали убрать «Преграду». Почему ты это до сих пор не выполнил? Боишься? Или жалеешь? Смотри, как бы