Книжный магазинчик по пятницам. Лето - Савако Натори

– Что-то случилось?

– В завтрашнем выпуске «Wind» есть статья о «Кинъёдо». Там упоминается имя Исогаи, и кто-то, кто уже прочитал её, позвонил… – Макино замолчала, пристально посмотрела на меня и одарила мимолётной улыбкой. – Кураи, где «Wind», который нам доставили? Его нет в той картонной коробке.

– А…

– Дай я прочту. – Она протянула свою маленькую ладошку.

Я всё ещё не мог пошевелиться, и Ясу крикнул:

– Кураи!

Я опустил голову, неловко направился к шкафчику и вытащил оттуда пять экземпляров еженедельника, которые так старательно спрятал.

– Простите. Я узнал об этом от господина Ябукиты, который звонил недавно, поэтому…

– И что ты собирался с ними сделать? – изумлённо спросил Ясу, но я только ещё раз извинился.

Макино пролистала журнал.

Её взгляд остановился на нужной статье. Выражение её лица не менялось во время чтения. Ясу, просматривая текст из-за её плеча, резко покраснел, а его глаза выпучились от ярости.

– Что за чушь! Я куплю все пять журналов. Незачем их выставлять, – сказал он, но Макино увернулась от руки Ясу, когда он попытался отобрать «Wind», и покачала головой.

– Нет, Ясу. Книжный магазин должен продавать книги. Каждая книга, журнал и комикс создаются в надежде, что их прочитают.

Макино ещё раз посмотрела на страницы, прикусила губу и протянула мне журнал.

– Можешь выставить его на стеллаж, Кураи?

– Хорошо…

Глядя на нежные руки Макино, я мог лишь согласно кивнуть. Когда я взял журнал, кончики моих пальцев слегка коснулись её, и они показались мне холодными. Лицо Макино было совсем близко от моего. Я слышал её дыхание. Наши взгляды встретились. И всё же её голос, её руки, её взгляд – всё в ней казалось очень далёким.

– Ну что ж, – сказала Макино с лёгкой улыбкой, выходя из подсобки. Ясу похлопал меня по плечу, но я не мог пошевелиться, продолжая смотреть на дверь.

* * *

Через несколько дней после того, как «Wind» появился в книжных магазинах по всей стране, мне позвонила Саори.

Поезд, в котором я ехал, только что прибыл на станцию «Нохара», я быстро сошёл на платформу и поднёс смартфон к уху.

Саори – третья жена моего отца. Мы прожили под одной крышей почти четыре года, пока этой весной я не оставил родительский дом в Хироо. Несмотря на её подчёркнуто элегантную внешность, у неё открытый и весёлый характер, что очень спасало меня в подростковые годы.

Первое, что сказала Саори на другом конце провода, было:

– Фумия, ты в порядке?

– О чём вы? – спросил я, пытаясь притвориться дурачком, и Саори призналась, что отец прочитал статью в «Wind» и забеспокоился о «Кинъёдо», а следовательно, и обо мне, она снова задала тот же вопрос.

– Я в порядке. Важно другое. Как отец? Как у него дела? Извини, что не смог навестить его вчера.

Я всё ещё стоял на платформе и выслушивал причитания Саори, кивая и соглашаясь, пока она рассказывала мне о состоянии отца и успехах моих сводных сестёр-близняшек.

Ближе к концу разговора Саори заметно повеселела и стала подбадривать меня:

– Так что, если что-то случится, сразу дай мне знать. Когда тебе будет плохо, положись на свою семью.

Наконец она повесила трубку.

Я положил смартфон в карман и какое-то время смотрел на третью платформу. Я искал глазами бродячую кошку, обосновавшуюся на станции, но её нигде не было видно. То ли потому, что я не смог её найти, то ли потому, что мне удалось поговорить с Саори, я невольно вздохнул.

На самом деле я планировал взять выходной вчера, чтобы навестить отца в больнице в Токио. Но не смог этого сделать, потому что нынешнее положение «Кинъёдо» не позволяло мне взять отпуск.

В общем, у меня не всё было в порядке.

На улице стоял летний зной, но в «Кинъёдо» зима уже вступила в свои права. День за днём, какую бы дверь я ни открывал, там было так же холодно, как в январе в Коннектикуте [15].

Я уже немного устал от звонков обеспокоенных родственников, но в последнее время в «Кинъёдо» звонили только разгневанные анонимы. Выслушивать недовольства, жалобы или просто эмоциональные речи – это стресс, который отнимает время от работы. Когда я наконец вешал трубку и выходил в магазин, меня смущали люди, которые теперь смотрели только на меня, а не на книги. Вскоре я понял, что боюсь даже самых обычных покупателей и чувствую себя невероятно беспомощным.

Кот Пит просто потрясающий: он верит, что «одна из дверей обязательно ведёт в лето», хотя проводит каждый день в зиме. Иногда я задумываюсь, был ли Джин похож на Пита.

Словно пытаясь вырвать меня из круговорота мыслей, автоматические двери раздвинулись. Вошла Тодзэн Саё, ученица первого класса старшей школы Нохары. Она была одной из немногих посетителей, которые давали мне ощущение лета.

– Добро пожаловать.

Не успел я окликнуть Саё, как Макино уже тепло поприветствовала её. Саё распахнула свои ясные глаза и, поклонившись, сказала:

– А, здравствуйте.

С удивлённым, как у бельчонка, лицом и трясущимися вьющимися волосами она подбежала ко мне, пока я переставлял книги.

– Слышал? Слышал? Управляющая Минами только что сказала: «Добро пожаловать».

Я немного отодвинулся и кивнул:

– Ага…

– Разве она не должна сказать: «Добро пожаловать в “Кинъёдо”»?

– Ага. В последнее время только: «Добро пожаловать».

Саё заметила, что я стараюсь не смотреть ей в глаза, и скрестила руки на груди.

– А господин Ваку?

– Он везде ходит и извиняется. Сугава заболел гастроэнтеритом. Кафе, само собой, закрыто.

На лице Саё отразилось искреннее сочувствие.

– В «Кинъёдо» всё и правда серьёзно, да?.. И с управляющей?

Саё, беспокоясь о Макино, которая стояла за кассой, всё время поглядывала в её сторону, но я хотел сказать, чтобы она не переживала, потому что Макино сейчас ничего не замечает. Вчера она порезала указательный палец на левой руке о страницу новой книги, когда расставляла новинки. Я поморщился, представив себе боль от пореза. Но Макино на меня наплевать. Она наверняка не заметила, что сегодня я забыл побриться. Она наверняка даже не подумала о том, в каком я состоянии и что чувствую, находясь здесь.

Взяв себя в руки, я поднял взгляд и спросил Саё:

– В школе говорят про журнал?

– Немного. Из-за того, что говорят родители, и из-за слухов в интернете, некоторые заинтересовались и прочитали статью.

– И ты тоже?

– Я его не читаю. «Weekly Wind» – журнал для стариков.

Я почувствовал гнев в её голосе и облегчённо выдохнул:

– Спасибо.

– Что? Ты о чём это? С каких пор ты меня благодаришь?

Саё прикусила нижнюю