Полночный поезд - Мэтт Хейг

Он узнал Клодетт.

– Привет, Уилбур! – поздоровалась она, взглянув на Мэгги с радостной улыбкой, как будто он был счастливым героем беседы, сам того не подозревая.

– О, привет, Клодетт! Надеюсь, у тебя все хорошо.

Клодетт не расслышала его. Он повернулся к Мэгги. Почувствовал легкий прилив адреналина.

– Так вот где ты теперь работаешь.

Она кивнула.

– Графический дизайнер при театре. Здесь работает Клодетт, и она знала, как мне не нравилось в Лондоне, поэтому нашла для меня позицию получше, – она показала ему программку к пьесе Чехова «Вишневый сад», которую давали как раз сегодня.

Он заметил крошечную надпись «Мэгги Шоу» под удивительно простым геометрическим изображением вишневого дерева на обложке. Он почувствовал гордость за нее, но еще сильнее – радость от того, что она вернулась в город.

– Потрясающе, Мэгги.

– Ты, должно быть, почетный гость, – сказала она с улыбкой. – Потому что этот прием предназначен для, и это цитата, «самых почетных гостей и журналистов Йоркшира и Англии», а ты – не журналист.

– Понятия не имею, что такое «почетный гость».

Она озорно ухмыльнулась.

– Это значит, попросту говоря, надутый хлыщ.

Он рассмеялся.

– Ну, в таком случае я определенно почетный гость.

Их глаза на секунду встретились.

– Так что же случилось с Лондоном? – спросил он, глотнув теплого белого вина. – Я не хотел расспрашивать тебя по телефону…

– Расспрашивай на здоровье.

– Вот он я, Мэгги, расспрашиваю вовсю.

– Работа мне нравилась. Просто было чувство, как будто я теряю себя.

– Что это значит?

– Ну, нас там собралось тридцать человек, и только я одна с севера, и всего три женщины, включая меня. А Тревор Джейкобс, директор «Трапеции», выдавал мои идеи за свои, когда не смог затащить меня в постель.

Она сказала это ровно, как бы между прочим. Просто с нейтральной, бесстрастной честностью.

– Ого, нехорошо.

– Не переживай. Я всегда чувствовала, что могу довериться тебе, Уилбур. Знаю, что ты не выдашь мои секреты.

– Я – хранитель секретов.

Она улыбнулась. Ее взгляд был сосредоточен только на нем.

– Ну да ладно. Как у тебя дела?

Он рассказал, что мистер Багдейл умирает и буквально вручил ему ключи от магазина. Рассказал, что помог матери купить ее первый дом с собственным садиком. Рассказал, что живет вместе с ней, и что у него есть своя машина, на которой он ездит на работу.

Ему было неловко. Казалось, что он набрасывает эскиз жизни. Это натолкнуло его на мысль, что чего-то тут не хватает, возможно, как раз ее. Поэтому он снова спросил о Лондоне.

– Даже не знаю. В богемной модной лондонской тусовке есть определенная ограниченность мышления, – объяснила она, беря с подноса канапе с сыром и ананасом. – Они думают, что такие осведомленные о мире, потому что ведут разговоры о Камбодже и Вьетнаме, курят травку под «Пинк Флойд» и носят блузки в мексиканском стиле, но если копнуть глубже, то окажется, что они используют эти… как бы выразиться… космополитские символы… чтобы поделить людей на «своих» и «чужих». Предрассудков у них больше, чем у среднестатистического сталевара, попивающего пивко в пабе «Лягушка и попугай» на Дивижн-стрит… Но это за меня говорят мои защитные механизмы, – сказала она, на секунду посерьезнев. – Может быть, все мы просто ищем место, где нас примут. И самое печальное в этом, Уилбур, что человека нужно прогнать откуда-то, чтобы он нашел свое место. Думаю, это со мной и произошло.

– Даже представить не могу, что тебя кто-то хотел прогнать, – сказал Уилбур.

Его Дух вздохнул.

– Ох… как же я скучаю по этим мыслям.

Ее глаза заговорщицки засияли.

– Спасибо, Уилбур. Это много для меня значит.

– Я скучал по тебе.

– Я тоже по тебе скучала. Довольно неожиданно, на самом деле.

– Да неужели? – С притворной уверенностью сказал Уилбур. – Я бы сказал, что это вполне объяснимо. Из-за моей харизмы. Только посмотри на меня, – он выпятил челюсть. – Роберт Редфорд, завидуй молча.

– Скорее, ты – отбившийся ягненок, а я – пастушка, которая вернулась за тобой.

– Эй. У меня вообще-то теперь есть усы. Я крутой парень. Я на днях пробил себе палец степлером и даже не заплакал.

Мэгги засмеялась, но смех быстро утих. В шуме комнаты выражение ее лица сменилось безмятежным созерцанием.

– Я думала, что если вернусь, то буду чувствовать себя неудачницей, но нет… Мне кажется, что все так, как должно быть. Посмотри вокруг. Посмотри на людей. Посмотри на себя, – в ее глазах был скрытый смысл, и его сердце почувствовало это. – Иногда все, что тебе нужно, находится неподалеку от того места, где ты начал.

Мужество, необходимое, чтобы любить

В театре они сидели рядом. А потом пошли выпить.

– Поцелуй меня, Уилбур, – сказала она на тихой улочке. – Просто поцелуй меня.

И он поцеловал ее и почувствовал облегчение, словно она была воздухом, которым он дышал. Он никогда никого не хотел так, как ее в тот вечер.

Прибыл поезд, и, несмотря на нарочитую нерасторопность, Дух, улыбаясь, поднялся по металлическим ступеням, открыл синюю дверь и вошел в вагон. Он понял, что были моменты, которые он ценил не только ретроспективно, но и которые обожал непосредственно в свое время. И этот вечер был именно таким.

За светящимися занавесками на окне поезда он мельком увидел их силуэты.

Ночь они провели вместе – в его спальне в доме, который он купил для матери. Он помнил, как необходимость оставаться неслышными лишь усиливала ощущение невинности и волнения.

Как они провели ночь голыми под простынями, склоняясь друг над другом, эйфорически и тайно шепча и хихикая. Неловкое столкновение конечностей и стягивание одежды друг с друга. Поцелуи бесконечной глубины. Тела, сливающиеся с мыслями, и мысли, сливающиеся с телами. Дружба, которая становилась чем-то большим.

Сплетение миров. Запах тел и нового ковра. Внезапная тишина и замирание, когда им показалось, что они слышат его маму.

Он помнил ощущение ее теплого голоса, когда она шептала в ухо его имя. Помнил, как курили у окна одну на двоих сигарету, обернувшись простынями. Помнил ее голову у себя на плече, когда она засыпала. Помнил счастье от мягкого медленного потока ее дыхания. Он скучал по этому. Скучал по ней. Так сильно скучал по ней. Скучал по приключениям, прожитым вместе, и тем, которые не свершились.

* * *

Он видел, что время ускорилось, когда они начали встречаться.

Они ходили в пабы, рестораны, кинотеатр, где она больше не работала, чтобы посмотреть «Изгоняющего дьявола». Гуляли у прудов с утками и в местной художественной галерее.

Он смешил