Уроки испанского - Екатерина Вячеславовна Здановская

– Куда? – воскликнула мать. – Никуда не пущу! С какой-то подзаборной девкой по углам скитаться! Не пущу! Хочешь мать в могилу свести? Ты забыл, что у меня сердце больное?

Она вскочила и попыталась схватиться руками за сумку, но тут раздался мощный, почти мужской, сильный, чуть хриплый голос:

– Валька, сидеть! – рявкнула молчавшая все время до этого бабушка. От неожиданности мать Вадика плюхнулась обратно на стул, а сестра как-то неестественно выпрямилась и наконец перестала злорадно улыбаться.

– Спасибо, бабуль, – сказал Вадик, – я позвоню.

– Иди-иди, Вадюша, – заскрипела от окна бабушка, – пора уже.

В прихожую их провожать так никто и не вышел. Стася слышала, как всхлипывала мать Вадика, слышала злой бубнеж сестры, но бабушка больше не произнесла ни слова.

В вагоне метро, прижавшись в толпе к Вадику, Стася спросила его на ухо:

– Почему ты мне ничего не рассказывал?

– Я не такой смелый, как ты, – признался он.

Позже, уже в квартире, за нехитрым ужином, приготовленным вдвоем, Вадик рассказал:

– Я сто раз хотел съехать, жить отдельно, но каждый раз мама устраивала сцену: то у нее эпилепсия, то инфаркт, то гипертонический криз. Ну, в общем, понимаешь. Так-то она у меня неплохая. Сейчас немного отойдет, свыкнется с мыслью, что мы вместе, и все наладится.

Однако не наладилось. Для матери Вадика Стася так и осталась злой разлучницей, корыстной лимитчицей, коварной соблазнительницей и охотницей за петербургской элитной недвижимостью, окрутившей ее наивного глупенького мальчика. Сперва Вадик звонил матери каждую неделю, и все разговоры с ней заканчивались одинаково: приходилось выслушивать поток брани в сторону Стаси, что, конечно же, не могло ему нравиться. Тогда Вадик стал звонить реже: раз в две недели, раз в месяц, а потом и вовсе – только по большим праздникам. С сестрой он и до этого имел отношения натянутые, и только бабушка поддерживала его решение – ей он по-прежнему звонил часто, говорил подолгу и с удовольствием.

В конце мая их группа сдала экзамен, и Стася и Вадик получили сертификаты. Тем же вечером, празднуя в небольшом кафе это радостное для обоих событие, он предложил Стасе подать заявление в ЗАГС. Лучась от счастья от успешно пройденного курса испанского, девушка радостно согласилась, да, конечно, да, разве можно было дать другой ответ?

По дороге домой в автобусе настроение у Стаси внезапно поменялось. Она почувствовала: внутри нее нарастает, как огромная волна, тревога. Вот-вот эта волна ее захлестнет, и тогда станет совершенно невозможно дышать. Да что с ней такое? Любимый мужчина хочет жениться на ней, а она – не рада? От лавины мыслей разболелась голова. «Ну, хорошо, – в числе прочего думала Стася, – поженимся, уедем в Испанию. У Вадика там работа, перспективы, интересная начнется жизнь. А что я? С работы придется уволиться, кем-то устраиваться на месте? А смогу ли? Возьмут ли куда? А если не возьмут, то что делать? Стать домохозяйкой, сидеть у него на шее?» Пришлось отвернуться к окну, чтобы Вадик не увидел ее влажных покрасневших глаз. «Что за дура, – корила она себя, – такой счастливый день, а я все порчу». Но счастье больше не ощущалось, испарилось оно, это счастье. И вот в этом автобусе, везущим их до съемной квартиры, Стася впервые так ясно и горько прочувствовала свое сиротство при живых родителях. Так хотелось кому-нибудь позвонить, поделиться сомнениями, спросить совета, а некому звонить, никого у нее нет. Хотелось, чтобы кто-то выслушал, успокоил, сказал, что все будет хорошо, все получится. Хотелось, почему-то хотелось, чтобы это непременно была мама, ну или хотя бы отец. Но их не было. Стася даже усмехнулась, представив себе, как она вдруг объявляется спустя столько лет, звонит им, чтобы услышать слова поддержки. Какая жестокая шутка. Нет, все придется решать самой.

Тем же вечером они заполнили онлайн-заявление на заключение брака. Предсказуемо выяснилось, что лето – популярная пора для свадеб в Петербурге, поэтому ближайшая дата чудом нашлась только на раннее утро 14 июля. Стася и была этому рада (есть время подготовиться и все обдумать), и одновременно была огорчена (есть время все обдумать и накрутить себя миллион раз). Вадик будто бы не замечал ее настроения, он закрыл крышку ноутбука и сказал, что оплатит пошлину в ближайшее время. Стася удивилась, как для него просто дается это решение, а ведь это, можно сказать, судьбоносный момент! Хотя не ему уготовано резко поменять свою жизнь, его жизнь-то как раз идет по строго намеченному плану: курсы испанского, отъезд, работа в другой стране. Стася даже разозлилась: а как же она? Почему про нее он не подумал? От бессильной злости захотелось придраться к какой-нибудь мелочи и устроить скандал.

«Да я же копирую своих родителей», – ужаснулась она поразившей ее догадке. Нет, Вадик тут ни в чем не виноват. Это были ее демоны, и с ними только она одна могла справиться. А потом Стася вспомнила, что все-таки у нее есть помощники: Елена Андреевна и Ульяна. Все-таки есть у кого спросить совета, есть с кем поделиться своими тревогами.

На другой день в обеденный перерыв Стася позвонила подруге, решила начать с нее, послушать, так сказать, непрофессиональное, но очень важное мнение.

– А вот представь свою жизнь без Вадика, – сказала Ульяна, – тебе как будет?

– Плохо, – честно ответила Стася.

– А без издательства, но в Испании и с Вадиком как будет?

– Ну, наверное, тоже плохо, но не так, как совсем без Вадика, – призналась Стася.

– Вот и ответ, – радостно сказала подруга, – потерю работы пережить можно, может, там, в Испании, что-то отыщется, может, удаленную найдешь. А второго такого Вадика просто не существует. Я же вижу, как ты с ним счастлива.

– Спасибо, – от нахлынувших чувств прошептала Стася, благодарность и теплые чувства к Ульяне ее переполняли. Она поняла, как сильно будет скучать по подруге. – Кстати, – добавила она, – приходи на нашу свадьбу. Я вышлю тебе все детали.

После разговора с Ульяной Елену Андреевну беспокоить уже смысла не было, решение принято, сомнения отвалились. Стася почувствовала себя и лучше, и легче, словно перестала на плечах тащить тяжеленный мешок с камнями.

В середине июля они расписались в ЗАГСе недалеко от Таврического. Праздновали скромно, пригласили только Ульяну с ее парнем и пару приятелей Вадика. После росписи отправились гулять в парк, где Ульяна и сфотографировала счастливую молодую жену. Фотография вышла замечательная, искренняя, теплая, о такую руки можно греть морозным зимним вечером. И как-то сразу захотелось поделиться своей радостью. Да, Стася помнила, что счастье любит тишину, никому нельзя