Огни в Снежном - Николай Васильевич Угловский

Не стоило бы, конечно, об этом вспоминать, если бы то же самое не сказала ему — кто бы мог подумать! — сама Зиночка… Произошло это в клубе, вскоре после собрания. Закончив репетицию, молодёжь по обыкновению собралась на сцене в кружок, в центре которого был Куканов с баяном. Сначала спели «Под городом Горьким», потом любимую Зиночкину «Хороши в саду весной цветочки». Зиночка сидела рядом с Воронковым, и, когда пела, её взгляд был устремлён только на него. Теребов угрюмо молчал, едва сдерживая накипавшее бешенство. Он злился на Зиночку за то, что она попрежнему предпочитала общество Воронкова всякому другому… И почему только считают его хорошим парнем? Ведь знает Зиночка, что у него есть любимая девушка в городе, и всё же для неё никого лучше его нет. Вот такие-то люди, как Воронков, вылезают наверх, а те, кто поскромнее, так и остаются всю жизнь в тени. «Ну, да мы ещё посмотрим, кто кого», — думал Теребов, слыша в хоре лишь один Зиночкин голос и наслаждаясь им.

После пения решили потанцевать. Женя Милютина попыталась было уговорить его поиграть на баяне вместо Куканова, но Теребов наотрез отказался. «Воронков будет танцевать, а я для него — играть?» — подумал он, забыв, что, кроме Воронкова, танцевало ещё с десяток ребят и девушек. Выждав, когда Володя в перерыве заговорил с одним из парней, он подошёл к Зиночке.

— Станцуем, Зина?

Она оглянулась на Воронкова и, чуть помедлив, положила руку Теребову на плечо.

Боясь оказаться слишком неловким и оттого стесняясь ещё больше, он бережно повёл её по кругу.

— Держи крепче, не то улечу, — смеясь, сказала Зиночка.

Он крепче обхватил рукой её стан, прерывисто проговорил:

— Зина, выйдем на крыльцо на минутку… иначе тебя никогда одну не застанешь.

— Говори здесь, на крыльце холодно.

— Оденься.

— Зачем? Никто ещё не собирается уходить.

— Ждешь, когда пригласит Володя? — спросил он.

— Хотя бы и так, — с вызовом ответила она. — Тебя это, по-моему, не касается.

— Нет, касается, — резко проговорил Теребов. — Ты же знаешь… Воронков с тобой от нечего делать забавляется, а я всерьёз…

— Да неужели? — насмешливо взглянула на него Зиночка и тут же строго добавила: — Ну и болтун ты, Юрка. Причём здесь Воронков? С кем нравится, с тем и дружу. Ты бы лучше про Марусю рассказал — с ней ты всерьёз или как?

— Я и хотел всё рассказать, да ты слушать не хочешь… Воронкову ты веришь, а ведь всем известно, что у него есть невеста. Пусть я болтун, но обманывать я не способен. А Воронков тебя обманывает…

— Ладно, хватит, — останавливаясь, сказала Зиночка. — Ты затем и на крыльцо меня звал, чтобы про Воронкова сказать? Так я про него и без тебя всё знаю.

— Вовсе нет… Подожди, Зина… ну, послушай, — пытался он остановить девушку, но Зиночка уже скрылась среди танцующих.

Теребов прислонился к стене. «Дура, побежала к Володьке, обиделась. Больно ты нужна ему, как же!». Он тотчас же оделся и с удивлением увидел, что Зиночка тоже оделась и стремительно направилась к выходу.

Сердце Теребова учащённо забилось, однако он сдержался и подождал, пока Зиночка не скрылась за дверью. Судя по всему, Воронков даже и не заметил её ухода.

«Нет, не так уж это глупо, что я сказал ей про Воронкова. Пусть подумает, сегодня я ей не стану мешать», — решил Теребов. Его уверенность в том, что рано или поздно ему удастся поговорить с Зиночкой серьёзно, окрепла. Единственно, что теперь требовалось от него, — терпение. Время покажет, кто прав. Теребов ещё заставит Зиночку извиниться за «болтуна». Он своим поведением докажет, как она ошиблась…

Три последующие дня Теребов не пытался заговорить с Зиночкой и даже при мимолётных встречах старался на неё не глядеть. Он валил лес на другой пасеке и всякий раз, узнавая в конце дня о выработке Воронкова, давал себе слово догнать соперника. Теребову казалось, что таким образом он унизит Володю в глазах Зиночки. Кто-кто, а он-то отлично знал, что Зиночка отстающих не жалует. Однако догнать Володю не удавалось. Чтобы догнать, требовалось не только желание, но и опыт, настойчивость в преодолении всё новых и новых трудностей. А Теребов рассчитывал достичь успеха разом. Из этого вышла неприятность: Устинова сделала Теребову выговор за неправильную валку и заставила спилить высокие пни, оставленные им в спешке. Не удержавшись, Теребов сказал что-то насчёт придирок, а Устинова сейчас же привела в пример Воронкова, у которого высокая выработка сочеталась с безукоризненным качеством валки. Теребов не нашёлся, что ответить, и мысленно махнул на всё рукой. Он пожалел, что не уехал сразу после собрания. Тогда, по крайней мере, у него не было насчёт Зиночки никаких надежд. Впрочем, зачем обманываться: он надеялся тогда точно так же, как и сейчас. Зиночка скоро поймёт, чего стоят Володины обещания. Поймёт… и придёт к Теребову. А пока этого не случилось, он не мог уехать, хотя сознавал неизбежность отъезда. Он подождёт ещё. В глубине души он таил надежду, что сможет уехать вместе с Зиночкой. Неужели она захочет остаться после разрыва с Володей?

Прошло пять дней после разговора в клубе, а Зиночка всё не шла. Правда, с Володей она виделась тоже редко, только на работе. Почти все вечера Володя просиживал дома. Уж не получил ли он письма от Гали, не находится ли она на пути в Снежный? Не зря же Воронков стал в последнее время избегать встреч с Зиночкой.

Что же, раз Зиночка к нему не идёт, он пойдёт к ней сам. А то, пожалуй, она может подумать, что он в самом деле болтун и никогда не собирался говорить с ней серьёзно. Почему спросила она тогда о Марусе? Да разве можно сравнить Зиночку с Марусей!

— Юрка! Подожди!

Теребов вздрогнул от неожиданности и оглянулся. Его догонял Володя Воронков. В лесу стемнело, но волок был ярко освещен, и Теребов ещё издали разглядел признаки беспокойства на лице Воронкова.

До недавнего времени из всех соседей по комнате Володя был самым внимательным к Теребову, хотя и недолюбливал его. Шурик, тот открыто избегал бывшего пилоточа, а Куканов им просто пренебрегал. Уйди от них Теребов, Куканов, пожалуй бы, и не заметил этого. Но Теребов уйти не мог, потому что на всём участке, кроме кондуктора Сидоренко, у него не имелось друзей. К Володе с Кукановым он всё же настолько привык, что без них, в другом месте, ему было бы ещё хуже. А главное, в их комнату частенько наведывалась Зиночка, и только здесь Теребов мог её увидеть