И снова в бой! - Владимир Николаевич Макарычев

– Что же делать? Вижу, вода в системе не успела замерзнуть…

– Не успела, – подтвердил догадку Олег, – систему отопления дома спас, но требуется время на постановку новых батарей в этом помещении, затем потратим время на заполнение системы водой. Хорошо, запустим тепло завтра к утру.

– Ускорить к часам одиннадцати дня возможно? – с надеждой получить положительный ответ спросил Сергей.

– Технологически исключено, – сдерживая раздражение, проговорил бригадир, – к тому же микрокотельная, что во дворе, из-за маломощного насоса не справится. Давления маловато.

Увидев поникший взгляд Сергей Сергеевича, попытался сгладить ситуацию:

– Сергеич, не переживай, я подтвержу ЧП. Нет в этом нашей вины. Сделано специально, с целью провокации. Умело стравливают жильцов и вас, россиян. Я даже предполагаю, кто.

Земченко внезапно замолчал, поняв, что сказал лишнее. Сергей, напротив, зацепился за недосказанное предположение, как за «спасительную соломинку» в море несчастья.

– Назови гадов. Ольга или кто-то другой из жильцов дома?

Олег упорно молчал, наконец желая успокоить разволновавшегося начальника, тихо проговорил:

– Не нам с вами, Сергеич, искать врагов, наше дело строить. Будет желание властей вскрыть подполье нациков, вскроют. Не лезьте в змеиное гнездо и меня туда не тащите. Целее будем.

– Помнишь, в школе читали про спартанских воинов, предпочитающих погибнуть в бою стоя, чем жить на коленях? Подниматься на борьбу с подпольем вам, мариупольцам. Иначе жизнь на коленях…

Олег слегка покраснел, в глазах появились озорные огоньки:

– Знаете, сегодня я не живу, а выживаю. Ради троих малолеток. Вырастить, выучить – отцовская обязанность. Ради их будущего готов жить на коленях перед кем угодно. Умереть за чужие ценности – невелика заслуга. Защищать свои идеалы, претерпеть и победить, сложнее чем погибнуть. В прошлом я боксер, имел в Мариуполе свой клуб. Был авторитетен среди чиновников и бандитов. Так что бороться и победить в крови спортсмена. Это бандит безрассудно идет на гибель. Кстати, в этом доме проживал известный нацик – азовец «Паук». Говорят, его убили, но страх жильцов даже перед мертвым, видимо, остается. Иван, знаете, такой культурный психотерапевт? Что по утрам метет по своей инициативе бесплатно тротуар возле дома на центральной улице Перемоги. Поговорите с ним о его теории воскрешения из мертвых. Поймете мои опасения. Самое главное – моя вера в семью, в том числе и в российскую власть. Быстро только кошки родятся.

Оба они осознавали трагические последствия ночного происшествия. Комиссия не будет искать диверсантов, она работает по законам мирного времени. Чиновникам не нужен конфликт. Комендантский час, военное положение, существование диверсантов и другие крайности, связанные с ведением боевых действий, ими не принимались.

Вспомнился один из многочисленных комментариев на Ютубе людей, называющими себя политологами, о причинах теперешних событий, – «Запад давно готовил противостояние Украины с Россией. Сначала купил интеллигенцию, потом организовали внешнее управление Украиной. Завели массу неправительственных организаций с финансированием. Похожее происходило последние тридцать лет и в новой России. Стержень, вокруг которого все это крутится, – потребительская психология, индивидуализм, власть денег над людьми».

Делиться догадками, неважно с кем, в последнее время не приветствовалось. «Как бы чего не вышло», – предупреждал издалека герой чеховского рассказа «Человек в футляре». В обстановке враждебности с самого начала пребывания в Мариуполе ощущал себя Сергей. Не случайно сравнивал свою сегодняшнюю жизнь со спальней Беликова, «похожей на ящик».

Тем временем Олег сумел перекрыть воду. Пар, заполнивший помещение бывшего магазина, рассеялся.

Заместо одной беды появилась вторая. Через полуоткрытую дверь с улицы вбежала Ольга. С голодной хваткой, подобно куску хлеба со стола, схватила рукав рыжей куртки сантехника. Настойчиво потянув его к выходу, комментируя свои действия:

– Олег, пошли скорее, приехали проверяющие!

Ольга умышленно игнорировала присутствие Сергея.

Напротив Ольгиного подъезда стояла группа мужчин, одетых в защитного цвета куртки. Были здесь раньше военные, снимали телевизионщики, но такой представительной делегации не видали.

Всезнающая Ольга моментально внесла ясность, оборачиваясь к Сергею, угрожающе прошипев:

– Сейчас со всеми разберутся!

* * *

Филиппов, также вызванный утром главой района на «срочную комиссию», спрятался в подъезде проверяемого дома. Он слышал о ночном происшествии, но в силу легкого характера предпочел не забивать голову «всякой там ерундой». Поддержал его Иван, психотерапевт. Не раз и не два общался с этим человеком. Всегда находил у него поддержку моральную, а часто материальную. Сегодня Иван, увидев в подъезде Филиппова, проявил обычное гостеприимство:

– Заходи Александр Николаевич, кофе угощу, чай китайский. Не дело тебе попадаться на глаза обозленному начальству. За ночное происшествие пускай ругают других. Пережди у меня, пока тучи рассеются. Новенький, Сергеевич, пускай почувствует полноту ответственности.

Иван легонько подтянул Филиппова за рукав в свою квартиру. Сноровисто налил из чайника в кружку элитного чая. Ловко достал из-под стола небольшой сверток, который заранее изготовил. Заботливо предупредив гостя:

– Заберешь, когда будет удобно. Вискарик из довоенных запасов. Ну-ну, не отказывайся! Здоровья ради хорошему человеку.

Филиппов и не отказывался. С утра душил сушняк после вчерашнего ужина с подрядчиком. Деловая сметка помогла состряпать очередное прибыльное дельце. Договорился за наличку сдавать самосвал и пару автовышек с корзинкой. Тысяч двести в месяц – неплохое пополнение к заработной плате. Тем более делиться не нужно, лишь бы собственники не прознали. Единственный, кто мог угрожать побочному заработку, – новый зам генерального, прибывший следить за порядком. Психотерапевт Иван оказался прозорлив, подсказав верное решение. Отойти в сторонку, не мешать происходящему. Авось сломается Сергей Сергеевич от первой встречи с главным надзорным органом.

Тем временем Иван, бесшумно закрыв за собой дверь, направился в разведку.

Оказалось, с первым замом главы города прибыл донецкий прокурор. Данный факт насторожил Ивана, отчего пришлось удалиться от группы проверяющих на почтительное расстояние. Выбранный «пост» позволял наблюдать, но исключал слышимость. Хотя по жестам человека в однотонной зеленой одежде, вокруг которого образовали полукруг местные чиновники, понял, что ищут строительного начальника. Скоро, как он и предполагал, такой руководитель нашелся.

«Новенький» тем временем неуверенной походкой поспешил к главному проверяющему.

Представившись, Сергей поначалу выслушал обвинения потерпевшей стороны. Ольга завела старую пластинку о холоде, недоделанной крыше, заканчивая просьбой сменить строителей. Активно жестикулируя руками, дополняя сказанное немыми жестами. Кончики ее наманикюренных ноготков играли цветами радуги. Мариупольские женщины, несмотря на тяжелые бытовые условия, изо всех сил поддерживали женственность. Как-то удавалось им при отсутствии салонов красоты, парикмахерских и городских бань.

Прокурор, пятидесятилетний мужчина со строгими спокойными глазами, доброжелательно принял Сергея. Несмотря на видимое добродушие, допрос обвиняемого начался по всем правилам процессуального кодекса, где присутствовали плохой и хороший следователи. На роль плохого по собственной инициативе выдвинулся