Капкан - Алексей Дмитриевич Козловский

– За топором сходить надо.

– Так сходи, – зловеще прошипел Старцев. – Стоишь, как недоделанный.

Андрей удивился резкости товарища. Обычно уравновешенный Герман мог разве с долей иронии послать куда подальше, но чтоб так… и повернулся, намереваясь идти к костровищу.

– Стой! – опять приказал старший. – Вместе пойдём. Да по сторонам озирайся, не ходи как сонный. Тайга, брат, разинь не уважает.

Вырубив жердь подлиннее и оставив на конце её ветку в виде крючка, смущённые следопыты вернулись к реке.

– Смотри туда, – показал Герман на воду, – вроде чернеет что-то? – Ветлицкий ничего не увидел, но на всякий случай кивнул. – Киваешь, – набросился на простофилю Старцев, – а сам ни черта не видишь. Ох, рученька моя, ручка! Чем тебя, Ветла, делали – может, пальцем? Да забреди ты поглубже, сапоги-то не протекают?

– Вроде нет.

– Левее, теперь видишь? Цепляй.

Наконец и Андрей увидел находку Германа, а когда, зацепив, вытащил на берег, то это оказался рюкзак, где кроме котелка, посуды и прочих мелочей внутри лежало несколько булыжников. Ветлицкий растерянно смотрел на трофеи. Старцев же злобно выругался:

– Скатываться отсюда надо, только куда? Час назад ещё знал, а теперь – не знаю. Вверх идти – пустое дело, а вниз – на тех, кто здесь разбойничал, запросто нарваться. Опять же, плот рубить ни сил, ни возможностей, да и плыть на виду у всех… а ты говоришь, спальники возьмём. Здесь мокрухой пахнет. Лучше бы нам с горы тем путём уходить, которым туда притопали.

– Ты же руку поранил?

– Не скажи, руку я повредил уже после того, как ты в штаны наложил, а если бы мы сразу решили в пещеру спускаться, то и настрой другой… Теперь же попали, как кур в ощип.

– Возможно, не так всё плохо, Гера?

– Если по-твоему, то откуда вся эта амуниция брошенная? Голову даю на отсечение, что если хорошенько пошарить, то и трупы можно найти. Два спальника – два трупа, понятно, маменькин сынок? – Старцев недобро посмотрел на Андрея, но того такой расклад вовсе не устраивал, и он тоже вдруг огрызнулся:

– Знаешь, выходит, это я тебя за чужим золотом сманил, я на подозрительных заготовителей напоролся, я Крота в лагерь притащил?

– Может это вовсе не Крот, – заотпирался Герман, – но, с другой стороны, что ты скажешь про пачку «Кэмела»?

– И это из твоей оперы: сигареты, стрельба по кустам, камни с горы на тропу… короче, жути нагонял, пока сам не обделался.

– Хватит попусту языком лязгать, – огрызнулся Старцев. – Может, потому мы с тобой и живы ещё, что те, которые возле нас крутятся, остерегаются нашего умения защищаться, а так бы взяли голыми руками, как щенят из логова. Теперь надо быть осторожней, жаль, что ружья лишились, зато патроны остались.

– Не в задницу же их заряжать?

– А это на любителя, главное – самим там не оказаться, пошли.

– Может, спальники заберём, а то без костра и в сырости?

Герман подумал немного и скривил губы:

– Ладно, в силу сложившихся обстоятельств, но если честно, то не хотелось бы связываться с этим бесхозным имуществом. Забирай спальники – и вперёд, насколько успеем отойти отсюда. Да, и ещё вот что, – когда уже отошли на порядочное расстояние, спохватился бывалый таёжник, – мне показалось, что в чащобе вроде бы рукоять не то ракетки, не то ручка весла промелькнула? Я тогда рукою на ветку напоролся, и словно из ума вышибло, а теперь вот вспомнил. Надо бы завтра посмотреть – лодка этого стоит.

12

Андрея разбудил какой-то странный звук. Он открыл глаза и увидел, что Герман, склонившись над размотанной рукой, не то стонет, не то просто случайно вскрикнул от боли. Из спальника выбираться не хотелось, но и лежать, наблюдая за мучениями друга, тоже не годилось. Поёживаясь, Ветлицкий высвободился из тёплого плена.

– Покажи-ка.

– Чего уж, – скривился Старцев. – Хорошо бы пластырь из свежей травы наложить, впрочем, сейчас все травы жёсткие и сухие. Вот если бы отвар?

Разглядывая искалеченную руку, Андрей не знал, чем помочь другу. Светало, и в бледном свете нарождающегося дня вид ободранной кисти не обещал ничего хорошего. Нужно было поскорее выбираться в город, но неадекватное поведение Геры смущало поборника цивилизации.

– Итак, продолжаем голодать, гражданин поэт, – наскоро забинтовав руку, решил развеять предутреннюю тоску журналист. – Сейчас неплохо бы грамм по двести… колбаски или сыру копчёного.

– Кончай дразнить, Герман, расскажи лучше про рецепт кедрового молочка. Помнится, ты утверждал, что оно и калорийно, и витаминизировано.

– А вот выйдем к кедровнику, шишек насобираем, сейчас падалки много, и будет тебе молочко, но сейчас разговор о другом: помнишь, я вчера обещал вернуться назад и поискать… кажется, весло? Вроде бы именно оно лежало в кустах или мне померещилось?

– Нет, не обратил, а ты всё же думаешь, что это было лодочное весло или байдарочное?

– Если байдарочное, тогда нет нужды нам беспокоиться. На байдарке без должных навыков далеко не уплывёшь, кувыркнёшься на первой волне. Вот если катамаран изготовить, принайтовить на распоринах.

– Это по теории, а на практике – иди принайтуй.

– Да что ты завёлся? Надо быть оптимистом, понятно?

– Куда яснее, – вздохнул Ветлицкий. – Однажды мы с твоим оптимизмом уже навернулись, да так, что пришлось чесать по тайге в другую сторону.

– А теперь я всё больше проникаюсь уверенностью, что мы с тобой правильно поступили, – неожиданно жёстко произнёс Старцев.

– Опять ты за старое?

– Старое, говоришь? – Лицо Германа исказилось. – Тогда смотри. – Он подошёл к своему спальнику и отвернул одну из его половинок. – По-твоему, это что?

Андрей пожал плечами.

– Это, Ветлицкий, кровь!

– А не кофе или ягоду кто раздавил?

– Ягоду? Понюхай, если уши не заложило.

– А при чём здесь уши? – Андрей сделал шаг назад.

– Вот я и говорю, при чём? – перефразировав давнишний рекламный слоган, Старцев продолжил наступать в присущем ему идиотском стиле. – Всё ещё не доходит, что мы влипли в нехорошее дело? В любом случае за эти спальники с нас спросить можно, где их владельцы, тем более мы там наследили порядочно.

– Ты уверен, что здесь попахивает убийством?

– Я ни в чём не уверен, но в тайге всё может случиться, поэтому лодку нужно искать осторожно. Пошли мало-помалу.

– Так туман ещё.

– Туман простоит до обеда, а то и дольше. Пакуй свой рюкзак, маэстро, и помоги мне спальник скатать. Да патроны не выбрасывай, авось сгодятся.

Андрей только хмыкнул и стал молча собираться в дорогу.

13

– Кажись, здесь. – Старцев осторожно раздвинул кусты. – Но, может, и ошибаюсь. – Ветлицкий сунулся с другой стороны, зацепился за ветку и чуть не сбил друга с ног, тот