Полночный поезд - Мэтт Хейг

представители своего времени. Но это не значит, что мы не были безнадежно потеряны. Если бы мы были в романе Диккенса, то, скорее, в «Тяжелых временах», чем в «Рождественской песне». Хладнокровный промышленник, который перестает видеть в людях людей…

По сравнению с Духом, Сновидец прочитал «Трудные времена» недавно. Он помнил сцену, в которой промышленник Томас Грэдграйнд понял, что так и не познал «мудрость сердца». «Почва ушла у меня из-под ног. Единственный оплот, который казался мне – и сейчас еще кажется – незыблемым, как скала, рассыпался в одно мгновение»[38].

Он очень не хотел быть Грэдграйндом.

– Но мы же не такие, правда? Мне важны люди. Я не смотрю на них, как на единиц. Я не просто гоняюсь и гоняюсь за выгодой… Я же не такой? Мы не такие?

– Ну, были восьмидесятые. Так что никто бы и не заметил. Но, тсс… смотри.

Чарли осторожно оторвал кусочек чесночного хлеба и с грустью посмотрел на друга.

– Знаешь ведь, как говорят: умей дело делать – умей и позабавиться.

– Дел сейчас как раз невпроворот. За последний квартал мы открыли восемь новых магазинов. Добавь сюда проблемы с учетом и головную боль с цепочкой поставок. И конкуренция на главных улицах стала еще выше… Ты же меня знаешь. Мне нужно все контролировать лично.

– Борхес говорил, что время несет нас, как вода…[39] – сказал Чарли. – Я читаю его иногда. Все равно что читать ученого в Стране чудес. Это ты посоветовал мне его еще в универе, и я наконец-то до него добрался. Ты всегда точно знал, что мне стоит почитать. Так вот, помни, ты – как вода.

Уилбур ласково улыбнулся другу.

– Мне всегда нравились твои философствования, Чарли… И ты прав, мне нужно больше читать.

– Да просто грустно. Ты все время советовал мне, что прочесть, а теперь управляешь самыми известными книжными магазинами в стране, а у самого на книги времени не остается… Как будто все перевернулось вверх тормашками.

– Это всего лишь такой этап в жизни. Как только мне стукнет полтинник, я все брошу. И тогда мы с Мэгги отправимся в кругосветку. Индия, Южная Америка, Юго-Восточная Азия, да куда угодно. Я, возможно, сяду писать книгу, а у Мэгги будет ее живопись. И на этом все. Эта рабочая круговерть закончится. Такой вот план… Кажется, довольно выгодный компромисс. Паши как проклятый сейчас. Создавай что-то важное, что будут ценить клиенты. А потом завались на диван и уйди на пенсию на десять лет раньше остальных.

– Да, я об это что-то слышал. Мэгги поделилась с Клодетт на вечеринке, – кивнул Чарли.

В этот момент Дух склонился к сновидческому «я» и пояснил контекст:

– Отмечали сорокалетие Клодетт. В их доме в Клэпхеме, но приехало много ее друзей из Шеффилда. Мэгги пошла, а я нет. Как всегда, был слишком занят.

– В том-то и дело, Уилбо, что тебе исполнится пятьдесят аж в девяносто пятом году. А это еще очень далеко. К тому времени в Индию можно будет телепортироваться.

– Хорошо планировать наперед.

Последовала неловкая пауза. После чего он перешел к сути.

– Послушай, Чарли, мы неплохо справлялись раньше, но думаю, теперь мне нужно будет пересмотреть финансовую сторону дела…

Чарли выглядел растерянным. Настроение изменилось.

– Финансовую сторону?

– Мне порекомендовали очень хорошего спеца по финансам. Серьезный человек. Американец.

Начало проясняться.

– Я думал, что я твой спец по финансам.

– Так и есть. И сложно переоценить твой вклад в наш рост. Но мы вступаем в новую фазу… Прошли времена, когда мы подпевали пластинкам в бухгалтерии.

Слушая это, Чарли сжимал челюсти.

– Что? Мои результаты просели? Я могу больше не включать музыку, если хочешь, но раньше она тебе не мешала.

Уилбур машинально оторвал кусочек чесночного хлеба.

– Мы собираемся удвоить количество операций в течение двух лет. Переходим на новый уровень, и нам нужен кто-то с более масштабным подходом.

Чарли отложил приборы и уставился на своего старинного друга.

– Погоди-ка, Уилбур. То есть, я что-то заподозрил, когда ты пригласил меня на обед. Когда мы в последний раз обедали вместе? В семидесятых? Значит, это – наша Тайная вечеря, да?

– Все не так, Чарли.

– Я вкалывал как черт ради тебя. Где я напортачил? Господи, Уилбур, когда я ошибался? Мои прогнозы были абсолютно точными каждый квартал. Благодаря мне мы сократили расходы. Я помог нам пережить рецессию, и теперь впереди только рост и развитие. Сейчас период бурного роста. Это чувствуется даже здесь. Рост, рост, рост. Так что все будет хорошо…

– Дело не в том, что ты сделал что-то не так, Чарли… Послушай, может быть, это даже к лучшему. Ты всегда был не просто бухгалтером. Ты – мыслитель. Ты – ученый. Философ…

Чарли покачал головой и сжал губы.

– Мы бы остались в Йоркшире. Ты знал об этом? Я бы устроился работать в универ. Мы бы уже выплатили заем на дом. Думаешь, мы сами решили переехать на юг и обременить себя конской ипотекой? Клодетт здесь даже не нравится. Никогда не нравилось…

Уилбур поднял брови и уставился на пиццу.

– Ну вот и отлично. Возвращайтесь на север.

Чарли поморщился.

– При всем уважении, Уилбур, ты что, блин, издеваешься? Десять лет своей жизни я посвятил этому. Тебе. Потому что я твой друг и верил в тебя, даже когда никто другой не верил. Даже когда ты опустился на самое дно. После Даги.

– Не втягивай Даги, – пробормотал Уилбур.

– Но ведь в этом-то и вся суть, разве нет? Ты так и не переставал бежать. Вечно пытаешься максимально дистанцировать себя сегодняшнего от того, кем ты был тогда…

– Замолчи, Чарли.

– Послушай, я никогда не претендовал на многое. Не продавливал прибавку к зарплате. Я прошел с тобой весь путь.

– Я предложил тебе работу. Сделал одолжение. Разрешал ставить пластинки…

– Назови хотя бы одного сотрудника, который отпахал столько сверхурочных часов без оплаты, сколько я.

– Я тебя никогда об этом не просил.

– Но и не останавливал. Господи, Уилбур. Я же мог преподавать где-нибудь физику.

– И сейчас можешь.

– Ни единого предупреждения. Как снег на голову, – Чарли глубоко вздохнул и успокоился. – Я могу работать еще больше. Могу быть как ты. Без отпусков, книг, телевизора, праздников… Но мне нужна эта работа, Уилбур. У нас ипотека… и Софи, которую нужно растить…

Под челкой Сновидец нахмурился от напряжения, стараясь найти оправдание самому себе. Пытаясь найти объяснение тому, что видел.

– Полагаю, так и бывает в предпринимательстве… Говорят же, что не стоит работать с друзьями и семьей.

– Нет, – категорично отрезал Дух. –