Избранные произведения. Том 2. Повести, рассказы - Талгат Набиевич Галиуллин

посвящённом судьбе татарского факультета, рассматривался и вопрос открытия новой кафедры, утверждение её названия и заведующего. Новому образованию подлежало уделить основное внимание методике преподавания языка и литературы, главной задачей являлось укрепление связи со школами, и всяческая помощь. Решили назвать кафедру «Методика преподавания татарского языка и литературы». Такое общее название позволило ей включить в себя все дисциплины, не входящие в другие кафедры. Эта кафедра затем честно исполняла свои обязанности.

Миркасым Усманов немного усложнил выбор заведующего.

– Я предлагаю руководителем новой кафедры бывшего заведующего кафедрой истории татарской литературы Альберта Яхина. На эту кафедру возлагаются задачи организации в школах педагогической практики студентов, обучения их основам преподавательской деятельности. А Альберт Яхин разработал программу преподавания татарской литературы, является автором учебников. Обладает независимым суждением. Считаю, что более достойного человека на место заведующего нет.

Думаю, он и сам не совсем верил в восприятие своего мнения. Устало опустившись на стул, облокотившись о стол, выжидательно устремил взгляд на нас.

Многие понимали, что в мыслях проректора, кроме заботы о методике, больше было личного интереса. Дело в том, что М. Усманов и А. Яхин оба слыли заядлыми рыбаками, что их сдружило. Но уже те, кто знал об этом, не осмеливались выступить против. Я невольно вспомнил слова С. Хакима, обеспокоенного тем, что о Мусе Джалиле пишут яростные, эмоциональные стихотворения совсем не знавшие его люди: «…знающие молчат, больше говорят несведущие».

Будучи человеком, долгие годы проработавшим в системе высших учебных заведений, я был убеждён в том, что декану, чтобы в поле зрения держать преподавательскую и научную работу, очень важно иметь свою кафедру.

Конечно, ректор-химик не осведомлён о подводных течениях. Он поправил очки и, не скрывая нетерпения, обратился:

– Не надо тянуть. Давайте, какие предложения? Как смотрите на предложение Миркасыма Усманова?

Никто не откликнулся на призыв ректора. Затянувшуюся тишину должен был нарушить я. Но как? Каким образом? Чему быть, того не миновать, я решил пойти ва-банк.

– Можно?

Александр Иванович ответил кивком головы. Я постарался быть лаконичным.

– Если на факультете не будет своей кафедры, я отказываюсь от должности декана и прошу оставить меня на прежней работе. – Сел на своё место и стал ожидать реакции.

Переживавший до сих пор, что проректор выдвигает своего человека, Индус Ризакович, оказывается, ждал только моего мнения. Не хотел насильно возлагать новые обязанности.

– Профессор Галиуллин правильно ставит вопрос, у декана должна быть своя кафедра. Дом без фундамента быстро рушится. Талгат Набиевич прежде всего человек науки. Направление в науке определяется на кафедре.

После него взяли слово Ямиль Сафиуллин, Флорид Агзамов. Они напомнили, что А. Яхин во время работы заведующим кафедры не мог найти общий язык с сослуживцами, создать доверительные отношения, и отвергли его кандидатуру. Кто-то указал на то, что заведующим должен быть доктор, а А. Яхин лишь кандидат наук.

Было заметно, что ведущего ректорат А. Коновалова не сильно волновала кандидатура заведующего кафедры методики, но он не поддерживал предложение М. Усманова: заместителей надо приструнивать, дабы не забывали, кто в доме хозяин. Поэтому, думаю, он не дал разгореться дебатам и поставил точку. Миркасым-эфенде тоже не стал настаивать. Понял, наверное, что в мутной воде рыба не ловится.

– Деканом нового факультета и заведующим кафедры предлагаем профессора Галиуллина. Завтра вопрос выносим на совет, – сказав так, ректор завершил заседание.

На Учёный совет были приглашены все преподаватели татарского отделения. Проректор М. Усманов предложил включить мою кандидатуру в список тайного голосования. Декан исторического факультета И. Р. Тагиров ознакомил с моей биографией, дал оценку научной деятельности. И другие поддержали мою кандидатуру. Словно ложка дёгтя в бочке мёда прозвучали слова Хатипа Миннегулова:

– Мы Талгата Галиуллина почти совсем не знаем. Он также не близко знаком с коллективом. Я деканом нового факультета предлагаю Азата Ахмадуллина. Опытный, большой учёный. На протяжении долгих лет в Институте языка, литературы и истории исполнял обязанности научного секретаря, заместителя директора и в период работы в университете показал себя только с положительной стороны. Считаю, что он нам больше подойдёт.

После этого слово взял А. Ахмадуллин, поблагодарил, попросил не выдвигать его кандидатуру, сказал, что поддерживает предлагаемого ректоратом Т. Н. Галиуллина.

Вначале я был растерян и удивлён высказыванием Миннегулова о том, что меня «совсем не знают», как это понимать, ведь обо мне было подробно рассказано. Позднее, ознакомившись с его биографией, многолетней работой в Таджикистане, секретарём партийной организации в колхозе, в течение полутора лет исполняющим обязанности заведующего кабинетом просвещения в райкоме, уяснил вроде бы секрет его инициативности, пронырливости. Оказывается, в молодости он состоял в организациях, выступающих от имени партии, подозревающих всех и всё. Сколько бы ни ругали, но Коммунистическая партия сумела воспитать преданных, непоколебимых мюридов (последователей). Секретари райкома, заведующие отделений при непосредственном разговоре или по телефону говорили от своего имени, а нижестоящие – исключительно от имени партии, партийной организации.

С Х. Ю. Миннегулловым у нас сохранились ровные отношения. Как интеллигентные люди, мы общаемся, живём заботами о судьбе народа, родного языка, поддерживаем научную деятельность друг друга. Теперь же, на склоне лет, злиться и обижаться было бы несерьёзно.

В Учёном совете я единогласно был избран деканом, и, как говорится, засучив рукава принялся за работу. На одиннадцатом этаже второго учебного корпуса в течение одиннадцати лет (1989–2000) с любовью, полной отдачей я исполнял свои обязанности. Требующих решения задач было много и всё прибавлялось.

Разделение историко-филологического факультета повлекло за собой некоторые сложности, щекотливые моменты при распределении аудиторий. Каждый старался тянуть одеяло на себя, затрагивались и личные отношения руководителей.

Возникали всевозможные, на первый взгляд мелкие, но требующие безотлагательного решения проблемы: какие кабинеты займут кафедры, распределение преподавателей, урегулирование работы деканата, избрание заместителей, размещение студентов в общежитии, назначение стипендий. И многое другое. Деканат называют сердцем факультета. Для его безостановочной работы здесь должны трудиться умудрённые опытом, любящие студентов, как своих детей, родственников, живущие их интересами люди. Деканат напоминает штаб, который руководит жизнью, научными направлениями факультета. Сюда не прерывается поток посетителей: зашедшего узнать часы расписания преподавателя сменяет лишившийся стипендии или «получивший двойку» студент, приходят родители с просьбой перевести ребёнка с заочного отделения на очное, председатель колхоза – выделить группу для уборки свёклы и др. Авторитет декана зависит и от удачно избранного заместителя. По учебной работе заместителем я предложил знатока литературы начала ХХ века Тагира Гилязова, который оказался человеком, будто живущим на свете ради того, чтобы с любовью исполнять нескончаемую работу деканата! Будучи строгим, но справедливым, зная каждого студента в лицо, не жалея времени, иногда и за счёт научной работы, показал