Мороз по жести - Андрей Викторович Рубанов

В чемодане лежала стопка одежды, рубахи и брюки, но большую часть занимали мощный фен с длинным проводом, рулоны наждачной бумаги, портативная шлифовальная машинка размером с коробку из-под обуви, в отдельном мешке – множество одинаковых пакетов с химическим поглотителем влаги. И ещё набор щёточек, пилочек, баночек с мастиками и полиролями.

Короче говоря, мой спутник и надсмотрщик взял с собой в путешествие набор приспособлений для ухода за своим деревянным телом и, кроме этого набора, не взял почти ничего, но зато уж набор был – полнее полного, на все случаи.

Он немедленно удалился в уборную, и оттуда раздался свист фена: истукан сушил себя после долгой дороги.

Вот их ошибка, подумал я. Не надо себя так сильно сушить, от этого, наоборот, вред. Тела наши действительно состоят из сухого и старого дерева, но вокруг нас атмосфера, обычный воздух, с обычной влажностью, слегка меняющейся в тот или иной сезон. Сушить себя напором горячего воздуха – самообман, от такой процедуры поверхностное растрескивание происходит быстрее. Но Щепе я ничего не сказал. Обойдётся. Пусть бы совсем развалился.

Меня-то учил беречься Авраамий Ростовский с опытом в девятьсот лет, он говорил совсем другое. Не надо сушиться горячим воздухом, говорил он, не надо ничего делать, ты просто как можно чаще ходи туда, откуда ты взялся и вышел, то есть в лес, ты, если сделан из дерева, так и иди туда, где растёт дерево, и там лишняя вода выйдет из тебя сама собой. В наших лесах, в средней полосе всегда сухо, деревья поглощают влагу не только из земли, но и из воздуха.

И вот я наблюдал, как Щепа уединился со своим феном, и точно понимал, что это ошибка, но молчал. Давай, думал, обдувай себя горячим, сам себя развалишь, дурак. Я не намерен делиться с тобой опытом самосохранения.

Он вышел – голый, сильный, руки-грабли, огромный половой член. Не стеснялся передо мной своей массивной наготы – конечно же, специально.

– Ты из какого дерева? – спросил я.

Он стал одеваться, не глядя на меня.

– Это никого не колышет, – ответил. – Моё тело – моё дело, слышал такую поговорку? Давай причешись, скоро выходим. Мы в чужом городе, от меня ни на шаг, понял?

– Почему в чужом? – спросил я. – Такая же Россия.

– Такая, да не такая, – сказал Щепа, застёгивая брюки на поясе. – Ты вообще за Уралом бывал?

– Нет.

– Ну вот и помалкивай. Город серьёзный, миллионник. Если кто спросит – ты турист из Москвы.

– Но я ж не из Москвы. Из Ростова.

Щепа одевался неспешно, ему нравился сам процесс. Он очень себя любил и уважал, и голого, и одетого.

– А для местных всё равно, – ответил он. – Ростов, Москва – это далеко, в европейской части, а тут у людей в головах своя карта. От Москвы до Ростова – двести километров, для тебя это далеко, а для местных, уральских, это рядом. И чем дальше за Урал, тем больше концы. Ближайший крупный город отсюда – Пермь, до него по трассе четыреста километров, для местных, считай, за углом. На юг – Челябинск, Курган и Уфа. А на восток – Новосибирск, до него полторы тысячи, и там в головах людей другая карта, ещё более масштабная. А ещё дальше – Алтай и Барнаул, потом Красноярск, потом Иркутск и Байкал, потом Якутия, потом Колыма и Магадан, потом Хабаровск и Владивосток, а ещё дальше – Камчатка, Чукотка и Сахалин. И чем дальше – тем круче: на юг – тайга, на север – тундра и вечная мерзлота. Между городами – по две тысячи километров. И этот мир длинных концов нельзя понять, пока сам не увидишь. У каждого человека в голове своя карта – вот у сибиряков карта в пять раз больше, чем у тебя.

– А ты, значит, везде побывал? – спросил я.

Щепа уже застёгивал пуговицы на рубахе, стоя перед зеркалом.

– Где я побывал, там тебе не дай бог даже мимо проехать. У меня скоро юбилей, сто пятьдесят лет, как меня подняли в царствование государя Александра Третьего. Много где побывал я. А ты должен понять одно: ты против меня – щенок, пацан-мальчишка, и, если не хочешь проблем, просто исполняй, что я говорю.

Он повернулся ко мне, глянул нехорошо.

– И вот эти твои вопросы: “из какого я дерева”, “где побывал” – ты их мне не задавай. Тебя это не колышет. Ты – розовый мальчик, а я взрослый дядя. Если я тебе скажу “молчи” – ты заткнёшься. Скажу “беги” – значит, беги. Вот так у нас будет. Вопросы есть?

Я не хотел ссоры и промолчал.

Через четверть часа спустились вниз на лифте и вышли на шумную улицу, и ещё немного подождали, пока к нам не присоединились наши спутницы, и пошли куда-то. Вела Мара, а мы трое следом.

Дуняшка дёрнула меня за рукав и спросила:

– А ты чего такой унылый?

– Голова болит, – ответил я, – после самолёта.

– Фигня, – сказала девочка. – Мы же деревянные. У нас никогда голова не болит.

13

Мы шли, как я понял, через старый центр, и город здесь выглядел так, словно его построили весь разом – а потом взяли, да и ударили сверху чем-то огромным и вбили дома в землю для вящей надёжности – теперь ни стронуть, ни поколебать. И люди шли мимо – такие же крепкие, утюгами таранили прохладный воздух.

Преодолели несколько оживлённых и шумных улиц, подошли к нарядному зданию конструктивистского стиля. И оно тоже, вместе со всеми своими высокими окнами, казалось чуть придавленным, вниз вжатым. А может, это сам я после первого в жизни полёта над облаками теперь подсознательно стремился крепче держаться за надёжную твердь и мне казалось, что всё вокруг такое же? Бог весть.

А это был – городской краеведческий музей.

На первом этаже Щепа купил всем четверым билетики. По винтовой лестнице взошли на второй этаж. Здесь я почувствовал присутствие чужого и очень опасного существа и вскоре его увидел.

Тёмный зал, потолок терялся во мраке. Посреди – узкая стеклянная витрина в три человеческих роста, а внутри – деревянный идол. Толщина – полметра, а высота… Чтобы увидеть глаза и нос, надо отойти шагов на семь.

В зале никого, только мы четверо.

– Вау, – прошептала Евдокия, – вот это да.

– Я знала, что тебе понравится, – сказала Мара. – А теперь помолчи.

Тут она оказалась права, разговаривать не хотелось.

Я обошёл вокруг.

От древней деревянной плоти исходили волны – то ли звали приблизиться, то ли гнали прочь. Задрав голову, смотрел в