Критическая масса - Дэниэл Суарез

были написаны бесконечные статьи о биографии Патель, её образовании, политических взглядах. О перспективах воспитания детей в космосе. О трудностях. О последствиях для общества.

В сравнении с этим почти не уделялось внимания гибели на станции недавно прибывшего члена Оранжевой команды — американского инженера, погибшего от удара электрическим током в результате несчастного случая во время работ по расширению термической электростанции станции. Вместо этого его тело было помещено в импровизированный морг станции в ожидании отправки на Землю (по просьбе его семьи), а стандартные операционные процедуры были обновлены во избежание повторения подобного.

Поскольку мало кто из членов экипажа был хорошо знаком с новоприбывшим, на его поминальной службе присутствовало немного людей. Избирательная эмпатия, по всей видимости, была побочным эффектом окружавших их повсюду опасностей, а обрядом посвящения служили месяцы совместных лишений.

Поэтому внимание быстро переключилось на более радостные новости — например, о том, что на Земле собирались средства для доставки на обратную сторону Луны свежих цельных продуктов, чтобы Патель не приходилось питаться регидратированными переработанными блюдами на протяжении всей беременности.

Помимо этого, поскольку тайна станции Кларк уже перестала быть таковой, экипаж всё сильнее тяготился тем, что их переписка с Землёй фильтровалась и цензурировалась центром управления полётами. Они хотели прямых двусторонних каналов связи с Землёй и доступа в Интернет.

Тай был против этой идеи. «У нас и без того достаточно отвлекающих факторов — члены экипажа читают и обсуждают новости о себе. Не хватало ещё, чтобы они тратили всё время на посты в социальных сетях и раздачу интервью. Здесь ничего не будет сделано».

Обратившись к Джину и Чиндаркар, он сказал: «Нам следует отправить Фатиму обратно на Землю. Она и Иворра могли бы объехать всё с турне. Пусть медиашумиха продолжается там».

Чиндаркар сказала: «Ей семь недель беременности, Дж.Т. Перегрузки при входе в атмосферу слишком опасны».

Джин кивнул. «Прия права».

«Мы что, всерьёз обсуждаем возможность того, чтобы Фатима доносила до срока и родила ребёнка на этой космической станции?»

Джин сказал: «А что нам остаётся?»

Тай жестом указал на их незавершённое, спартанское окружение. «Это пограничный форпост, а не детский сад. Здесь полно опасностей даже для взрослых людей. Один погиб каких-то три дня назад».

«Надо полагать, младенцы не будут подключать силовые цепи».

Тай наклонился вперёд и тихо произнёс: «Думаю, это соблазн стать исторической личностью — желание зачать и родить первого ребёнка в космосе».

Джин поднял бровь. «Вы думаете, она сделала это намеренно?»

Чиндаркар сказала: «Контрацепция не стопроцентна».

Тай пожал плечами. «Это не снизит воздействия ГКЛ на протяжении всего периода беременности».

Як хмыкнул. «Радиация — как смерть: лучше не подвергаться ей в слишком большом количестве в молодом возрасте».

Тай: «Именно. То есть, Прия, почему я выгляжу злодеем за то, что не хочу видеть младенца посреди всего этого? Эта станция предназначена для исследователей. Детям придётся подождать, пока в космосе не будут построены настоящие поселения».

Чиндаркар сказала: «Беременность Фатимы — позитивный сигнал для мира. Люди возлагают надежды на то, что она означает. Это на самом деле помогает поддержать то, чем мы занимаемся здесь, Дж.Т.» Она указала пальцем. «На самом деле, её зачатие должно попасть на стену».

«Хирурги наблюдают за каждой минутой беременности, словно это какой-то эксперимент».

«За беременностями всегда наблюдают. Это не делает её экспериментом».

Як взглянул на неё. «Разве нет?»

«Ну, уже слишком поздно отправлять её обратно на Землю».

«Нам нужно убедиться, что это больше не повторится на станции».

Як встревоженно посмотрел на него. «Вы же не предлагаете, надеюсь, целибат?»

«Нет, но, может быть, мужчинам-рекрутам следует сделать вазэктомию».

«Дж.Т.! Это непохоже ни на один известный мне форпост».

Он всплеснул руками. «Не знаю. Просто это огромное отвлечение от нашей цели здесь, и хотя сейчас ресурсы к нам поступают, нам всё ещё предстоит преодолеть огромное количество препятствий, если мы хотим встретиться с Рюгу в 2042 году». После чего ушёл.

—

Днём позже Джин объявил, что станция Кларк будет «остановлена» впервые за более чем год, чтобы роботы телеприсутствия могли прикрепить два химических осадительных завода Джулиана Кернера с паровым осаждением на противоположных полюсах станции — к голым фермам Восточного и Западного жилых модулей. Остановка займёт всего несколько часов, но установка заводов CVD сделает возможным долгожданное завершение оболочки станции.

CVD-установки Кернера напоминали широкоформатные принтеры, однако их рамы были подогнаны под поперечное сечение станции Кларк. Их предстояло герметично закрепить вокруг балок, после чего начнётся процесс осаждения чистого железа — медленно накапливающейся плёнки точно сформированной обшивки корпуса, бесшовно покрывающей кольцо станции. По мере осаждения металла в реакционной камере компьютеризированная установка плавно, незаметно продвигалась бы вперёд, скользя по только что готовой обшивке и печатая станцию по ходу движения.

Что важнее, поскольку обе CVD-установки были симметричны по массе, после их фиксации и запуска станцию Кларк можно было снова раскрутить — и искусственная гравитация вернулась бы даже в разгар строительства.

Глава 35: Скромное предложение

НАСЕЛЕНИЕ СТАНЦИИ КЛАРК: 37

ДНЕЙ ДО ОТЛЁТА К РЮГУ: 735

РЕСУРСЫ, ЗАПУЩЕННЫЕ НА L2: 35 000 ТОНН

Джеймс Тай сидел за столом в тесной каюте в Южном отсеке и смотрел виртуальный телевизор вместе с Прией Чиндаркар.

На экране брат Тая по браку, Тед Винтер, давал интервью крупному американскому кабельному новостному каналу. Рядом с мужчиной на врезке красовалась фотография Тая на спелеологической экспедиции.

Винтер, как всегда, говорил авторитетно: «Мы всегда знали, что Джим предназначен для великих дел. Не каждый это видел, но у меня было чутьё — он провидец. Я первым вложил деньги в его идеи».

Чиндаркар раздражённо вздохнула. «Он вообще серьёзно?» Она повернулась к Таю. «Он же думал, что ты попал в тюрьму, а не к Рюгу. Он не инвестировал в тебя — он одолжил тебе деньги. Твоя семья — это нечто, Джеймс».

В этот момент мимо прошли Джин Хуа Хан и Севастьян Яковлев — Як махнул рукой. «Идёмте! Вам пора это увидеть».

«Что увидеть?»

«Идёмте».

Тай закрыл окно виртуального телевизора, и они с Чиндаркар последовали за ним.

Як привёл их к лифту, и они поднялись в центральную ось станции. Все четверо плыли вокруг центрального шлюзового отсека, пока он не подвёл их не к привычному Северному лифту, а к Западному — который с самого их прибытия в 2039 году был заперт стальными панелями, приваренными по периметру до герметичного соединения.

Но теперь были видны двери лифта и кнопка вызова.

Як просиял. «Пора!» Он нажал кнопку.

Через мгновение лифт прибыл