Падение клана Шэ. Том 1 - Ло Ян

А теперь…

– Братец? Тебе что-то нужно? – она осторожно обошла Цзюэ, склонилась над братцем Юем… и поняла.

По запаху. По мокрому пятну, ширившемуся на простынях.

Она зажала рот, чтобы не расплакаться самой. Бедный, бедный братец!

– Давай… давай я помогу тебе, – наконец прошептала она, касаясь его волос, закрывших горячее, мокрое лицо.

Но братец Юй лишь закусил одеяло, содрогаясь от бесшумных рыданий.

– Братец Цзюэ. – Шэ Юэ потрясла за плечо старшего брата. – Вставай, пожалуйста. Братцу Юю надо помочь.

Братец Цзюэ вскочил немедленно.

– Что… – сонно пробормотал он, потянувшись к Юю, но тот с неожиданной силой оттолкнул его и взвыл, как раненый зверь.

Шэ Юэ отпрянула от них и выбежала из шатра.

Только добежав до сосны на краю лагеря, она позволила себе разреветься наконец, как маленькая.

Бедный братец Юй! Бедный, бедный братец Юй! Бедный Фэн Гуанмин! Бедный Фэн Чжицзян! Как вместить всё это страдание?!

Когда она была маленькая и мама заставила их с Янь-янем смотреть на трупы, ей было страшно и непонятно, но, раз мама была тут, значит, мир не разрушился и всё будет хорошо. Вот бы снова ничего не понимать! Вот бы снова было достаточно только маминого слова…

Она встала, умылась дождевой водой из пахнущего тиной бочонка.

Мама просто мама, а отца давно нет. Никто не спрячет их и не защитит, они одни, один на один со смертью и страданием, как все люди в мире.

«Но там, где кулаки и стремление к победе бессильны, там, где лишь поражение и пустыня отчаяния, что поддержит тебя?»

Часовые у палатки А-Юаня знали её и пропустили, только переглянулись странно, но Шэ Юэ было всё равно, что они там думают.

Одинокая свеча плавилась на столике, освещая карту горы, доспехи стояли на подставке, деревянные книги лежали ровной пирамидкой на шатком бамбуковом стеллаже.

А прямо напротив входа…

Она подошла к мечу тихо и осторожно, будто зло в нём могло пробудиться от громких звуков. В тусклом свете казалось, что это просто очень старый, тяжёлый и неудобный клинок, которому место в какой-нибудь сокровищнице, но Шэ Юэ помнила, как он остёр.

Она пересилила себя и кончиками пальцев коснулась рукояти. Ничего не случилось.

В конце концов, это был просто кусок бронзы: не он убил тысячи человек, а чёрный демон. Учитель говорил когда-то, что не бывает проклятых клинков, бывают проклятые владельцы.

Странный громкий звук заставил её подскочить – но это просто А-Юань всхрапнул во сне.

Он спал, раскинувшись поверх одеяла и даже не раздевшись. Шэ Юэ тихонько подкралась, чтобы не разбудить, легла рядом, вжавшись лбом в его подмышку. Даже запах его пота она любила, потому что это был особенный запах, принадлежавший А-Юаню.

– М? А-Юэ?

– Ничего, я… пришла посмотреть на меч. Он очень страшный, зачем ты держишь его у себя?

А-Юань сонно прищурился, быстро стёр с подбородка следы слюны.

– Это императорский трофей… Извини, я… Может, чаю? Сейчас распоряжусь…

– Нет, не надо чаю! – Шэ Юэ обняла его здоровой рукой за шею, удерживая. – Спи, я не буду мешать. Просто…

А-Юань сразу всё понял, обнял её немного неуклюже, стараясь не тревожить больную руку.

– Что-то случилось, А-Юэ?

– Братец Юй… очень страдает. И братец Цзюэ тоже, хоть и не показывает. – Она помедлила, прижавшись щекой к жёсткому золотому шитью халата. – А-Юань… если я не могу, не хочу быть там с ними… я плохой человек? Только не говори сразу «нет»! Сперва подумай!

А-Юань кивнул, повернулся на спину, глядя в потолок.

– Если подумать об этом всерьёз… А-Юэ, все эти годы ваша семья терпела горе и лишения, но вы держались вместе. Сражение у Агатовой горы было опасным, но ты не бросила Шэ Юя.

– Но… но я собиралась. Если бы не император Юйчжэн…

А-Юань тяжело вздохнул.

– Все мы можем принимать поспешные решения в бою. Почему ты хотела бросить своего брата?

– Не бросить, а оставить с Фэн Гуанмином, но… – Шэ Юэ покраснела, пряча лицо у него на плече. – Я испугалась за тебя и хотела… спасти…

Она не видела, улыбается А-Юань или нет. Голос у него был серьёзный.

– Тяжело выбирать между двумя членами семьи… если ты всё ещё хочешь видеть меня своей семьёй.

– Конечно, хочу! И… ты уже моя семья. Я знаю, что ты родная мне душа. Но всё-таки… ты не сказал, плохой ли я человек! Ты только и делаешь, что меня оправдываешь. – Шэ Юэ села и несильно ткнула его кулаком в грудь. – Скажи!

– Хорошо, хорошо! – А-Юань перехватил её руку, изо всех сил пытаясь сделать суровое лицо. – Я вёл к тому, что не в твоих привычках предавать родных, А-Юэ.

– Привычки меняются.

– Да. – А-Юань приподнялся на локте. – Когда ты станешь моей женой, тебе придётся оставить привычку постоянно оглядываться на братьев и думать о них.

– Но… – Почему-то это испугало Шэ Юэ больше, чем если б А-Юань назвал её плохой.

– У меня есть дом, которому нужна хозяйка, слуги, которыми нужно управлять. А потом у нас родятся дети, и малышам ты будешь нужна куда больше, чем взрослым братьям. – Теперь А-Юань стал совсем серьёзным. – Мне не важно, выдерживаешь ли ты страдания Шэ Юя и Шэ Цзюэ. Мне важно, чтобы ты выдержала всё, что судьба приготовила нам с тобой. Но даю тебе слово, я всегда буду готов разделить эту ношу.

– А если… – Шэ Юэ опустила голову. – А если я… не справлюсь? Если я сбегу?

У неё никогда не было слуг, она никогда никем не распоряжалась, и свои дети… вдруг они заболеют и умрут? Вдруг заиграются и упадут в колодец? Вдруг дом просто разрушится от её горе-управления и А-Юань рассердится, ведь он привык, чтобы всё было как ему нравится…

Да ей уже хотелось сбежать!

– Если ты сбежишь, значит, это я плохой муж и взвалил на тебя слишком много, – мягко ответил А-Юань. – Сделаем вот что. Когда вы с Шэ Цзюэ приедете в столицу для чествования, я поселю вас в своём поместье. Так ты постепенно со всем и познакомишься. И решишь, хочешь ли владеть моим скромным домом.

– Это ты сейчас так говоришь! А если ты тоже заболеешь и не сможешь ходить и будешь плакать, как братец Юй, и…

– А-Юэ… – А-Юань сел и нежно утёр её слёзы. – Даю слово, если такое случится, я не стану плакать. Я воин, я мужественно всё снесу. Ни стона не издам, только бы моя А-Юэ не страдала. Ты мне не веришь? Смотри.

Он встал и решительно подошёл к столу,