Леди пепла - Мелисса Рёрих

Талвин сидела, наблюдая за перепалкой брата и сестры. Арианна не потрудилась проверить, выполняются ли ее приказы. Очевидно, она не сомневалась, что так и будет. Талвин всегда восхищалась бетой, которую не волновало, что думают о ней другие. Она была свирепой и властной, ожидала повиновения и сражалась за то, чего хотела, даже если приходилось делать это в одиночку. Хотя сейчас она в ссоре с альфой, вместе они по-прежнему представляют собой силу, с которой необходимо считаться.

Поэтому Талвин хотела, чтобы они были на ее стороне, когда она начнет мстить Авонлее.

– Я никуда не уйду, – прорычал Азраил. В его тоне звучала недвусмысленная угроза на случай, если бета попытается его заставить.

Предупреждающе рыкнув на него, Стеллан покинул песчаную пещеру вместе с Ильясом, а Арианна опустила взгляд на Талвин.

– Не могу сказать, что удивлена вашим превращением в волчицу, – задумчиво протянула она, медленно обводя взглядом королеву фейри. – Учитывая, что ваше духовное животное – Малик, вы связаны с Селестой и ваша матушка принимала волчью форму.

При упоминании о матери Талвин поднялась на ноги.

– Смею предположить, что у вас только одна форма, как у королевы Хенны, поэтому и пригласила Сарию. То, как перевоплощаюсь я, отличается от того, как это делают имеющие только одну ипостась.

Услышав свое имя, Сария выступила вперед и остановилась только тогда, когда оказалась нос к носу с Талвин.

– Но, – продолжала Арианна, – вы способны изменять энергию, материю, эфир, что не под силу большинству оборотней. Поэтому отправляйтесь в то место, ваше величество. Когда бы вам ни потребовалось поработать с энергией по своему желанию, идите туда.

Последовала еще одна вспышка света, и принявшая человеческое обличье Сария опустилась на колени перед Талвин. Лицо женщины было так же близко к волчьей морде Талвин, как если бы она пребывала в своей кошачьей ипостаси.

– Есть нить, – мягко сказала она, – соединяющая вашу звериную форму с формой фейри. Найдите ее. Найдите ее в своей душе.

Талвин вздохнула. Она неоднократно пыталась это сделать. Она знала, что должна уметь менять форму. Это заложено в ее крови, в ее сущности, ведь она истинная дочь своей матери. Она потратила невероятное количество времени на поиски в своем колодце силы чего-то, что помогло бы ей превратиться, но так и не добилась успеха. Год проходил за годом, не принося результатов.

– Она там, – тихо подхватила Арианна, словно прочитав ее мысли, и погладила Талвин по боку. – Вы думаете, что ее нет, но эта нить ведет к вам самой.

– А прячется она, потому что вам больно, – добавила Сария. – И потому что вы не желаете ее найти.

– Но должны, – подхватила Арианна, продолжая водить ладонью по шерсти волчицы-Талвин. – Большинство оборотней впервые меняют форму под влиянием страха или травмы. Со мной это случилось после смерти отца. Я тогда почти неделю пробыла лисицей. А Стеллан перевоплотился после того, как в первый раз зарубил жертву мечом.

Сария превратилась в ягуара и растянулась на боку на песчаном полу, словно готовясь к долгому ожиданию. Джамал, напротив, обернулся человеком и, подойдя сзади к своей бете, обнял ее за талию. Перестав гладить Талвин, но не сводя с нее взгляда, Арианна завела руку назад и провела ею по шее своего фаворита.

– Это займет много часов, а возможно, и дней, принц, – сообщила она, обращаясь к Азраилу, который стоял в стороне, как всегда, с раздраженным видом и скрещенными на груди руками. Талвин оскалила зубы, когда он встретил ее взгляд. Посмотрев сначала на него, потом на нее, Арианна наконец решилась: – Вам лучше уйти, принц. Ваше присутствие все усложнит.

– Я уже сказал, что никуда не уйду. Она вернет свою привычную форму и сбежит, не дав мне слова сказать, – ответил он, не сводя глаз с волчицы.

Азраил не ошибся. Таков и был ее план.

Талвин легла на живот, несколько дней не знавший пищи, и положила голову между лапами. Закрыв глаза, она устремила мысленный взор в магический колодец в своей душе. Она копала под ветрами и бризами, цветами и землей. Заставила все вокруг себя исчезнуть, заглушила все голоса, но нити не обнаружила. Ничего, что могло бы вернуть ей облик фейри.

Талвин не знала, сколько пролежала так, прежде чем учуяла запах тушеного мяса. Ее рот тут же увлажнился. Она распахнула глаза… и напряглась при виде Азраила, держащего в руках блюдо с едой. Оборотней нигде не было видно.

– Нам нужно поговорить, – процедил принц Земли. – Вернее, ты будешь слушать, а я – говорить. Возможно, и к лучшему, что ты застряла в волчьей форме.

Талвин зарычала, щелкнув зубами, но он не обратил внимания на ее выпад. Поставив перед ней блюдо с едой, он сполз по стене песчаной пещеры и, упершись предплечьями в согнутые колени, сцепил руки перед собой.

– Мой дед родился в Авонлее, – начал Азраил свой рассказ. – А в земли фейри попал во время Великой войны. Он был воином одной из авойлейских армий, командиром. Как я говорил, авонлейской крови в его жилах было всего на четверть. В те времена фейри жили бок о бок с авонлейцами. Справедливо ли это до сих пор, сказать не могу. Сейчас так много разных версий, что трудно отличить правду от вымысла.

Я никогда не видел своего деда. С моей бабушкой – могущественной фейри, владеющей магией земли, – он, как мне рассказывали, познакомился, будучи размещенным во Дворе Земли. Мой отец родился во время войны. Когда ситуация начала меняться в пользу Деймаса и Эсмерей, дед решил занять трон Двора Земли. Мой отец в то время был еще молод, слишком молод, чтобы разбираться в политических тонкостях. Наш род всегда был силен в магии земли, а благодаря авонлейской магии дед играючи победил правящего принца. Почему он счел военное время подходящим для подобных политических потрясений, я не знаю, однако он победил и стал принцем Земли.

Поедая приготовленную для нее горячую курицу и говядину, Талвин делала вид, что не слушает рассказ Азраила, хотя на самом деле внимала каждому слову.

– Мой дед ценил силу, предположительно потому, что в Авонлее считался бы менее могущественным из-за своего происхождения. Наверняка сказать не могу, но, судя по тому, что он сразу учредил поиски самой одаренной женщины из Двора Земли для женитьбы моего отца, предположу, что догадка справедлива. Тем более что и мой отец был одержим той же