Несравненный. Том 1 - Мэн Сиши

– И не надейся! Моя жизнь в моих руках, даже само Небо не в силах отнять ее! Ты же умерла так давно, что тебе бы уже следовало отправиться к Желтому источнику. Не отстанешь – пеняй на себя, разделаюсь с тобой так, что ни хунь, ни по не останется, вовек не переродишься!

Он яростно скрежетал зубами, глаза его вновь налились кровью.

Но призрак, чей голос доносился будто сразу со всех сторон, не обратил никакого внимания на его слова, все так же продолжая шептать лишь несколько фраз:

– Дуань Циху… Кровь за кровь… Кровь за кровь…

В комнату ворвался яростный порыв ветра, принеся с собой терпкий запах крови.

– Дуань Циху…

Господин Дуань был не из тех, кто станет сидеть сложа руки и покорно ждать смерти: иначе он давным-давно распрощался бы с жизнью.

Кликнув стражу, он выбрал двух бойцов, которым больше всего доверял, и вместе с ними отправился к пруду, со стороны которого дул ветер. Чем ближе они подходили, тем сильнее становился запах.

– Господин, взгляните! – тихо окликнул его один из бойцов.

На берегу пруда валялся мертвец. Приглядевшись, Дуань Циху узнал в нем одного из слуг, убитых им возле османтуса.

– Я же велел все прибрать! – вдруг рассвирепел он, решив, что это наверняка прислуга поленилась и просто оттащила тела подальше.

Но в следующий миг он затылком почувствовал на себе чей-то липкий холодный взгляд, и все волоски на теле вмиг встали дыбом.

Опасность!

Дуань Циху круто развернулся и нанес удар не глядя. Но рука лишь мягко рассекла пустоту, а до слуха донесся прежний женский голосок, от которого так и веяло замогильной стужей:

– Дуань… Дуань Циху…

Звук раздавался со стороны бойцов.

Испугать господина Дуаня было не так-то просто: он прошел немало дорог, и на его долю выпало достаточно бурь и невзгод: не раз ему случалось ходить и по грани жизни и смерти. Но сейчас отвага в конце концов изменила ему, и потаенный страх выплеснулся наружу. Лицо мужчины исказила свирепая гримаса, а из горла вырвался рык:

– Да кто ты такой?! Проваливай отсюда!

Гао И рассеянно потянулся к чаю, который подала ему служанка. На сердце у него было неспокойно, и чашка вдруг выскользнула из рук, забрызгав полы одежд и обувь, да к тому же ошпарив ладонь с тыльной стороны. Уездный глава охнул, подпрыгнув от боли.

Служанка бросилась извиняться, но Гао И лишь отмахнулся и прогнал ее, не позволив даже убрать осколки.

Бережно вынув черепаший панцирь, он хотел, как обычно, почитать молитвы, но слова не шли на ум. Гао И застыл в оцепенении.

В комнату заглянул слуга и доложил, что пришли посетители.

– Не принимаю! Никого не принимаю! – раздраженно пробормотал Гао И: беседовать с гостями он был совершенно не в духе.

Но слуга замешкался:

– Господин, один из них назвался племянником правителя Куча. Он говорит, что прошлой ночью случайно узрел в небе над городом странное знамение, указавшее именно сюда!

Сердце Гао И сжалось:

– Тогда приглашай.

Вскоре объявились и сами посетители. Едва завидев Гао И, Цуй Буцюй заявил:

– Ваше превосходительство, на вашем челе – печать тревог, ибо точка меж бровями потемнела. Неужто минувшей ночью вы соприкоснулись с каким-то злом?

054

Гао И выслушал слова посетителей с явным неудовольствием: кому понравится, когда ему с порога сообщают, что он соприкоснулся с каким-то злом? Впрочем, пребывал он в таком настроении недолго, а осознав услышанное, и вовсе вздрогнул и, тотчас позабыв обиду, поспешно спросил:

– Откуда вы знаете?!

– По счастливому стечению обстоятельств я с детства изучал тайные искусства, – отвечал Цуй Буцюй. – Я умею видеть ци и читать по лицам. Потому-то, ваше превосходительство, едва увидев вас, я заметил черную ци, клубящуюся меж ваших бровей. Верный знак, что вчера вы повстречались с чем-то нехорошим, либо за вами увязался злой дух!

Учитывая, что они с Гао И близкими друзьями не были, Цуй Буцюй, несомненно, повел себя слишком уж непосредственно. Но после вчерашнего потрясения уездному главе страшно хотелось выговориться, излить кому-нибудь все свои тревоги. Поэтому как Гао И ни старался держать все в себе, в конце концов не сумел с собой совладать и решил повиноваться сердцу и довериться посетителям.

– Неужели и вам прошлой ночью повстречалось нечто странное? – спросил он.

Цуй Буцюй кивнул:

– По правде сказать, именно поэтому мы и пришли к вашему превосходительству с утра пораньше.

– Рассказывайте скорей! – поторопил его Гао И.

Вестник кратко поведал о призраке, чей плач раздался прошлой ночью на постоялом дворе, разумеется, не упомянув ни перебудивший всех постояльцев возглас Фэн Сяо, ни разлитую воду для омовения ног.

Гао И побледнел словно полотно:

– А вам удалось разобрать, что призрак говорил?

– В общих чертах – сетовал на жестокую кончину, причитал, что с ним несправедливо обошлись, – ответил Цуй Буцюй. – Ваше превосходительство, неужто и вы минувшей ночью слышали его стенания?

Узнав, что возгласы ночью почудились не ему одному, Гао И приободрился: почти все его опасения тут же развеялись, он даже втайне порадовался, что кто-то разделит возможные неудачи вместе с ним. Понизив голос, он заговорщическим тоном сообщил:

– Не только слышал, но и видел!

Цуй Буцюй и Фэн Сяо переглянулись, изобразив на лицах искреннее изумление:

– И как он выглядел? Это женщина?

– Я не смог как следует рассмотреть, – объяснил Гао И. – То был человек в белом одеянии, со спутанными длинными волосами, худой, высокий. По голосу не понять, мужчина или женщина. Призрак этот появился прямо у моей постели и исчез, едва я кликнул прислугу. Но как только я снова лег, голос раздался опять, он доносился как будто отовсюду разом, говорил, что погиб страшной смертью и молил меня непременно добиться для него справедливости.

Фэн Сяо испуганно вцепился в рукав Цуй Буцюя:

– Господин мой, даже его превосходительство не обошла стороной нечистая сила! А вдруг этой ночью мы снова столкнемся с призраком? Пожалуйста, пожалуйста, давай переберемся на другой постоялый двор?

– Так вот почему перед выходом гадание показало мне «великое несчастье», – строго проговорил Вестник. – И похоже, то было предзнаменование не просто беды, а города десяти тысяч рыдающих призраков!

От одного названия Гао И сделалось не по себе.

– Что такое город десяти тысяч рыдающих призраков? – поспешно уточнил он.

– Если двадцать лет назад здесь и правда свершилась величайшая несправедливость, выходит, тогда в Черчене еще не было императорского наместника, – вместо ответа продолжил Цуй Буцюй. – А значит, несчастному некуда было пожаловаться. Со временем обида все множилась и множилась и теперь накрепко пристала к Дуань Циху. Мы и сами на вчерашнем торжестве подцепили часть этой застарелой злобы и оттого теперь тоже видим и слышим призрака.

– Отчего ж тогда этот дух не явился к своему обидчику? Всякому известно, что спрашивать надобно с того, кто провинился! – возмутился Гао И. – Хочет отомстить – пусть ищет своего врага, мы-то тут при чем! Какой неразумный