Леди пепла - Мелисса Рёрих

– Откуда вы знаете? – спросила Скарлетт, возвращаясь взглядом к дракону, который внимательно наблюдал за ними.

– Ритуал единения совершается в Ширском лесу, а не здесь, – ответила Хейзел, подходя ближе. – Да и Ранвир уже связан с другим. Если тот не покинул этот мир, дракон здесь по другой причине. Которая, однако, скорее всего касается Кассиуса.

Скарлетт еще раз попыталась приблизиться к рептилии, но Сорин держал крепко. Она бросила на него взгляд через плечо.

– Дракон не причинит вреда королеве, принц, – сказала Верховная ведьма. – Он знает, кто она такая и чья кровь течет в ее жилах.

– И чья же это кровь? – напряженно спросил Сорин.

– Какое у него дело к Кассиусу? – одновременно с ним выпалила Скарлетт.

Хейзел перевела взгляд с дракона на Скарлетт.

– Ранвир здесь по поручению того, с кем он связан.

– Кого? – выдохнула Скарлетт.

Поджав губы, Верховная ведьма некоторое время молчала.

– Отца Кассиуса, – наконец, ответила она.

– Что? – ахнула Скарлетт, вырываясь из рук Сорина и сокращая расстояние между собой и Хейзел.

Стоящие рядом со своим принцем Элиза и Сайрус напряглись, поскольку до сих пор опасались Верховной ведьмы, как и Сорин, несмотря на ее заверения о дружбе с Элинé.

– Отец Кассиуса не знал, что у него есть сын, но теперь он в курсе, о чем свидетельствует появление Ранвира. Поскольку он не может явиться сюда сам, послал своего питомца.

Сорин подавил смех, настолько нелепым показалось то, что гигантского дракона, связанного с богом войны и храбрости, назвали домашним любимцем.

Скарлетт заговорила было, но замолчала, как будто внезапно что-то осознав.

– Почему вы здесь? Вы не покидали Кассиуса с тех пор, как мы его привезли.

Впервые за все время их знакомства Сорин увидел на губах Верховной ведьмы улыбку.

– Я пришла за вами. Он просыпается.

Скарлетт замерла. На несколько коротких секунд казалось, что она не дышит. Этого времени Сорину хватило, чтобы добраться до нее. Едва он успел сжать ее ладонь, как она телепортировалась из тренировочного помещения.

Глава 33

Скарлетт

Скарлетт сидела, скрестив ноги, на кровати рядом с Кассиусом и держала его за руку. Он пока не очнулся, но время от времени шевелился и слабо постанывал.

Хейзел не присутствовала, чтобы дать им возможность побыть наедине, когда Кассиус придет в себя, за что Скарлетт была ей очень благодарна, хотя и понимала, как для нее мучительно находиться вдали от сына в столь важный момент. Сорин, напротив, был рядом, составляя ей компанию и не позволяя погрузиться в мрачные мысли.

Микейл не возвращался в сны Скарлетт с той ночи, когда она не смогла уснуть и Сорин нашел ее на пляже. Но даже теперь она не думала ни о чем другом, кроме как о том, сколько еще раз ей придется сидеть рядом с Кассиусом и ждать, когда он очнется, потому что он связал свою жизнь с ее, когда ему было всего десять лет? Сколько раз, прежде чем он не проснется?

– Прекрати, – мягко приказал Сорин, отрывая ее от затягивающих воронкой мыслей.

– Возможно, в одной из наших книг описано, как можно обратить вспять узы хранителя? – задумчиво протянула Скарлетт, поглаживая большим пальцем тыльную сторону руки Кассиуса. Она с трудом боролась с подступающей усталостью, а ведь еще нет и полудня!

– Полагаю, стоит дождаться, когда он очнется, чтобы понять, захочет ли он вообще это делать,– возразил Сорин.– Я думаю, ты должна предоставить ему право выбора.

– Конечно, это будет его выбор, – подхватила Скарлетт. – Но, если он предпочтет избавиться от метки, я хочу быть к этому готовой.

– А если не захочет? Если Кассиус решит остаться привязанным к тебе в качестве хранителя, ты позволишь ему? Или попытаешься его переубедить? Подобно тому, как с самого возвращения из Бейлорина ты постоянно пытаешься отговорить нас от нашего выбора быть рядом с тобой?

– Это… – Скарлетт поджала губы и, помолчав немного, объявила: – С твоей стороны несправедливо так говорить.

– Что несправедливо, Скарлетт, так это твое стремление освободить всех от уз с тобой, но при этом не принимать выбор, который делают другие, – ответил Сорин.

Она опустила взгляд на свою руку, сжимающую ладонь Кассиуса, и тихо сказала:

– Не хочу обсуждать это прямо сейчас.

– Конечно, не хочешь, – хмыкнув, пробормотал Сорин.

Как бы ни пыталась она скрыть обиду – естественную реакцию на его слова, – та все равно промелькнула по их связи, поскольку Сорин пока не научил ее скрывать свои чувства. То ли у него не было времени, то ли просто не хотел. Она не была уверена, что именно.

– Я не…

– Не пытайся взять свои слова обратно, Сорин. Ты действительно имел это в виду.

– Ты права, – признал он. – Это так, однако мне следовало сформулировать мысль по-иному.

– Незачем ходить вокруг меня на цыпочках. Я могу принять то, что тебе нужно мне сказать.

– Не то чтобы я испытывал потребность ходить вокруг тебя на цыпочках, – возразил он. – Я сознаю, что ты способна вынести гораздо больше, чем многие другие. Однако я часто забываю, насколько ты молода, когда думаю о том, сколько всего тебе пришлось пережить за свою короткую жизнь. Как я уже говорил, я хочу стать твоей отдушиной от тягот мира, а не добавлять новых забот.

– Это не всегда возможно, – вздохнула она.

– Очевидно, – согласился Сорин. – Но, когда такая возможность есть, ею стоит воспользоваться, а не утяжелять бремя, которое ты пытаешься нести, упрямо отказываясь от помощи.

– Никаких хождений на цыпочках, да? – пробормотала она.

Ответить Сорин не успел, поскольку негромкий стон Кассиуса заставил Скарлетт немедленно переключить на него внимание. Когда она почувствовала крепкое пожатие его пальцев, сердце Скарлетт заколотилось с новой надеждой, что он вот-вот очнется. Его веки затрепетали, рот приоткрылся, и через несколько секунд послышалось невнятное: «Морская Звездочка?»

На глаза Скарлетт мгновенно навернулись слезы. Она опустилась на колени и склонилась над ним.

– Я здесь, Кас, – прошептала она, стараясь перестать плакать.

Прошла еще минута, прежде чем он поднял веки и, окинув комнату здоровым глазом, уставился на Скарлетт. Окружающий мир замер, пока они молча смотрели друг на друга. Наконец, на губах Кассиуса расцвела улыбка, и Скарлетт рассмеялась сквозь слезы и бросилась в его объятия. Она старалась действовать аккуратно, не задевать те места, где были раны, но он притянул ее к себе и зарылся лицом в волосы.

– Ты держалась молодцом, Морская Звездочка, – прошептал он.

– И ты тоже, – пробормотала она ему в грудь.

Шорох за спиной заставил ее отпрянуть. Обернувшись, она увидела Сорина.

– Оставлю