Леди пепла - Мелисса Рёрих

Кассиус кивнул, и Хейзел подошла к нему.

– Как твоя нога? – спросила она, откидывая край одеяла.

– Как будто в ней до сих пор торчит кинжал, – пробурчал тот.

– Этого я и боялась, – со вздохом призналась Хейзел. Она поднесла ладонь к его боку, который Веда и Аларик пронзили кинжалами, и из нее полился слабый белый свет.

Кассиус вздрогнул.

– А я могу так делать? – спросил он после продолжительного молчания.

– Скорее всего, да, – ответила Верховная ведьма. – Когда авонлейская кровь скрещивается с другой магической расой, потомство получает дары обоих родителей. Однако более мощная сила будет преобладающей.

– Вы сильнее моего отца?

Взглянув на него, Хейзел опять сосредоточилась на своей магии.

– Зависит от того, какую силу ты ценишь больше. В плане исцеления и создания заклинаний – да.

– А каковы другие дары авонлейцев? – спросила Скарлетт, успевшая забраться на кровать и теперь сидевшая рядом с Кассиусом. Сорин устроился рядом на стуле.

– Нам запрещено об этом говорить, – ответила Хейзел. – Раскрывать то, что нам известно.

– Как удобно, – пробормотал Кассиус.

– Похоже на то, как мы не можем говорить о королевских особах фейри, находясь в смертных королевствах, – подхватил Сорин.

– Да, весьма, – согласилась Хейзел. – Таким образом авонлейцы хотели сохранить свои секреты.

– Значит, та метка у вас на руке означает нечто большее, чем просто знак сделки? – уточнила Скарлетт.

– Да. Знак сделки был получен от твоей матери и относится непосредственно к тебе, – ответила Хейзел. Свет померк в ее ладони, и она еще раз осмотрела бок Кассиуса. Эта рана едва не стала роковой. – Вам обоим нужно найти Источник.

– Да, я в курсе, – пробормотала Скарлетт.

– А мне зачем Источник? – спросил Кассиус. – Я никогда не проявлял магию, подобно Скарлетт.

– Королева – другое дело, – возразила Хейзел. – Но и ты наполовину авонлеец, унаследовавший, по крайней мере, один из даров своего отца, а возможно, и больше. Чтобы их использовать, тебе потребуется полный запас энергии. Кроме того, твоя подопечная станет подпитываться из этих резервов, если ее жизнь окажется в опасности.

Кассиус посмотрел на Скарлетт, и она утвердительно кивнула.

– Как вообще работает этот Источник? – спросила Скарлетт.

– Какими были дары моего отца? – одновременно с ней поинтересовался Кассиус.

– Были и есть, – поправила Хейзел. – Появление Ранвира означает, что он жив, поэтому не стоит говорить о нем в прошедшем времени. Вы задали отличные вопросы. Теперь нужно постараться найти на них ответы.

– Нам это очень помогло, как всегда, – пробормотала Скарлетт.

– Вы можете назвать мне его имя? – спросил Кассиус.

Хейзел отдернула руку от его бока. Ее пальцы слегка скрючились, губы сжались.

– Тибальт, – резко выдохнув, объявила она. – Твоего отца зовут Тибальт.

– А моих родителей? – подхватила Скарлетт.

Хейзел отрицательно покачала головой.

– О них мне говорить нельзя.

Проклюнувшееся было в груди крошечное зернышко надежды увяло. Скарлетт не знала, почему вообще позволила ему зародиться. Кассиус потянулся к ее руке, а Сорин провел пальцами по спине.

– Твой глаз останется незрячим навсегда, – объявила Хейзел, всматриваясь в лицо сына.

– Скарлетт мне говорила.

– Рана на боку будет заживать дольше всего. Тебе придется продолжать принимать кровь фейри, пока не найдешь Источник, – продолжила Хейзел. – Нога полностью не заживет, но станет лучше. Твоя магия стабилизирует ее, однако, если будешь ее перетруждать, рана опять начнет болеть и доставлять много неудобств.

– Спасибо, Хейзел, – сказала Скарлетт.

– Пора готовиться к сегодняшнему вечеру, – тихо напомнил Сорин.

– А что будет сегодня вечером? – спросил Кассиус.

– Мы собираемся навестить Каллана, – пояснила Скарлетт. – Нам требуется его помощь, чтобы найти еще один ключ.

Нынче утром Скарлетт встретилась со своими придворными и Нури для обсуждения ключей. Никто понятия не имел, у кого могут находиться ключи фейри и смертных, не говоря уж о еще одной загадочной кровной линии. Но они знали, где в последний раз видели ключ ведьм, так что можно было начать хотя бы с него. Проблема заключалась в том, что его известное местонахождение было в поместье Лэйрвудов, вокруг которого имелись магические заслоны против фейри и авонлейцев. Они не смогли бы проникнуть туда незамеченными. С другой стороны, если ключ уже нашли и он угодил в лапы Аларика, Скарлетт нельзя рисковать, отправившись за ним в Черный синдикат.

– Я пойду с тобой, – воскликнул Кассиус, поспешно откидывая одеяло.

– Нет, Кас, – возразила она, схватив его за руку, чтобы удержать в постели. – Ты не в состоянии самостоятельно дойти до купальни и обратно. Куда уж тебе отправиться с нами в земли смертных!

– А если я тебе понадоблюсь?

– Мне нужно, чтобы ты полностью исцелился, прежде чем пытался защищать меня, – укорила Скарлетт.

– Она дело говорит, – подхватила Хейзел. – Если будешь перенапрягаться, исцеление займет куда больше времени, следовательно, тебе придется дольше валяться в постели. Я знаю, что узы хранителя побуждают тебя оберегать свою подопечную, но сейчас от тебя мало толку.

– Вы очень прямолинейны, – пробормотал Кассиус.

– Чувствам и эмоциям в принятии подобных решений не место, – отрезала Хейзел.

– Вы рассуждали в том же духе и когда отсылали меня прочь? – спросил он.

Скарлетт, начавшая было подниматься с кровати, замерла при его словах.

– Да, – ответила Верховная ведьма. – Только так я могла отпустить тебя и только так пережила последние двадцать пять лет.

– И все же вы здесь. Из-за чего? Было ли ваше решение лучшим?

– Потому что юная королева напомнила мне, что надежда – удел мечтателей. Я не стану просить у тебя прощения или извиняться за свой выбор, но мечтаю узнать своего сына.

Глава 34

Каллан

Каллан хлопнул дверью в спальню, не заботясь о том, запер ее или нет. Ночному стражнику он велел не впускать к нему никого, кроме Тавы, хотя сомневался, что она сегодня появится. За последние дни он видел ее всего несколько раз, и то мельком. Большую часть времени матушка занимала ее приготовлениями к свадьбе, а когда выдавалась свободная минутка, внимания дочери требовал лорд Тинделл. Каллану это совсем не нравилось, учитывая, что тот был в сговоре с Микейлом и Ведой, но Дрейк обещал присмотреть за сестрой.

Каллан расстегнул и снял с талии оружейный пояс, стянул сапоги.

– Здравствуй, принц.

Разразившись проклятиями, он повернулся к камину и увидел Скарлетт, вокруг которой плясали отблески пламени. Или ее тени. Одета в черное, как и тогда, когда тайком пробиралась к нему много-много ночей назад. Как обычно, вооружена до зубов, да еще и поигрывала кинжалом. Лицо спрятано под капюшоном, из которого по плечу змеится серебристая коса.

Каллан долго смотрел на незваную гостью, а она исподлобья глядела в