Леди пепла - Мелисса Рёрих

Скарлетт благодарно ему улыбнулась. Не успел Сорин выйти за дверь, как она заползла под одеяло и прильнула к Кассиусу. Обняв ее одной рукой, он теснее привлек ее к себе.

– Расскажи, что случилось, – прохрипел он. Его горло пересохло.

– Давай я принесу тебе воды, – предложила Скарлетт, отстраняясь, но он крепче прижал ее к себе.

– Позже. Чуть… позже. Через минуту.

– Хорошо, – прошептала она, расслабляясь в его объятиях.

Минута проходила за минутой, а они так и лежали в тишине, напитываясь присутствием друг друга. Скарлетт радовалась тому, как размеренно поднимается и опускается грудная клетка Кассиуса, как ровно бьется его сердце, какой он теплый.

– Я думала, что потеряю тебя, – наконец призналась она.

– А я не думал, что снова увижу тебя по эту сторону Завесы, – признался Кассиус. – Хоть одним глазком, – добавил он.

Скарлетт наклонила голову, чтобы заглянуть в его глаза. На нее смотрел только один, шоколадно-карий, а другой был молочно-белым и мутным.

– Мне очень жаль, – прошептала она.

– Если это единственная непоправимая травма, которая будет напоминать о случившемся, то мне грех жаловаться, Морская Звездочка, – ответил он, прижимая ее к себе.

– Я не знаю, какие травмы останутся навсегда, а какие исцелятся. Глазу, увы, помочь нельзя – из-за клинка, которым его, по словам Хейзел, проткнули. Что касается остального… В этих вопросах она куда более сведуща, чем я, – ответила Скарлетт, проводя пальцами по его лицу.

– Хейзел – это целительница? – спросил Кассиус, чуть пошевелившись.

Скарлетт прикусила губу, прежде чем прочистить горло.

– Хейзел – ведьма. Верховная ведьма. Она, по сути, королева ведьм. И да, она целительница. Она обучала Элинé.

– Она обучала твою мать?

– Элинé не моя мать, – призналась Скарлетт и, сделав глубокий вдох, выпалила: – зато Хейзел – твоя.

– Верховная ведьма… моя мать? – повторил Кассиус.

Скарлетт кивнула.

– Она не отходила от тебя с тех пор, как мы доставили тебя сюда.

– И где же мы находимся? – спросил он, оглядывая комнату.

– В Черных Залах. Думаю, можно назвать это место моим дворцом, или замком, или как угодно еще. Он расположен в южной части континента, в устье реки Тайкес, – пояснила она, теребя нитку на одеяле.

– Это не то место, куда Сорин приводил меня раньше?

– Нет. То был его дворец в Солембре. Во Дворе Огня.

Почувствовав, как Кассиус кивает, Скарлетт подняла на него глаза.

– О чем ты думаешь?

Глубоко вздохнув, он поморщился.

– Если честно, даже не знаю, с чего начать. Просто расскажи мне… как ты нашла ее. Начни с этого.

Скарлетт встала, чтобы принести ему воды, и заговорила о Хейзел, о том, как они выяснили, кто он такой и кем ей приходится. Она кратко пересказала историю, которой поделилась Верховная ведьма, включая то, как Элинé помогла ему выбраться из Королевства ведьм, чтобы спасти жизнь.

– Кто мой отец? – спросил Кассиус, когда Скарлетт замолчала.

– На этот счет Хейзел изъясняется намеками. В целом, толку от нее не больше, чем от Джульетты, – проворчала Скарлетт.

Кассиус напрягся.

– Джульетты?

Тогда Скарлетт поведала ему о том, как Джульетта умерла, но не до конца, хотя сама до сих пор не понимала, как такое возможно. Добавила, что Воплощение Смерти теперь Оракул, которая говорит пророчествами и загадками, понять суть которых практически невозможно.

– Не представляю, что на это сказать, – наконец произнес Кассиус.

Скарлетт помогла ему принять сидящее положение, добавив в изголовье кровати несколько подушек, и сама пристроилась рядом, скрестив ноги. Держа в руках стакан с водой, она заставляла его время от времени делать глотки.

– Это далеко не все, Кассиус. Мне так много нужно тебе рассказать, но не за один раз. Хейзел очень хочется тебя увидеть – если ты, конечно, не против, – добавила Скарлетт.

Кусая губы, она внимательно наблюдала за ним, поскольку ни за что не стала бы принуждать его.

– Эта женщина спасла мне жизнь и не отходит от меня несколько дней. Полагаю, я должен как минимум поблагодарить ее, – сказал он с ноткой горечи в голосе.

– Кас, ты ничего ей не должен, – мягко возразила Скарлетт. – Если ты не готов к встрече с ней, она не войдет в эту комнату без твоего разрешения.

– Я понимаю, почему она отдала меня Элинé, но в то же время… Если она в самом деле Верховная ведьма… Неужели не могла сама обеспечить мою безопасность? И почему Элинé ни словом не обмолвилась обо всем этом? – спросил Кассиус.

– Не знаю, – призналась Скарлетт. – С тех пор, как попала сюда, я нашла ответы на многие вопросы, но появилось еще больше новых.

– А еще у тебя появились татуировки, – добавил он, кивком указывая на ее левую руку.

Скарлетт мягко улыбнулась, глядя на метку, которая покрывала большой палец, указательный и средний.

– Татуировки. Корона. Муж, – небрежно перечислила она, слегка пожав плечами. – Ничего особо интересного.

– Да уж, наслышан, – подхватил Кассиус со знающей ухмылкой.

– Вот-вот, – подтвердила Скарлетт с преувеличенным вздохом, – сам Огненный Засранец, не больше и не меньше.

– Боги, надеюсь, ты называешь его так в лицо, – усмехнулся Кассиус и поморщился.

– Пока нет, – призналась она. – Но недавно он сам предложил, чтобы я придумывала ему вычурные прозвища. – Кассиус поманил ее к себе, и Скарлетт прижалась к нему, забравшись с ногами под одеяло.

– Я скоро встречусь с Хейзел, – наконец сказал он, когда она устроилась поудобнее. – Но мне нужно время, чтобы привыкнуть.

– Прежде тебе нужно что-нибудь съесть.

– Собираешься покормить меня, Морская Звездочка? – поддразнил он.

– Нет, – проворчала Скарлетт, ткнув его в ребра, и он зашипел. – Но я знаю принца, который принесет сюда еду.

– Адитья будет у меня подавальщиком? – удивился Кассиус.

– Угу, – хмыкнула Скарлетт.

– Не отказался бы я на это посмотреть.

Через полчаса в комнату вошел Сорин с подносом еды, которую подогревал своим пламенем. Щелкнул замок закрывающейся двери, и он поставил свою ношу на маленький пристенный столик.

– Как ты себя чувствуешь, Кассиус? – спросил он, наполняя тарелку.

– Лучше, – ответил тот. – Главное, что ты вытащил оттуда Скарлетт. Все остальное не имеет значения.

– Еще как имеет, – вклинилась она.

Сорин подошел к кровати с тарелкой в каждой руке и передал одну Кассиусу, а другую – Скарлетт.

– Тебе тоже нужно поесть, милая.

Скарлетт демонстративно закатила глаза, но все же надкусила сэндвич и язвительно улыбнулась мужу.

– И питаться тоже, – невесело ухмыльнувшись, добавил Сорин.

– Черт побери, Сорин, – окрысилась Скарлетт, швырнув в него сэндвичем и попав точно в лицо.

Сорин со смехом утерся. Остатки сэндвича глухо плюхнулись на пол.

– Может, твой хранитель сможет тебя убедить, раз