Земля, что ты не покинешь - Энгус Уотсон

придавливала скала размером с дом, и он никуда уже не мог уйти. Но он же ушел, пронзенный от задницы до шеи мечом, так кто его знает, что еще он способен пережить, а они видели, как он перевернул камень немногим меньше того, который придавливал его сейчас – в общем, если кто и способен спастись из подобного положения, выскочить из озера и напасть на них, то только Человек Бобр.

И потому кальнианцы и вута удалялись от Черных гор, следуя по тропе на юг и еще немного на восток, углубляясь в холмистую прерию с деревьями, населенную в основном бизонами, индейками и вилорогими антилопами. Возглавляли отряд, восседая на великолепном кинжалозубом коте, Софи, Оттар и Фрейдис.

Они шагали быстро, переходя на легкий бег, когда дорога спускалась под уклон. Никто не отставал, и даже Бодил Гусыня почти не болтала. Незадолго до заката они остановились в подходящем для лагеря месте. Поели собранных по дороге орехов, плодов и мяса теленка бизона, которое Йоки Чоппа очень тонко нарезал, натер травами и запек на разогретых камнях. После ужина все, кому не нужно было стоять на часах, провалились в сон, не успев толком улечься.

Настало утро, а Человек Бобр так и не появился и не убил их всех, что было большим облегчением. Холмистый пейзаж с деревьями и бизонами был не настолько грандиозным, но при этом не менее прекрасным, чем Черные горы, и все вокруг выглядело гораздо веселее.

Следуя указаниям Вико Клыка, который высказывал их сиплым шепотом, они двигались за Софи с детьми и большим котом на юг на вполне разумной скорости по сравнению с предыдущим днем и почти не оборачивались через плечо.

Эрик Сердитый кое-что решил для себя в тот момент, когда Чоголиза вынырнула из озера. Он несколько раз находил предлоги, чтобы отложить это на потом, но, когда они пошли по лесистой долине, полной суетливых белок, над которой нависала с севера красная скала, и всех остальных заслонили деревья впереди, он сказал:

– Ты мне очень нравишься.

Ее шаг никак не изменился, и она не взглянула на него.

– Это не так надо делать, – сказала Чоголиза спустя двадцать ударов сердца, которые показались Эрику вечностью.

– Что?

– Не надо мне говорить, что я тебе нравлюсь. Подожди, когда мы разобьем лагерь. Когда я отойду от костра, ты пойдешь за мной и попытаешься меня поцеловать.

– Понял. Ты совершенно права. Извини.

– Извинения приняты.

– Погоди минутку. – Эрик поскреб заросший бородой подбородок. – Точно, меня тут осенило.

Они остановились. Она обернулась и поглядела на него сверху вниз. Эрику все еще казалось странным, как такая красивая женщина может быть такой огромной, и тоненький голосок у него в голове подсказывал, что кое-кто обязательно решит, что Чоголиза понравилась ему, потому что он скучает по своей гигантской медведице, но факт был в том, что Чоголиза, неважно по какой причине, ему нравилась. Очень.

– Значит, тебе придется наклоняться, чтобы я смог тебя поцеловать.

Она покачала головой.

– Я всю свою жизнь наклоняюсь. Не хочу наклоняться для первого поцелуя с тобой. Видишь камень?

– Угу.

– Ты ведь можешь встать на что-то подобное.

Он запрыгнул на камень.

– Вот так?

– Именно.

– Что мне делать потом?

– Ну, скажешь что-нибудь вроде: «Кажется, мне что-то попало в глаз, ты не могла бы посмотреть?»

– Знаешь, очень странно, потому что мне действительно что-то попало в глаз прямо сейчас.

– Ой, правда? Я взгляну.

Она остановилась рядом с его камнем, оказавшись теперь лишь самую малость выше Эрика. Он обхватил ее за талию, чувствуя, что вот-вот взорвется. Она придержала его голову здоровой рукой и придвинулась ближе.

– Пока ничего не вижу, – сказала она. – Если я придвинусь еще немного…

Они целовались долго. В какой-то момент Эрик открыл глаза и увидел серовато-коричневую белку, наблюдавшую за ними из дупла. Он подмигнул ей, закрыл глаза и принялся целовать Чоголизу дальше.

Наконец он оторвался от нее и заметил:

– А это будет настоящим испытанием, каждый раз находить камень подходящего размера, когда нам захочется повторить.

– Никто и не говорил, что любовь – это просто, к тому же мы всегда можем прилечь.

На следующее утро Эрик Сердитый вышагивал, улыбаясь, словно толстяк после сытного обеда. Они двигались на юг по бизоньей тропе среди колышущейся травы и лесов. Там, где не было бизонов, резвились вилорогие антилопы и прочие олени. Индейки носились сломя голову по лесам и долам, где возвышались накопанные луговыми собачками холмики земли, и всюду царила какая-то жизнь.

Казалось, в этой местности совершенно не водится хищников, пока уже в разгар дня они не увидели, как стая серых волков с хитрыми мордами нагоняет рысью несколько телят бизонов. Волков прогнали прочь громадные быки. Те ретировались, оглядываясь, и на их мордах читались выражения от «мы все равно уже уходили» до «мы еще вернемся».

Задолго до времени первой стоянки кот, везущий Софи с детьми, остановился. Остальные поравнялись с ним, и Эрик увидел в доброй миле впереди какую-то фигуру, которая стояла на возвышении, наблюдая за их приближением.

– Это девочка, – сказала Ситси, – наверное, лет десяти. Высокий лоб, толстые губы. Смотрит сюда.

– Есть кто-нибудь рядом? – спросил Толстый Волк.

– По крайней мере, я не вижу.

– Ты одна? – спросила Софи, когда они поравнялись с ребенком. Девочка была в простом коричневом платьице и с белыми перьями в волосах. Эрик знал, что у Ситси Пустельги очень хорошее зрение, но все равно удивился, увидев, что у девочки действительно высокий лоб и губы, словно у речной рыбины. Он сумел рассмотреть эти подробности с сорока шагов. Ситси увидела за милю.

– Я Читса, – сказала девочка, нисколько не удивленная тем, что вопрос ей задала женщина верхом на кинжалозубом коте. – Мертвая Нанда сказала, вы идете, и потому все они попрятались на восточной стороне долины. Могу показать, если хотите.

– Кто такая Мертвая Нанда? – спросила Софи.

– Наша чародейка и моя тетя. Она мертвая, но все равно ходит и разговаривает.

– А почему все спрятались?

– Мертвая Нанда сказала, волшебные люди идут на юг с кинжалозубым котом.

– А ты почему не спряталась с ними?

– Мне хотелось посмотреть на кинжалозубого кота. Можно мне его погладить по морде?

– Я бы не стала, – сказала Софи.

– Так хочешь, чтобы я показала вам, где все остальные?

– Нет, спасибо. Тебе лучше вернуться к ним.

Девочка покачала головой.

– Они меня не любят. Хочешь, я тогда покажу вам кое-что действительно интересное? Это вон там, чуть ниже в долине. – Она указала на юго-запад.

Они двинулись за девочкой туда, где за поворотом оказался