Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

— О чём ты хочешь поговорить, дочка? — поинтересовался Шарон.

— Может, отойдём? — с сомнением предложила девушка.

Шарон перехватил её красноречивый взгляд, но только вздохнул и покачал головой:

— Коли есть что сказать, говори — у меня нет секретов от моих братьев. Да и этим шалопаям, — он кивнул на мальчишек, — полезно будет послушать беседу двух умных людей.

— То есть можно говорить, как есть, или вам смягчить правду? — всё же уточнила Ирмелис.

— Говори, как есть, Звёздная Путешественница, — улыбнулся Сартал.

И Ирмелис, набрав для храбрости воздуха, выложила воинам свои умозаключения. И не надо пальцем у виска крутить — она ничего не сказала о своих планах насчёт Пещер Киала. Всё-таки для местных эти пещеры священны, а то, что она собиралась сделать, даже кощунством нельзя назвать! А вот свои размышления по укреплению селения изложила максимально подробно. Воины слушали молча и только хмурились. До многих только сейчас дошло, как сильно им до этого везло.

— Всё ты правильно говоришь, дочка, — Шарон вздохнул. — Да только как мы эту стену построим? Чтобы столько кирпичей сделать, знаешь, сколько глины нужно? А её найти можно только в трёх днях пути, да и то слой в том месте уже почти истощился — сейчас едва хватает, чтобы дома после сезона дождей восстановить.

— Так я и не предлагала вам кирпичи обжигать, — улыбнулась девушка. — Можно поступить проще и сразу из камня строить.

— Что ты, Звёздная Путешественница! — поразился Сартал. — Мы из камня только основание домов делаем, потому как каждый камень неделю высекать из породы приходится!

Ирмелис только крякнула. Неожиданно, но оказалось, что местные вовсе не лентяи и не беспечные идиоты — просто у них запарка со стройматериалами.

— А если у вас будет камнерез? — поинтересовалась она.

Воины заинтересованно загалдели.

— А что это? И как оно... — замешкался Шарон, потом наморщил лоб, вспоминая мудрёное инопланетное слово, и наконец со счастливой улыбкой выдал: — Работает?

Проговорили они до поздней ночи, потому как после обсуждения добычи камня для стройки встал ребром вопрос с транспортировкой булыжников. Потому что если камни можно было добыть неподалёку от Ущелья Теней (то есть всего в нескольких днях пути от селения), то транспортировать на повозке, запряжённой сотарами, можно было не более двух булыжников за раз — что делало весь процесс нецелесообразным с точки зрения потраченного времени.

Поэтому, не мудрствуя лукаво, Ирмелис предложила местным свою аэро-платформу. Слава Тёмной Богине, что у неё их было целых две! Вот примерно на этом моменте ей пришлось быстро линять — иначе мужики, обрадованные известием, что им не придётся ломать спину каторжным трудом, просто затискали бы её до смерти.

Глава 12

К Пещере Киала они вышли уже ближе к вечеру следующего дня. Священное место аборигенов Эреи представляло собой растущие из песка каменные плиты, между которыми зияла, словно распахнутая в немом крике, пасть входа. Ирмелис, окинув взглядом пещеру, поёжилась — от зловещего чёрного провала буквально разило опасностью. Оно и понятно: неизвестно, что там обитает и в каких количествах.

А ещё, при виде неприветливых серых валунов, Ирмелис почему-то стало грустно. Может, от того, что тут погибли тысячи подростков, которые могли бы столько всего сделать, не оборвись их жизнь столь трагично. А может, потому, что Шарон подошёл ближе к жуткому входу и, встав на колени, согнулся до самой земли, зашептав молитвы.

Она так и не спросила, скольких сыновей он потерял в этом проклятом лабиринте — не хотела бередить душу. Стоит ли праздное любопытство этого? Ведь важен сам факт: сейчас перед ней — скорбящий отец, потерявший своего ребёнка. А что такое утрата, Ирмелис знала не понаслышке и искренне сочувствовала Шарону. Поэтому, подумав, опустилась на колени рядом с воином. Именно в этот момент она дала себе клятву зачистить эту пещеру, даже если ей придётся до последней пули обнести арсенал Миража.

И упаси вас Тёмная Богиня ляпнуть какую-то глупость о её доброте или излишней человечности. Она — Жнец Тартара, а всем известно, что у них нет ни души, ни сердца. Она — убийца, просто очень честная, поэтому пусть выигранный у старейшины в кости иалор будет её платой за этот неофициальный контракт. То, что о контракте не знали даже сами местные, а иалор был честно выигран и не нуждался в отработке, Ирмелис решила и вовсе не принимать во внимание. Тёмная Богиня, она ещё не опустилась до такой мелочности!

Отговорившись от своей совести тем, что её помощь местным, если смотреть на неё с такой стороны, никак нельзя назвать безвозмездной, Ирмелис успокоилась. Её репутация Жнеца Тартара останется незапятнанной!

Терпеливо подождала, пока Шарон закончит молитву, и мягко положила руку на плечо воина:

— На моей планете люди верят, что мы снова встретимся со своими близкими, когда попадём в чертоги Тёмной Богини. И я знаю, что ты ещё увидишь их, Шарон!

Ирмелис поднялась на ноги.

— Моих сыновей звали Аштар, Литар, Никор и Мирал, — горестно вздохнув, произнёс Шарон, подняв на Ирмелис подозрительно блестящие глаза.

— Красивые имена, — кивнула Ирмелис. — Уверена, они были тебе достойными сыновьями.

Резко развернувшись, она быстро заморгала (не иначе как проклятый песок опять в глаза попал) и решительно пошла к уже весело полыхающему костру, позволяя Шарону побыть наедине со своими мыслями.

Ночь для Ирмелис прошла в нетерпеливом ожидании. Хотелось уже наконец удостовериться, что в пещерах есть залежи титана, которого хватит, чтобы починить Мираж. Девушка ёрзала в спальном мешке и, если бы не её проводники, которые категорически запретили ей приближаться к пещере до утра, ибо «Слуги Бога могут рассердиться», уже бы плюнула на всё и полезла в пещеры, несмотря на все предупреждения.

Сон её был поверхностный и неспокойный. Ирмелис часто просыпалась, когда во сне протягивала руку к вожделённым серебристым прожилкам металла, но стоило только до них дотянуться, как из поверхности вырастали страшные челюсти гатти и пытались откусить ей руку. В общем, не отдых — а сущее наказание!

За несколько часов до рассвета она плюнула на это издевательство (потому как сном это безобразие нельзя было назвать даже с большой натяжкой) и пошла доставать караульного расспросами. Ну а что? Если она не спит — так и он пусть не спит!

На счастье, караульным оказался Олор. Да-да, тот самый парнишка,