Великая Библиотека - Анастасия Шелест

class="p1">Берт проходит мимо, на мгновение коснувшись моего плеча, и тоже скрывается в коридоре, так и не сказав ни слова. В комнате мгновенно становится пусто. Я не перестаю смотреть на дверь, словно так могу проследить за тем, чтобы они были в порядке.

Самообман держится до того, как тишину разрушает мрачный голос Марка:

– Со мной ты так никогда не прощалась.

Я уверена, что во мне нет сил препираться и удивляться его непробиваемости, но раздражение быстро закручивается внутри, вытесняя волнение. Обернувшись, я скрещиваю руки на груди и морщусь:

– Попробуй догадаться почему.

Марк смотрит на меня не моргая. Лицо превращается в каменную маску, и он пожимает плечами, коротко кивнув.

– Надо полагать, потому что ты не сильно расстроишься, если я умру.

Так должно быть. Я не сомневалась в этом ни секунды, но, когда Марк произносит это вслух, что-то царапается под ребрами. Едкое выражение слетает с моего лица. Губы вздрагивают, и я нервно выдыхаю, но так и не выдавливаю из себя отрицание.

Пусть думает как угодно. С Марком все иначе. Такие, как он, всегда возвращаются, потому что им и в голову не придет рисковать своей жизнью ради защиты кого-то другого. Эрик и Берт же пропитаны совсем другими принципами.

Марк шагает ко мне, но останавливается за спинкой дивана. Зеленый взгляд медленно скользит по мне, и он вдруг заявляет:

– Вини меня в смерти Лоры. – Он замолкает, а я размыкаю губы, резко выдыхая. Глаза распахиваются. Марк перехватывает мой взгляд и пожимает плечами. – Ты собиралась ее спасти. Ты почти вышла. Я тебя не пустил.

Ложь. У меня было достаточно времени сделать что-то. Я просто не смогла. Марк может сколько угодно пытаться убедить меня, но я не идиотка.

– Мы оба прекрасно знаем, что это не так, – качнув головой, тихо выдыхаю я, растеряв всю неприязнь и раздражение.

Что-то во взгляде Марка меняется. Что-то непривычное, странное. Словно он может понимать, как это больно. Словно ему тоже жаль.

– Ты слишком много думаешь, птичка, – вздыхает он, стукнув пальцами по кожаной обивке дивана. – То, что возможности были, не значит, что ты умышленно от них отказалась. – Я морщусь, открыв рот, чтобы поспорить, но Марк дергает подбородком и добавляет: – Это могло бы быть мое осознанное решение. Я бы мог так поступить. Но не ты. Ты этого не выбирала. Прекрати так думать.

Я открываю рот, но тут же проглатываю аргументы. Как он это делает? Будто в голову залезает и вытаскивает оттуда каждую назойливую мысль. Он не может так хорошо представлять, о чем я думаю.

По рукам пробегает холодок. Я сглатываю и повожу подбородком, выпаливая, чтобы не думать о словах Марка:

– Тебя обычно не волнует такое.

Ни насмешки, ни ожидаемой издевки. Марк пожимает плечами и, спустя целую вечность задумчивой тишины, отзывается:

– Тебя волнует. Просто подумай о том, что я сказал.

Не понимаю. Вдох словно дается легче. Избавиться от такого чувства вины невозможно, но пока Марк на меня смотрит, я начинаю ему верить.

Музы, нет. Нужно просто держать в голове, что он всегда врет. С чего бы сейчас чему-то измениться?

Мысленная оплеуха не помогает. Я растворяюсь в спокойствии, а молчаливая поддержка ощущается физически. Словно кто-то встал за спиной.

– Спасибо, – бормочу я, быстро отвернувшись.

– Сочтемся, птичка, – усмехается Марк мне в спину.

Хорошо, что я успела отвернуться, потому что не хочу, чтобы Марк видел, как уголки моих губ приподнимаются. Сил скрывать легкую улыбку нет, но ему вовсе не обязательно знать, что какого-то бешеного пегаса ему удалось сделать так, что лед внутри тронулся. Едва ли мы когда-то сможем стать друзьями, но, может, я смогу смотреть на него спокойно.

Я подхожу к окну как раз вовремя, чтобы заметить, как Эрик и Берт выходят из Организации. Музы, чуть не пропустили.

– Идем. – Обернувшись, я двигаюсь к дивану, а Марк без лишних вопросов достает книгу.

Подгадать момент идеально все равно не выйдет. У нас не так много времени, пока библиотекари будут в реальности. Тратить его попусту – настоящее преступление. Остается только надеяться, что мы окажемся там ровно в тот момент, когда они отправятся в реальность. Ну или хотя бы сможем не привлекать к себе внимание поначалу, а потом они все-таки уйдут.

16. Die Alone (In Your Lover's Arms)

Марк раскрывает передо мной книгу, а я морщусь при виде белых страниц. Когда все это закончится, я больше ни за что не открою «Над пропастью во ржи». Надеюсь, это последний раз, когда мне приходится в нее нырять.

Бросив на Марка вопросительный взгляд, я ловлю его неопределенное движение плечами. Если не хочет идти первым, я пойду. Строчки быстро плывут перед глазами, через мгновение уже сменяясь знакомой гостиной. Марк появляется рядом через пару секунд.

Все идет подозрительно гладко, хотя я не представляю, что могло бы сейчас пойти не так. Мы спокойно добираемся до уже знакомой библиотеки – ничто не горит, дым не режет глаза и дышать получается легко, – быстро находим потрескивающую деревянную панель и вытаскиваем оттуда книгу.

Все такая же желтая, с синим ляссе. Кожаная обложка скользит в пальцах. Я открываю книгу, пролистываю пару страниц и медленно выдыхаю. Руки вздрагивают, и волнение закручивается в животе плотным узлом.

Марк ободряюще улыбается, и я недоверчиво замираю. Никогда не видела от него подобных жестов. Пока я пытаюсь смириться с внезапным открытием, он протягивает руку, перехватывает книгу и предлагает:

– Давай я пойду первым. Мало ли, что там сейчас происходит. Ты важнее. Лучше проверить.

Большой палец задевает мою кисть, и я отдергиваю руку, быстро кивнув. Не успеваю даже осмыслить свое согласие, а Марк делает вид, словно не заметил мой жест. Он вытягивает руки с книгой и опускает голову, исчезая через пару секунд.

Я ловлю книгу, медленно выдыхая. Выжидаю с минуту. Едва ли этого достаточно, но оставаться тут одна дольше не могу. Сглотнув напряженный ком в горле, я погружаюсь в чтение. Строчки смазываются и закручиваются, превращаясь в цветастые всполохи, а потом под ногами появляется каменный пол.

На поясницу моментально ложится широкая ладонь, поддерживая, но я крепко стою на ногах и стряхиваю руку Марка. Он смотрит на меня с пару секунд, а потом улыбается и как ни в чем не бывало пожимает плечами.

– Пока все в порядке.

Я напряженно выдыхаю, переборов желание приложить палец к губам. Если все действительно так, то нам повезло. Не стоит лишний раз