Дело об обвинении коннетабля - Лариса Куницына

скорее, где-то на камине или на полке. Но зачем преступнику было брать его, если точно такой же подсвечник был под рукой? Оставив разрешение этого вопроса до осмотра места преступления, Марк открыл следующую папку.

Благодаря кропотливой работе Брешо и его помощников, отражённой в их тщательных записях, картина этой трагедии проявлялась перед ним всё с большей ясностью, и он убеждался в том, что полученные сыщиками улики прямо указывали на барона Аллара. Обстоятельств, позволяющих усомниться в его виновности, было немного, и они были косвенными. К тому же, Брешо в своих попытках установить тех, с кем встречался Аллар в маленьком доме на окраине, не остановился на опросе свидетелей в округе. Он пытался отыскать и его новое пристанище, для чего его помощники обошли всех стряпчих, занимавшихся недвижимым имуществом, просмотрели домовые книги и опросили хозяев доходных домов и содержателей гостиниц. Это был огромный объём работы, но он не дал никаких результатов. Если Аллар и продолжал встречаться со своим визави, то новое место их встреч так и не было установлено.

Марк просидел над бумагами до поздней ночи. У него уже рябило в глазах от сливающихся в бесконечный мутный поток строчек, когда в его сумрачный кабинет заглянул встревоженный Эдам.

— Вот вы где, ваше сиятельство! — с облегчением воскликнул он. — Не случилось ли чего? Сидите тут тихо, как мышь, даже поесть не вышли. Может, принести вам ужин?

— Идём домой, — вздохнул Марк, отодвинувшись от стола и с тоской глядя на еще не прочитанные стопки бумаг. — У меня уже голова идёт кругом от всего этого. Продолжу завтра!

— И то верно! — обрадовался оруженосец. — Такими делами лучше заниматься на свежую голову! — и метнулся к лавке у окна, где лежали меч и плащ его сеньора.

Начало расследования

Следующее утро было светлым, и Марк, выйдя из дома, остановился, глядя на жемчужно светившиеся небеса. Воздух ещё был свеж, и лёгкий ветерок проносился по Королевской площади, приподнимая полы его плаща и развевая волосы. Он намеревался пойти в Серую башню и продолжить чтение бумаг из кожаного ларца, доставленного полицией магистрата. Однако этот ясный день, ещё не проснувшийся в полной мере город, полупустые улицы и этот ласковый ветер манили его. Они звали пройтись по холодку, пока толпы деловитых горожан не заполнили всё вокруг, пока не поднялся гомон голосов, и ещё можно было различить среди запахов корицу ранней выпечки дорогих кондитерских, едва уловимый аромат пышно цветущей на окнах настурции и сладкий дух яблок нового урожая, которые развозили по рынкам и лавкам телеги, въехавшие в едва открывшиеся городские ворота.

— Прогуляемся! — сообщил он своим спутникам и, легко развернувшись, зашагал в сторону Королевской улицы.

Этот дом на улице Старой голубятни был не лучше и не хуже других, обычный фахверковый, двухэтажный, с остроконечной крышей, втиснутый в ряд других, похожих на него домов. Вполне ухоженный, с побеленными не так давно стенами и покрашенными перекладинами выступающих балок.

Лишь подойдя к крыльцу, Марк вспомнил, что не захватил с собой ключ от входных дверей, но это не заставило его замешкаться и на мгновение. Взбежав по ступеням низкого крыльца, он сорвал печать полиции магистрата и отыскал в подсумке замшевый футляр с инструментами. Достав из него отмычку, он присел возле замочной скважины, и вскоре дверь перед ним распахнулась. Рыцари охраны и Шарль остались на улице, а Эдам привычно проскользнул внутрь вслед за господином, решив, что может быть ему полезен.

Внутри дом был так же невелик. Внизу — небольшая прихожая, откуда одна дверь вела в маленькую, относительно чистую кухню, другая — в тесную гостиную, скорее всего, служившую приёмной, где хозяин встречался со своими клиентами. Помимо старинного стола из фальшивого красного дерева — попросту окрашенной в нужный цвет сосны и таких же стульев с высокими спинками, здесь был лишь буфет, с полками, заставленными дешёвым фарфором, два кресла у кованной и украшенной литьём печурки и узкий шкаф, в котором стояли потрёпанные папки с документами. Посмотрев одну из них, Марк увидел, что это бумаги по сделкам о недвижимости, которые совершал от имени своих клиентов Карон.

Вернувшись в прихожую, он прошёл дальше, к крутой лестнице, ведущей на второй этаж. Наверху была тесная площадка и ещё две двери: одна — в небольшую спальню с кроватью, над которой мрачным призраком нависал пыльный балдахин, и стоявшей возле него тумбочкой с вывернутыми ящиками. В глубине темнела ниша, наполовину закрытая занавеской, где на полках обычно лежала одежда, но теперь она вся: и старые потёртые куртки, и мантии, и новенькие камзолы из узорчатого сукна, была разбросана вокруг.

Другая дверь вела в сравнительно большой кабинет, в центре которого стоял древний, но ещё вполне добротный письменный стол, отделанный тонкой резьбой со стёртой позолотой. Блестящая краска осталась только в углублениях, подчёркивая изысканность утончённых узоров. За столом стояло кресло из вишнёвого дерева, обитое потемневшей телячьей кожей. Справа был камин, а по другую сторону — ряд полок и втиснутая в самый угол массивная конторка с поцарапанной наклонной крышкой и двумя рядами выдвижных ящиков, которые в этот момент тоже валялись на полу среди рассыпанных бумаг.

Кабинет так же носил следы разорения и чьих-то усердных поисков. Осмотревшись, Марк признал, что сделанная Брешо схема полностью отражает общую картину этого разгрома. Осмотрев место, где лежало тело убитого, — там ещё осталось тёмное пятно крови, вытекшей из раны, — он представил, как должно было происходить убийство. Положение трупа было необычным. Он лежал возле торца стола и в момент смерти находился спиной к преступнику. Что заставило его встать так и при этом позволить кому-то, обозлённому на него, оказаться позади себя? И почему убийца зашёл в этот угол?

Марк заметил на письменном столе второй подсвечник, близнец того, что сейчас лежал в кожаном ларце в Серой башне. Этот, в отличие от того, был весь заляпан воском, и в нём прочно сидела короткая оплывшая свеча.

— Что-то не так? — послышался голос Эдама, наблюдавшего за господином.

— Да. Представь, что ты явился к тому, кто тебя шантажирует уже долгое время. Словесная перепалка приводит тебя в такую ярость, что ты вдруг решаешь убить его здесь и сейчас. Что ты сделаешь?

— Обойду стол и перережу ему горло, — после некоторого раздумья заявил юноша.

— Он был убит подсвечником.

Оруженосец с некоторым недоумением посмотрел на тот, что