Критическая масса - Дэниэл Суарез

представителей прессы и почётных гостей были доставлены сюда на вечерний коктейльный приём под новыми тростниковыми зонтами и навесами, укрывавшими тики-бар. Официанты в форме разносили закуски, словно царящие вокруг разрушения были лишь элементом праздничного оформления.

Сэр Мортен прокашлялся в микрофон и улыбнулся, сверкнув ослепительно белыми зубами. — Добрый день. Добро пожаловать на Балисо. — Он великодушно развёл руки. — Те из вас, кто бывал здесь прежде, когда это был дом покойного Натана Джойса, глядят на эти разрушения с горечью. — Он покачал головой. — Но я вижу здесь возможность для возрождения. Именно поэтому, в то время как другие бегут из опустошённых изменением климата экваториальных районов Земли, я с радостью приобрёл бывшее поместье Натана. — Он произнёс последнее слово вполголоса, для пущего эффекта. — Хотя и со значительной скидкой.

Собравшиеся журналисты и гости засмеялись.

Лисовски оглядела толпу. Присутствовавшие репортёры активно налегали на бар, тогда как почётные гости, казалось, ловили каждое слово Мортена.

— Я приобрёл это поместье вопреки нынешним погодным условиям как жест веры в будущее человечества — веры в нашу способность производить позитивные перемены. Я твёрдо убеждён, что лучшие дни ждут впереди — и Балисо, и всю Землю. Перенося нашу промышленную и энергетическую инфраструктуру в цислунарное пространство, мы снимем непосильную нагрузку с матери-Земли, не бросив при этом развивающиеся страны наедине с катастрофой, к которой они не причастны, а напротив — подняв и обогатив жизнь миллиардов людей.

Кто-то у бара окликнул официанта: — Можно мне с лаймом? — под мелодичный звон стекла.

Мортен продолжил, не обратив никакого внимания, — его кожа, по всей видимости, была столь же толстой, сколь и загорелой. — В подтверждение своей приверженности этой цели я собрал вас здесь, чтобы объявить: гиперзвуковой самолёт-прототип Gyrfalcon компании Vestal Aerospace на водородно-кислородной тяге…

Голографическая проекционная система показала на скромной сцене рядом с Мортеном длинный, обтекаемый, похожий на иглу самолёт с массивными воздухозаборниками на нижней поверхности.

— …совершивший в прошлом году перелёт из Лондона в Токио всего за два часа десять минут на высоте шестидесяти километров без звукового удара и практически без выброса углерода — войдёт в состав более крупной одноступенчатой орбитальной системы Vestal, открыв человечеству беспрецедентный недорогой доступ в космос.

Голограмма отдалилась, показав Землю с ребра, с низкой орбиты, где медленно вращался трос длиной в сотни километров.

— Catalyst Corporation, наши цислунарные партнёры, предлагают изготовить первый из серии вращающихся орбитальных скайхуков длиной 500 километров и массой 6000 тонн. Такой трос, движущийся навстречу орбитальному направлению на низкой земной орбите, способен опускаться в атмосферу Земли на высоту 100 километров со скоростью 4 километра в секунду — что вполне достижимо для нашего Gyrfalcon.

Голограмма приблизилась, показав, как гиперзвуковой самолёт Gyrfalcon состыковывается с вращающимся скайхуком в момент кратковременного замедления, пока более длинный трос продолжает вращение на орбите. Груз из открытого грузового отсека самолёта был затем поднят вверх, после чего произошло разъединение.

— Десять тонн полезного груза в космос на полностью многоразовом самолёте, летающем с частотой обычного авиалайнера, — стоимость доставки килограмма на низкую орбиту составит ничтожную долю от любой ракетной системы при минимальном воздействии на окружающую среду. Более поздние версии смогут удвоить и утроить эти показатели по мере создания более прочных кристаллических конструкций в лабораториях микрогравитации на Станции Кларк. Одноступенчатый выход в космос с помощью небес — и практически без ущерба для природы. — Он указал на голограмму. — Неплохо для параболического аттракциона.

Этот выпад в адрес конкурента-миллиардера Мортена Джорджа Бёркетта был встречен смехом и аплодисментами — в том числе со стороны прессы.

Пока Мортен отвечал на вопросы журналистов, Лисовски пробралась сквозь толпу к краю собравшихся. Как бы неловко ни была устроена пресс-конференция Мортена, его план уже не выглядел полностью несбыточным — а это уже прогресс.

Рядом раздался голос: — Полагаю, вам это должно нравиться.

Лисовски обернулась и увидела знакомое лицо. Пожилой государственный деятель стоял в поло и хаки — совершенно неприметный среди журналистов и представителей цифровой элиты.

Она кивнула ему и направилась к тики-бару. Он пошёл рядом. Она взяла бокал белого вина с подноса, на котором стояло около дюжины, и предложила один ему.

— Нет, спасибо. Я предпочитаю держать голову ясной, когда разговариваю с вами.

— Как хотите. — Оба двинулись к краю толпы, пока где-то неподалёку Мортен ораторствовал перед вытянутыми смартфонами.

Пожилой государственный деятель указал в сторону трибуны. — Посмотрите на него. Эти ребята ведут себя так, будто сами всё это изобрели. Мы проектировали скайхуки ещё в восьмидесятых.

— Но они так и не были построены. Не правда ли? — Она отпила вина.

— Нет. Не были. — Он повернулся к ней.

— Потому что вам не хватало критической массы на орбите. Теперь эта проблема решена.

— Полагаю, ваша схема сработала. Мой зять не может перестать говорить о том, как увеличить своё «присутствие» в луне. Число заявок на инженерные и математические факультеты американских университетов стремительно растёт. Мой внук больше не хочет быть ютубером. Вы разрубили гордиев узел нашей «китайской проблемы», и теперь КПК придётся иметь дело с децентрализованным торговым монстром в космосе — что заставит их сомневаться в лояльности каждого, кого они туда отправят.

Она наклонила бокал в его сторону и сделала глоток.

«Значит, мы разрушили собственные рынки. И что дальше?»

Она кивнула в сторону Мортена. «Мы инвестируем в будущее — вместо того чтобы его бояться.»

Он покачал головой. «О нет, я не думаю, что всё будет так просто. Страх — великий мотиватор.»

«Как и доакционерные опционы.»

«И этот “цислунарный Ренессанс” создаёт для Америки больше или меньше врагов?»

«Меньше. Намного меньше. Он ослабит притягательность авторитарных идеологий, в том числе внутри наших собственных границ.»

«Хм.» Он прислонился к булыжной стене, увитой бугенвиллеей. «Мы помогаем укреплять великие державы в космосе, которые нам не подчинены. Это нам ещё аукнется.»

«Только если мы живём прошлым. Этот шаг был неизбежен, если мы хотим, чтобы человечество процветало. Теперь у нас есть шанс исправить климат. Не вымереть. Вы видели новости о том африканском солнечном спутнике?»

«Ах да. Нигерийцы с космическим лучом смерти. Как будто это хорошая идея.»

Она засмеялась в бокал с вином. «Это геосинхронный энергетический спутник, а не луч смерти. Он будет поставлять 2 гигаватта чистой энергии на африканский континент. Если уж нагнетать страхи, нужно быть более научно строгим… и звучать менее расистски. Проект “Звезда Африки” показывает, что обычные люди