Падение клана Шэ. Том 1 - Ло Ян

– Чжоу Вэйянь…

– Сразу не отвечай. – Шисюн всë так же избегал смотреть на неë. – Но и слишком долго не обдумывай. Даю тебе время до отъезда. Знай: либо ты уедешь моей невестой, либо вернëшься несчастной. Тебе лучше выбрать первое.

– Лучше?.. – переспросила Шэ Юэ, попятившись к двери. Она знала шисюна всю жизнь, так почему ей слышалась в его словах угроза?

– Да. Я никогда не обижу тебя. Клан Шэ для меня превыше всего: я сирота, другой семьи у меня нет. – Шисюн наконец обернулся к ней. Его взгляд жëг, как угли. – Тебе не придëтся ехать в незнакомые места, к людям, которые тебя ни во что не ставят. Теперь у нас достаточно денег, чтобы школа процветала, зачем нам чужие? К тому же Фэн Гуанмин, лучшая партия, мëртв. Увы.

Имя Фэн Гуанмина и это холодное «увы» сломало оцепенение. Шэ Юэ вернулась к полкам, собрала с пола книги.

– Я люблю А-Юаня, – негромко, но твëрдо произнесла она. Шисюн расстроится, но ей не за что извиняться. – Я стану его женой, даже если будет трудно. Потому что цепь, выкованную Небом, не разорвать.

Она не помнила, где слышала это выражение, но оно немедленно всплыло в голове.

Точно. У них с А-Юанем не просто глупая влюблëнность. Они встретились в логове чудовищ, потом он спас Янь-яня, потом пошëл с ней в логово призраков… каждое их приключение – звено в небесной цепи.

– Что ты знаешь о трудностях! – не выдержал шисюн. – Стоит мне подумать о том, как эти люди в столице будут смотреть на тебя свысока, шептаться за спиной…

– Ну и что! – Шэ Юэ швырнула очередную тетрадь на стол. – После того, как отец погиб и всех перебили, о нас в деревне только и шепчутся! Меня звали дурочкой за то, что бормотала под нос, нашу школу – школой, притягивающей неудачи, нашу технику боя – бесполезной! А что болтают про братца Цзюэ, даже повторять не хочу. Что такого могут сказать в столице? Что я бедная и манеры у меня плохие? Да, это всë правда! И А-Юань об этом знает… – Она задумалась. – Хотя нет. Я больше не бедная. Вот видишь, остались только манеры. Ещë я простолюдинка. И что? Это тоже правда. Я бы стыдилась, если б сказали, что я слабая и плохо дерусь, что позорю своего отца. Но никто так сказать не посмеет!

Вэй-шисюн кивнул, стиснув челюсти.

– Подумай ещë, – тихо сказал он и быстрым шагом вышел, едва не сбив с ног Янь-яня, тащившего ведро.

– Что, шисюн не выдержал запаха мышиного помëта? – спросил Янь-янь, растягивая в руках ветхий, выцветший рукав матушкиного халата, пущенного на тряпки.

– Просто вспомнил, что у него дела.

Янь-янь странно взглянул на неë, но ничего не сказал. Шэ Юэ вдруг пришло в голову, что он всë знает, шисюн мог говорить с ним об этом…

Но нет, конечно, нет. Он поговорил бы с Цзюэ, какая ему выгода от младшего… А шисюн всегда был самым разумным из них. Всегда искал выгоду. Только раньше Шэ Юэ казалось, что это хорошо.

«А в чëм его выгода от женитьбы?» – подумала она, и тут же сама себе ответила – школа.

Цзюэ не спешит жениться, Юй калека, Янь-янь ещë совсем молод. Если кому и наследовать школу Серебряного Ручья, то еë, Шэ Юэ, детям.

Неужто шисюн видел еë как кусок мяса на прилавке?

От одной мысли ей стало нехорошо. Нет, он не мог. Наверное, он просто был влюблëн, потому и оберегал еë постоянно, с самого детства. Она помнила, как Вэйянь, угрюмый подросток, носил еë на спине. Они с братьями пошли в лес собирать ягоды, и она так устала, что села в траву и отказывалась идти домой. Братец Юй заругался, а Вэй-шисюн просто велел ей цепляться за него и нëс так всю дорогу.

Нет, он правда переживал о ней!

Ей стало его жаль.

Шэ Юэ поймала себя на том, что бездумно смотрит, как Янь-янь елозит тряпкой по одной и той же полке, размазывая грязь.

– Извини, – буркнул он, не отрываясь от своего бесполезного дела.

– Не бери в голову, младший братец. – Она достала со стеллажа ещë одну стопку пыльных тетрадей, чихнула. – Я бы тоже с ума сходила, заставь меня матушка сидеть дома. Но знаешь что? Я упрошу Цзюэ взять тебя в столицу! Всë равно ведь нам всем шьют новую одежду!

– Правда попросишь?! – Янь-янь так и просиял. – Вот это да! Я слышал, что там есть пагода, которая выше нашей Яшмовой горы! И каждое слово императора немедленно оказывается на особой доске у ворот, и его может прочитать любой. А ещë улицы там даже ночью не затихают…

– Я не знаю, правда ли это… А-Юань нам всë покажет. Он сказал, что мы будем жить в его поместье! Столичное поместье совсем не то же, что наше, деревенское, вот увидишь… – Она заметила, что Янь-янь снова помрачнел, и осеклась. – Что такое?

– Мы же… не любим принца, – наконец выдавил младший братец. – Цзюэ сказал, братец Юй не может ходить из-за него.

– Глупый! – Шэ Юэ едва не надавала ему пощëчин, но сдержалась. – Принц спас тебе жизнь! Как ты можешь быть таким неблагодарным?!

– Цзюэ сказал… он меня спас, чтобы мы были перед ним в долгу и всë делали, как он скажет.

У Шэ Юэ голова пошла кругом. Как Цзюэ мог такое говорить?! Он сам хотел золота, устроил охоту, всех пригласил… Он был со всем согласен! Что же случилось? С ума все, что ли, посходили?!

– Вы с Цзюэ оба дураки! – не выдержала она. Глаза Янь-яня вспыхнули яростью, и в тот же миг он швырнул грязную тряпку прямо ей в лицо!

Такого Шэ Юэ стерпеть не могла! Отплëвываясь от грязи, она схватила Янь-яня за волосы и как следует приложила головой о стеллаж.

Этот поросëнок пнул еë в колено, но, если б не поток больно стукающих бамбуковых книг и не сломанная рука, она бы не потеряла равновесие!

Янь-янь, подлец, зажал еë голову под мышкой. Его длинные кости обросли кое-каким мясом, его уже не так просто было сдвинуть с места, но Шэ Юэ вспомнила, как болтун Хуань, разбежавшись, вышибал ворота лбом. Нужно всего-то напрячь шею и спину как следует…

В этот раз поросëнок не удержался на ногах и полетел в стеллаж… только хватку не разжал, потому что старое дерево заскрипело, полки пошатнулись, просыпав ворох свитков, и стеллаж медленно завалился вперëд, под его тяжестью качнулся следующий…

Когда клубы пыли осели, Янь-янь неуклюже поднялся, отряхнул чëлку.

– Кажется… придëтся звать шисюна обратно, –