Фантастика 2026-158 - Максим Арх

Быстро выгрузились.

– Епт! А это что за пассажиры? – удивился Макар, увидев выпрыгивавших из кузова гоплитов.

– Наша группа поддержки, – сообщил Серж, – будут нас здесь ждать, машину прогревать и охранять ее.

– Правильно, ептыть. Машину на холоде бросать последнее, епт, дело, после можно и не завести.

Кот достал из кармана бушлата коробок спичек и потряс им возле уха.

– Будем костер жечь, а то замерзли в кунге, как в рефрижераторе, – улыбнулся он белозубой улыбкой от уха до уха. – Где тут у вас дровишки водятся?

– Да везде, епт, – улыбнулся в ответ Макар. – Лес же кругом. Но лучше вдоль реки валежник да плавник собирайте, там много. Только осторожно, смотрите, промоины могут быть под снегом, не свалитесь. И, эта, вам же стрелять можно? Вон там, в кустах на пригорке, кролики водятся...

– Кролики? Может, зайцы?

– Нет, именно кролики. Завелись тут, едреныть. Маньчжурские. Расплодились, в норах живут. Вы бы подстрелили пару штук, да шурпы наварили к нашему возвращению. Продукты-то есть? Крупа, картошка, – не забыли взять?

– Все есть. А когда вернетесь?

– К вечеру, думаю, до темноты будем стараться. Раньше никак.

К этому времени уже совсем рассвело, но лес все равно казался полным сумерек, под деревьями и в низинах лежали синие тени, будто солнце для начала включили вполнакала, чтобы не ослепнуть сразу от сияния, и постепенно добавляли яркости. Но, видимо, просто день собирался быть пасмурным, тучи лежали низко и плотно, без просветов. Пока Серж с эвокатом перед выходом на тропу перекуривали, некурящий Макар придирчиво осматривал их экипировку.

– Что? – спросил Тагази. – Что-то не нравится?

– Нормально, нормально. Сойдет.

– Ну, я же знаю. Сам с вечера проверил.

– Так, епт! Хорошо, что сам. Докурили? Не будем тогда терять времени, пошли. Да, еще. Идете строго за мной, вперед не забегаете, что скажу, то и делаете. Ритм, скорость и направление движения определяю только я. Никаких пререканий и пустых разговоров. На маршруте я главный. Это понятно?

– Ну так, епт!

Оставив Анкха с Котом возле набиравшего силу чуть в сторонке от машины костра, они спустились к реке и углубились в лес вдоль ее левого берега. Шли налегке, как и положено разведчикам. В рюкзаках только самое необходимое, из оружия у Макара карабин, а оба легионера с автоматами. ПП 100 решили не брать, слишком тяжелые. Зато у обоих имелись ракетницы и финские ножи, ну, это само собой.

– А что у тебя за рюкзак такой? – вдруг заинтересовался экипировкой шедшего впереди Макара Тагази. – Плоский, металлический, как у горноспасателей. Точно, такой же я у них видел однажды.

– Это, едреныть, ни разу не рюкзак, – откликнулся Макар. – Это термос на жидком азоте. Хладагент такой специальный. Раз уж все равно в Зону идем, может, повезет там поймать что потустороннее. Какой-никакой, а доход. Жить-то, епт, надоть.

Макар шел первым, торил тропу в снегу, вел остальных за собой. Помимо термоса за спиной, на боку у него, надетая наискосок через шею, висела кожаная охотничья сумка, украшенная волчьим хвостом. Ноги в высоких, до колен, унтах из серого волчьего меха, подаренного ему, видимо, тем самым волком, чей хвост украшал сумку, ступали на удивление легко, просто летели. Военные были обуты в яловые сапоги на меху, довольно тяжелые, но вполне пригодные для передвижения по глубокому снегу. На всех троих одежда была цвета хаки, изрядно выгоревшая на солнце, что позволяло им сливаться с общим фоном пространства, где во множестве росли низкорослые дубки, на ветках которых всю зиму болтались сухие бронзовые листья.

За Макаром, стараясь ступать след в след, шел Серж, замыкающим, прикрывая ордер с тыла, бороздил снег тяжелыми шагами Тагази. Такого порядка они придерживались весь путь. Макар вел группу чуть в стороне от реки, потому что самый ее берег густо порос кустарником, и продираться сквозь эти заросли было делом безнадежным. Да и чего ради?

Серж все смотрел на Макара и удивлялся. С его точки зрения, проводник был одет слишком легко. Под расстегнутым до половины бушлатом он заметил у него, да, плотный свитер, но без высокого воротника, и шарфа не наличествовало. В полукольце старого овчинного воротника торчала его тонкая жилистая, точно у старого петуха, шея, но, что удивительно, не синего, как, казалось, должно быть, а красно-розового живого колера. Зато перчатки на руках у него имелись вязанные, судя по всему, кустарным способом, вручную, из серой козьей шерсти. Но и их он часто снимал, засовывая в наколенные карманы штанов и там оставляя, каждую в своем, раструбами наружу. То есть было видно, что ему совершенно не холодно. Привык, видать, к морозам-то, думал Серж. Едреныть.

Словно уловив его мысли, Макар на ходу оглянулся и подмигнул ему желтым, аки желудь без шляпки, глазом.

– Нормально? – спросил не останавливаясь.

Серж махнул рукой – давай, мол, не тормози. Однако метров через триста он сам остановился, почувствовав, что дальше тропить невмоготу. Идти по снегу та еще работенка, особенно если к ней не особо привычный.

– Что, взопрел? – догадался Макар. Он успел убежать вперед, но быстро вернулся назад.

Сняв шапку, Серж обмахивал ей мокрую, курящуюся паром голову. Он чувствовал себя так, словно ему за шиворот вылили ведро воды – между лопаток, вдоль позвоночника стекали капли пота. Он расстегнул куртку и, разведя полы, помахивал ими, прогоняя стылый воздух вокруг спины.

– Видно, что ты, едреныть, не охотник ни разу. А то бы знал.

– Что знал?

– Что в одежде, главное дело, баланс соблюсти. Вот Толян знает уже. Чуть больше, чуть меньше, и уже не то. Что хорошо в стоячем положении, на ходу обуза. Ты вот эту поддевку-то свою сними, да в мешок сунь пока, потом, может, пригодится. Во, так, да. Что, отдышался? Пошли тогда, ептыть, время не лишнее.

– Далеко еще?

– Порядком. Километров семь, а то и все десять. Набегаемся еще.

Пошли дальше. Серж уже скоро почувствовал, что, сняв с себя лишнее, выиграл, идти стало легче. Куртку он так же оставил расстегнутой, автомат повесил на шею и держался за него, как за балансир. Вскоре поверхность, по которой они шли, стала приподниматься справа и превратилась в пологий склон, а еще дальше – и не в очень-то пологий. Идти