Леди пепла - Мелисса Рёрих

– Почему ты заговорил об этом только теперь?

– А почему молодая королева отказываться от восполнения своей магии? Вселенская загадка, полагаю, – задумчиво протянул он.

– Забавно, – невесело фыркнула Скарлетт.

Брайар пожал плечами.

– Позволит ли Эштин покопаться в ее книгах?

– Возможно, мне удастся ее убедить.

Скарлетт усмехнулась.

– Не сомневаюсь, принц. – Помолчав немного, она спросила: – Почему Насима не с Эштин?

Брайар заметно напрягся. Даже в ночи она видела, как потемнели черты его лица, а лучистые глаза стали жестче.

– Потому что Эштин предпочла своим ветрам Талвин, – наконец выдавил он.

– Что это означает?

– Ветры благоволят Авонлее, а тебе отлично известно отношение к ней Талвин. Она обиделась на Эштин, когда ветры перестали нашептывать о королевстве за морем. Эштин хранит секреты Талвин, поэтому я не знаю, что именно было сказано или сделано, но ее верность была поставлена под сомнение. Когда Эштин встала на сторону Талвин, Насима исчезла, ветры замолчали, и ей теперь крайне трудно странствовать между ними.

Скарлетт не знала, что на это ответить. Она чувствовала исходящую от Брайара агрессию.

– Ты не согласен с ее выбором?

– Нет. Я пытался убедить ее передумать, но, в конце концов, ей решать. – Помолчав немного, он добавил: – И у тебя тоже есть выбор – позволить себе ослабеть или нет.

– Где она сейчас?

– В своей Цитадели Ветра в Ширских скалах. Ей… нездоровится.

Скарлетт кивнула.

– По крайней мере, ты принимаешь ее выбор, – проворчала она.

– Понимать и принимать – две совершенно разные вещи, – заметил Брайар. – Если не брать во внимание этот спор, она объяснила мне причины, чтобы пояснить свою точку зрения. Мы все обсудили, насколько это было возможно. Проблема в том, что ее долг перед королевой Талвин не позволяет ей давать мне подробных объяснений. Для вас с Сорином подобного препятствия не существует. Он старается доверять тебе.

– Я сама виновата в том, что подорвала его доверие, – тихо ответила Скарлетт.

– Да, – согласился Брайар, никогда не говоривший ничего ради того, чтобы она почувствовала себя лучше или менее виноватой. – Однако в твоих силах его восстановить.

– На это нужно время.

– Верно, но если не начнешь хоть с чего-нибудь, то удлинишь процесс.

– Частенько я забываю, что ты так же стар, как и Сорин, – ответила Скарлетт. – А потом ты начинаешь говорить как древний мудрец, и я вспоминаю, что вы ровесники.

– К твоему сведению, я на три сезона младше Сорина.

Из горла Скарлетт вырвался смешок.

– А что насчет Сойера?

– Я старше брата почти на семь десятков лет.

Скарлетт кивнула и, скрестив руки на груди, устремила взгляд на воду.

– Ни один из нас не собирается принимать за тебя решения, Скарлетт, – чуть помолчав, сказал Брайар. – Мы лишь хотим понять, почему ты поступаешь так, а не иначе.

– Думаю, даже если бы я назвала причину, Сорин не счел бы ее веской, – вздохнула она.

– Возможно, – согласился Брайар. – Но опять же, понять и принять – две разные вещи. – Когда она ничего не сказала в ответ, он добавил: – Оставлю тебя послушать море, Солнышко. Я просто хотел убедиться, что тебя не нужно вытаскивать из реки.

– Спасибо, Брайар.

– Сообщи, если тебе что-то понадобится.

Она кивнула и мгновение спустя услышала шум водного портала.

Некоторое время спустя, когда Скарлетт наконец повернулась, чтобы отправиться обратно в Черные Залы, она заметила Сорина, сидящего на вершине небольшой дюны в нескольких шагах от берега. Он встал, когда она направилась в его сторону, и встретил ее на полпути.

– Как давно ты здесь? – спросила Скарлетт.

Сорин протянул руку, чтобы заправить волосы ей за ухо.

– С тех пор как ушел Брайар.

– Просто сидишь?

– М-м-м…

– Это как-то жутковато.

Он щелкнул ее по носу.

– Ты – королева. Более того, недавно была в плену. Если ты всерьез думаешь, что можешь и дальше разгуливать без присмотра, то сильно заблуждаешься.

– Теперь стало еще жутче, – сказала она.

На его губах заиграла улыбка.

– Как ты?

– Устала.

– Поспи завтра подольше. Потом я отведу тебя в библиотеку, – пообещал Сорин, беря ее за руку и открывая огненный портал.

– Ты действительно не собираешься тренироваться со мной? – спросила Скарлетт, позволяя ему себя переместить.

– Нет, пока не пополнишь магические резервы. И никто другой не станет этого делать, – добавил он.

– Пожалуй, в таком случае я буду тренироваться одна, – проворчала Скарлетт.

– В моих силах этого не допустить, но я решил не вмешиваться.

Она отпустила его руку и молча направилась в гардеробную. Стянула сапоги, сняла тунику и штаны и накинула рубашку Сорина. Выйдя, она обнаружила, что он сидит на диване, с головой уйдя в изучение текстов: сравнивал их с ее переводными заметками.

Она громко вздохнула.

– Если нальешь в чашку, как Сайрус делает для Кассиуса, я выпью. Но я не стану… Только не напрямую из тебя. Мне не нравится, что в таком случае я теряю над собой контроль.

Сорин медленно положил книгу на низкий столик.

– Так вот в чем дело, Скарлетт? Ты боишься потерять контроль? Ты вообще помнишь, когда в последний раз питалась?

– Не произноси этого слова, – проворчала она, сморщив нос от отвращения.

– Ты отказываешься это делать, потому что боишься потерять контроль? – повторил он.

– Нет. Во всяком случае, не совсем, – ответила она, садясь на кровать и скрещивая ноги.

– Не хочешь рассказать подробнее?

– Не особенно.

Сорин бросил на нее пристальный взгляд, перегнувшись через спинку дивана. Она протяжно вздохнула.

– Я прожила годы, не имея никакого контроля над собственным выбором и решениями. Естественно, мне не нравится, что сейчас приходится делать то, что я считаю отвратительным.

Однако от Скарлетт не укрылась ироничность ситуации: пить кровь она считает более отвратительным, чем за плату лишать других жизни. Она старалась не особо задумываться о том, как это ее характеризует.

– Ты никогда не выглядела расстроенной из-за того, что это приходится делать Нури.

– Пожалуй, нет, – согласилась она, разглаживая складки на одеяле.

– Это ничем не отличается от потребности твоего организма в пище или воде, Скарлетт, – увещевал Сорин. – Чувствуешь ли ты, что пища управляет тобой?

– Нет, – ответила она. – Хотя временами голод и жажда доставляют немало неудобств.

Он хрипло рассмеялся.

– Только ты можешь счесть это неудобством.

– Представь, сколько всего можно было бы достичь, если бы не нужно было есть, спать или мыться.

Сорин подмигнул ей.

– Честно признаюсь, что за всю свою долгую жизнь никогда не задумывался о подобном.

Пожав плечами, Скарлетт опустила взгляд себе на колени.

– В любом случае, если налить в стакан…

– Я предлагал, но ты все равно отказалась.

– Как я уже говорила, я нахожу это… Я не дитя ночи,