Бесконечное пламя - Ребекка Росс

Она вздохнула, положившись на этот план. Впервые за долгое время ей не нужны были ответы на все вопросы.

Однажды вечером вскоре после исчезновения границы Иннес застала Адайру в новой библиотеке. Та оторвалась от книги, ожидая, что Иннес снова будет расспрашивать ее о событиях того дня.

– Что случилось, мама?

– Когда-то давным-давно мне хотелось, чтобы мои дочери были похожи на меня. Были моим отражением. – Иннес замолчала, словно погрузившись в воспоминания. – Теперь мне радостно от мысли, что ты совершенно другая. Ты – личность, а я никак не участвовала в твоем формировании и развитии. По иронии судьбы мои враги сделали тебя лучше, чем получилось бы у меня самой.

Адайра сморгнула слезы, не зная, что сказать, но слова Иннес ее глубоко тронули.

– Скоро мне нужно будет объявить клану, кто станет моим наследником, – продолжила Иннес. – Ты – мой первый и единственный выбор. Не представляю, чтобы я благословила кого-то, кроме тебя, Адайра. Но если ты откажешься, я пойму и подберу другого.

Адайра ждала этого момента – чтобы Иннес открыто и вслух подтвердила свой выбор. Чтобы Иннес заявила, что это – ее желание. Однако Адайра не знала, чего хочет она сама. Девушка гадала, совпадет ли ее представление со взглядами Иннес. Хватит ли у нее смелости снова взять на себя эту роль.

– Тебе не нужно давать мне ответ сразу, – сказала Иннес, видя сомнения на лице Адайры. – Но ты подумаешь?

Девушка взглянула на свечи, горевшие на столе перед ней. Она смотрела на танец огня, думая о Джеке. Она думала о том, как изменилась ее жизнь, совершила такой поворот, какого Адайра не могла предвидеть. В чем-то эти изменения были к лучшему, а в остальном? Она совершенно пала духом, будто ее жизнь вдребезги разбилась.

– Я очень польщена, что ты просишь меня об этом, мама, – наконец сказала Адайра. – Я подумаю.

Иннес кивнула и ушла, ничего больше не говоря. А Адайра еще долго сидела, глядя все на ту же страницу, не в силах сосредоточиться.

* * *

Через неделю после этого разговора Адайре приснилось, что она – лэрд клана Бреккан. Даже во сне ей было не отделаться от этих мыслей. Вскоре девушка спустилась в купальню и разделась. Она вошла в теплую воду и поплыла в глубину.

Она думала о Джеке. Думала, как ему было страшно той ночью, когда она его привела сюда, – их последней совместной ночью.

Он не знал, что глубина страшила ее ничуть не меньше.

И Адайра заплывала все глубже, и от страха у нее сосало под ложечкой, а мысли путались. Она заставляла себя плыть дальше, пока не стало казаться, что она вот-вот заплачет, но тут увидела свет в расщелине. Факел с вечным пламенем.

Из последних сил Адайра заплыла в пещеру. Девушка устроилась на уступе, где некогда сидел Джек, и надолго задумалась о своей жизни и куда она ведет. Что с ней делать теперь, когда возлюбленный исчез.

Девушка взглянула на факел и стала смотреть на пламя.

– Джек, – прошептала она и тут же упрекнула себя.

Она сойдет с ума, если станет разговаривать с огнем, думая, что это он. Почему-то Адайра знала, что Джек далеко. Знала, что он не рядом, и потихоньку выскользнула из пещеры.

Когда Адайра доплыла до лестницы и оделась, решение было принято. Ответ жег ее изнутри, и она направилась прямиком в покои родителей.

Иннес с Дэвидом сидели за скромной трапезой и, взглянув на дочь, оба удивились ее мокрым волосам и разгоряченной коже.

– Поужинаешь с нами, Адайра? – спросил отец.

– У меня готов ответ, – выпалила она.

Адайра перевела взгляд на Иннес, которая встала, будто навстречу противнику.

– И каков же он?

– Можешь объявить меня наследницей, – сказала Адайра. – Я готова встать во главе Запада.

45

Джек стоял в тронном зале, в пространстве, воплотившемся из снов. Здесь не было ни стен, ни потолка. Колонны по обе стороны от него растворялись в ночи, где горели тысячи звезд, некоторые висели так низко, что до них можно было дотянуться рукой. Меж колонн помещались железные светильники, в которых пылал огонь, а за каждым светильником был проход из облаков и света. Под его босыми ступнями расстилался прозрачный гладкий пол, а под полом сиял яркий закат.

На Джеке были одежды из ночного неба с созвездиями, рассыпанными по всему полотну. Его звездный венец поблескивал в полутьме, а на кончиках пальцев плясали язычки пламени. Иногда, заходя в глубь твердыни, сотворенной из полированной бронзы и дыма, он ловил свое отражение. Джек не любил долго смотреть на себя, потому что глаза у него стали другими: они светились, как угли. Под определенным углом Джек казался прозрачным, словно сквозь него можно было пройти. Черты лица у него стали резче, тоньше, будто вырезанные из лучины.

Но иногда он видел следы того, кем был раньше. Он часто касался шрама на ладони, серебристой пряди в волосах.

И вот в тронном зале он смотрел и ждал, пока соберутся духи.

Все до одного почувствовали это – перемену, когда исчезла граница кланов. Тени сжались, цвета стали ярче. На небе загорались безымянные созвездия, словно кто-то развернул новую карту.

Чувствовалась какая-то нежность, как когда просыпаешься от накрапывающего дождя. И тут Джек понял, что нужно делать.

Он стал повелителем совсем недавно, но вот уже собрал всех своих подданных – каждое крыло ветра, плод земли, создание из океанских глубин, уголек из жаркого пламени. Они стояли группами, не желая отделяться от своих, перешептывались, хмурились и ждали. В этом отношении они не отличались от людей, и перед мысленным взором Джека вспыхнули воспоминания.

Он увидел, как Адайра стоит перед ним на коленях, с окровавленной ладонью. Услышал, как она шепчет его имя, почувствовал ее дыхание на своей коже. Иногда ему казалось, что она мелькает среди духов его свиты, а в ее волосах отражаются лучи заходящего солнца.

Одеяния служили Джеку щитом, скрывали его дрожь, ту боль, которая его терзала. Духи не видели и не понимали его мучений – болезненной раны от оторванной половинки себя. Раны, которая никогда не перестанет болеть.

– Мы все здесь, – сказал Лорд Пепел. – Зачем ты позвал нас, повелитель?

Воспоминания растаяли, и Джек ощутил холод и пустоту.

– У меня к вам просьба, духи острова.

– Говори! – подала голос Леди Рим