Новая жизнь Артура Савельича - Рафаэль Бази

За воротами раздался такой натужный, прерывистый металлический кашель, словно в тихий переулок Бродвея пытался заползти раненый в глушитель танк, потерявший ориентир и вконец отчаявшийся найти дорогу к полю боя.

Фредди, как раз калибровавший на дубовом верстаке звукосниматель для Мэри (потому что у девушки на последнем концерте третья струна звучала с болезненным оттенком фальши, а это, как известно, бьёт по рентабельности выступления), недовольно нахмурился. Нарушение шумового режима в радиусе мастерской он приравнивал к мелкому хулиганству, а систематическое — к диверсии против производственного процесса.

Через минуту папаша Билли, пыхтя как паровоз и щедро сдабривая воздух непереводимыми выражениями, втащил в цех на брезентовой волокуше агрегат, который по своим габаритам и весу легко мог сойти за бетонный блок для укрепления плотины. Это был промышленный дизель-генератор под центнер весом, и выглядел он как выставочный образец с ВДНХ, но только если бы ВДНХ финансировал Пентагон: полированный хромированный кожух, ядовито-красная эмаль, куча тумблеров, разбросанных с щедростью конфетти на свадьбе, и на боку — гордая литая эмблема: стилизованная буква "S" в шестерёнке. Stark Industries. Гордость нью-йоркского военно-промышленного комплекса, кузница высоких технологий и бездонная бочка маркетинговых обещаний.

— Выручай, Фредди, — Билли вытер сальный лоб кепкой, которая, судя по её состоянию, видела виды похлеще, чем некоторые ветераны Кореи. — Ребята с пригородной лесопилки привезли. Отдали за эту новинку бешеные деньги — две тысячи баксов! Старк-младший, Тони, который у них там сейчас за главного инженера, в буклетах писал: "Цифровое управление, кремниевые стабилизаторы, три года без капремонта". А эта падла… три дня на лесопилке поработала, чихнула сизым дымом и встала, как вкопанная. А у мужиков план по заготовке шпал горит огнём! Наш городской мастер Энди глянул внутрь, покрутил пальцем у виска и сказал везти обратно в Нью-Йорк — мол, только у самого создателя воскресить можно, да и то не факт.

Савельич медленно, с достоинством гроссмейстера, обходящего шахматную доску, приблизился к красному чудовищу, заложив руки за спину. Он оглядел агрегат с головы до ног и вынес вердикт, достойный заседания технического совета: перед ним был чистый, неприкрытый обман потребителя, упакованный в глянцевую упаковку и сдобренный изрядной долей корпоративного нахальства.

— Нью-Йорк, говоришь? Хм, — Фредди брезгливо колупнул пальцем глянцевую эмаль, которая, надо признать, была нанесена безупречно — деньги умеют делать даже бесполезные вещи красивыми. — Эмаль дорогая, двухкомпонентная. А под ней — обычный силуминовый картер с толщиной стенки три миллиметра. Этот ваш Старк-младший — пижон и дилетант. Конструктор из него — как из Витьки балерина: всё норовит выделывать па, а о гравитации забывает. Понапихал сюда кремниевых транзисторов, автоматику цифровую воткнул для красоты, а элементарный тепловой расчёт сделать поленился. На лесопилке же древесная пыль — она забила воздушный фильтр за два часа, радиатор охлаждения перегрелся, и весь этот ваш "высокотехнологичный" кремний спекся в один дружный кулёк. Похоже, у них в лабораториях работают люди, которые думают, что лесоповал — это где-то в другом измерении.

Фредди достал свой верный разводной ключ — тот самый, что помнил ещё переборку первых "газиков" и, кажется, даже нацистские "оппели", — и в три ловких движения скинул хромированный кожух, словно снимал шкурку с апельсина. Внутренности агрегата Старка явили взору зрелище, которое могло бы украсить экспозицию музея ужасов для ремонтников: провода тонкие, уложенные без жгутов, как спагетти в кастрюле; зазоры между блоками минимальные — миллиметр на миллиметр, словно прибор проектировали для работы в стерильной лаборатории космического ведомства, а не на реальном лесоповале в Теннесси, где царствуют сырость, опилки и пьяный тракторист, который знает о технике только то, что она должна ехать.

— Ну, точно, — Фредди снял рабочую перчатку, обнажая узкую, жилистую ладонь, которая уже не раз доказывала, что человеческие возможности — это лишь вопрос подхода. — Зазоры — тьфу. Тут при первом же аврале всё должно было закоротить и выдать яркое файер-шоу. У них в Нью-Йорке, видать, законы термодинамики отменили специальным указом мэра — чтобы не смущать прогрессивную общественность. Ну ничего, сейчас мы молодому миллионеру исправим чертежи, а заодно проведём ликбез по физике.

Он положил ладонь прямо на оплавившуюся кремниевую плату стабилизатора Stark Industries — туда, где ещё недавно гордо мерцали транзисторы, а теперь зияла чёрная дыра из расплавленного кремния. Организм Фредди, повинуясь приказу, мгновенно мобилизовал ресурсы: это стоило ему примерно половины вчерашнего мясного пирога Мэри, но, как справедливо рассудил Савельич, пирог — это инвестиция в будущее, а не просто калории. Клетки пересчитали АТФ с точностью бухгалтера, ладонь под комбинезоном на секунду нагрелась до температуры, при которой варятся яйца, а кожа на пальцах пошла сухими складками контролируемого ожога — профессиональная плата за чужую халатность.

Через кончики пальцев Фредди пустил направленный молекулярный сдвиг. Он не стал менять сгоревший кремний — он его полностью ликвидировал, как класса, ибо на помойке этой "цифре" самое место. Прямо внутри узла, голыми руками, словно заправский кузнец, Крюгер переплавил остатки медной шины, превратив хлипкую американскую электронную схему в дубовое, надёжное, чисто механическое реле на тяжёлых вольфрамовых контактах — таких, что выдержат и ураган, и ядерный гриб, и, главное, опилки. Заодно он расширил зазоры охлаждения, сплавив лишний силумин корпуса в аккуратное внутреннее ребро жёсткости — чтобы даже мысль о перегреве вызывала у генератора нервную дрожь.

Никакой "цифры". Никакого тонкого кремния от Тони Старка, который, видимо, считает, что вселенная держится на гаджетах. Чистая, неубиваемая электромеханика первого класса. Государственная приёмка. С запасом на десять лет работы в условиях полярного круга, даже если этот круг вдруг окажется в Теннесси.

Фредди с сухим, удовлетворённым щелчком вернул кожух на место, взял зубило и тяжёлый молоток — инструменты, которые видели больше, чем вся лаборатория Старка вместе взятая. Двумя короткими, точными ударами, как отрубает голову дракону, он намертво срубил со станины красивую литую эмблему Stark Industries. Та звякнула об пол и укатилась под верстак, чтобы покоиться там в компании железных опилок и спрятавшихся гаек. На её месте, прямо по ядовито-красной краске, Фредди размашисто, с чувством глубокого удовлетворения, выбил клеймо своей артели: "Артель К. & П."

— Забирай, Билли, — Фредди натянул перчатку обратно и вытер лоб ветошью, которая, кажется, помнила ещё довоенную моду. — На лесопилке скажи: пусть вместо дорогого импортного масла, которое они льют по привычке, заливают обычный солидол. Фильтр я им из старого брезентового мешка переделал — теперь туда хоть кирпичи бросай, всё переварит и не поперхнётся. Работать будет вечно. До