Критическая масса - Дэниэл Суарез

Тай и Як вместо этого уставились на переговорное устройство.

Хриплый голос заговорил снова — дыхание было тяжёлым. Он говорил на английском с нигерийским акцентом. — Джей-Ти, Севастиан. Неужели возможно, что вы здесь?

Тай схватил Яка за плечо и крикнул: «Аде! Аде, боже мой! Где ты?» Он заговорил в переговорное устройство. «Лиз! Аде жив!»

Як произнёс: «Аде, северокорейцы…»

«Не беспокойся. Мои корейские друзья ждали этого дня. Они безмерно рады вас видеть.»

Тай спросил: «Где ты?»

«Я в жилом модуле 2.»

Тай заметил корейца внизу в тоннеле — тот улыбался и жестом приглашал его и Яка следовать за ним. Тай вместо этого повернулся к переговорному устройству. «Чёрт, Аде, как же хорошо слышать твой голос. Почему коды к «Константину» изменились? Почему мы не можем подключиться?»

Голос Адисы звучал устало. «Так много всего произошло, Дж. Т. Просто приходи. Мне нужно убедиться, что ты не плод моего воображения. Пожалуйста, приходи.»

Они последовали за северокорейцем через «Константин», и по мере того как они шли, Тая захлёстывали яркие воспоминания — моменты ужаса и радости за четыре года, проведённых здесь. Воспоминания о тех, кто не выжил. Была и мука от вида состояния «Константина». Корабль явно начинал разрушаться: уплотнения лопнули, системы воздухообмена дребезжали и протекали. На углепластиковых фермах виднелись трещины усталости материала.

Джозефсон заговорила по переговорному устройству. «Дж. Т., Як, я понимаю, что вы хотите поприветствовать Адедайо, но держите шлемы под давлением. Эта команда провела здесь немало времени, и мы не хотим заразить их нашими микробами.»

Як ответил: «Наверное, в любом случае хорошая идея. Воздух на «Константине» выглядит ненадёжно.»

Когда они вошли в центральный жилой модуль, к ним устремился ещё один кореец в серебристом лётном комбинезоне — такой же длинноволосый и бородатый, — махая рукой и улыбаясь. «Спасибо! Спасибо!» Он раз за разом жал руки Тая и Яка в перчатках, а потом похлопал их по ранцам системы жизнеобеспечения.

У тоннеля, ведущего в жилой модуль 2, оба корейца создали давление в своих лётных комбинезонах, и все четверо мужчин протиснулись через внутренний шлюз. Они пристегнули карабины к тросу лебёдки тоннеля и держались, пока кабель опускал их в колодец искусственной гравитации. Як указал на прорехи в стенке полимерного тоннеля — сквозь них проглядывала чернота космоса. «У «Константина» не осталось много времени.»

Тай осмотрел тоннель. «Но это был хороший корабль.»

Несколько минут спустя они достигли «дна» тоннеля и прошли через шлюз жилого модуля 2, спустившись по лестнице в сам модуль — как Тай делал бесчисленное множество раз прежде. Спальные отсеки на этом уровне были в беспорядке: на алюминиевой стене рядом с официальными портретными фотографиями азиатских людей — и молодых, и пожилых — были вырезаны зарубки.

Тай повернул штурвал на герметичной двери модуля и толкнул её в жилой отсек, намереваясь сразу же повернуть направо к комнате отдыха, но едва войдя, столкнулся вместо этого с третьим корейцем — этот был в зелёной форме. Ему было лет пятьдесят, с короткими ухоженными волосами, седеющими на висках.

Мужчина поклонился, сложив кончики пальцев, и заговорил по-английски с акцентом. «Рад познакомиться. Я доктор Ким, бортовой хирург.»

Озадаченные, Тай и Як оба слегка поклонились в ответ. «Доктор Ким. Где Адедайо?»

За спиной мужчины Тай видел, что весь модуль разгромлен. Обивка дивана и кресла была порвана. В кухонных шкафах зияли пулевые отверстия, облицовка отслоилась по углам. Однако, оглядевшись, Тай заметил, что рукописный список исторических «первых», который он и его товарищи по экспедиции наносили на стальную опорную стену на протяжении многих лет, остался нетронутым.

Из-за одной из перегородок донёсся голос. «Я здесь, Дж. Т.»

Они с Яком отодвинули перегородку и вошли в медицинский отсек. Здесь тоже оборудование было изношено, а застеклённые медицинские шкафы — пусты.

Однако на единственной больничной койке исхудавший Адедайо Адиса приподнялся на одном локте, чтобы с дрожью встретить их. Его глаза были мутно-белыми от катаракты — но он улыбался, ничего не видя. «Неужели это действительно вы?» Он протянул костлявую руку.

Тай и Як встали по обе стороны кровати.

«Аде, что случилось?» Тай взял руку Адисы и поднял взгляд, когда доктор Ким подошёл ближе. «Что с ним?»

Доктор Ким поправил капельницу Адисы. «Катаракта и лимфома — следствие длительного воздействия ионизирующего излучения. К сожалению, я не мог провести операцию по удалению катаракты здесь.»

«А его лимфома?»

Доктор мрачно покачал головой.

Адиса не обращал внимания на слёзы, текущие по его лицу, слабо сжимая руку Тая в перчатке, а затем потянувшись и к руке Яка. «Вы настоящие.»

Як сказал: «Да, мы здесь, Адедайо.»

Тай склонился ближе, и Адиса провёл рукой по его шлему. «Мы пришли за тобой.»

Лицо Адисы исказилось от горя. «Дж. Т., я думал, что убил тебя. Траектория возвращения…»

«Она спасла нас. Ты спас нас. И Хан выполнил потрясающий аэроторможный манёвр. Ты бы видел это.»

Адиса заплакал, и на его лице отразилось облегчение. «Они оба живы?»

«Прия и Хан в порядке — ждут новостей о тебе.» Тай нежно погладил лысую голову Адисы рукой в перчатке. «Мы годами пытались связаться с «Константином». Что случилось с антенной системой?»

Адиса вдруг поднял взгляд своих помутневших, незрячих глаз. «Что с моей семьёй — братьями и сёстрами? С мамой?»

«Все в порядке. У нас есть фотографии. Видео. Я знаю, что ты сейчас не можешь видеть, но они все живут в большом доме, который ты купил им на острове Виктория.»

«Который я купил им?» Адиса, казалось, боялся поверить в это.

«Да. Скоро ты увидишь их всех.»

При этих словах его лицо снова исказилось от горя. «Ты добр, говоря мне это, Дж. Т., но я знаю, что мне осталось недолго. Я просто…»

«Нет, Аде.» Тай наклонился ближе. «Послушай меня. Мы привезли с собой новые медицинские технологии. Оборудование для генетического редактирования. Оно умеет лечить рак. Так многое изменилось за последние восемь лет. Обещаю тебе, ты увидишь свою семью. Обещаю, что ты снова увидишь Землю.»

Адиса покачал головой, явно боясь надеяться.

Як заговорил по переговорному устройству. «Лиз, пожалуйста, поднимайся на борт. Адедайо нужна немедленная медицинская эвакуация на «Оберхауз».»

«Понял. Уже иду.»

Тай снова сжал руку Адисы. «Всё будет хорошо.» Он осознал, как исцеляюще для него самого было наконец произнести эти слова тому, кто был готов умереть вместо него. «Обещаю, всё будет хорошо.»

Як огляділся в медпункті. — Адедайо… —