Я - Красный сын - Николай Миронов

что на свет мог родиться мой естественный враг, не спешил вмешиваться. Потому что был уверен, что без моего ДНК, и при таком малом воздействии криптонита — эта тварь для меня не угроза.

В четыре часа семь минут утра Муромцев доигрался. Сначала я услышал хруст. Сухой, короткий, как выстрел. Лопнул первый фиксатор. Потом — второй. Потом ультразвуковая волна ударила по помещению так, что стекло, провода и человеческие барабанные перепонки посыпались почти одновременно. Лаборант закричал. Муромцев захрипел, упав на пол, и даже в этот момент пытался что-то приказать. Дальше пошло железо. Существо рвало клетку. Я закрыл глаза.

«Какая жалость».

Увы, человеческий организм имел пределы.

Странное чувство. Разочарование?

Через двадцать минут по закрытым линиям пошли первые приказы. Ещё через десять в сторону Химкинского леса двинулись машины дивизии Дзержинского. Официальная формулировка была ожидаемой: неизвестная диверсионная группа, возможно с применением экспериментального оружия. Хорошая формулировка. Достаточно широкая, чтобы никто не понимал ничего.

Кадавру не составило труда покинуть защищенный объект. Солдаты даже не успели среагировать, как монстр с рёвом атаковал блокпост!

«Пора».

Нельзя было позволить ему покинуть лес. Да и не буду скрывать, я жаждал применить свои способности против того, кто мог выдержать хотя бы половину моего удара.

Хотя, может, я просто выдаю желаемое за действительное?

Следом я шагнул к окну.

Через несколько мгновений я уже был над Волоколамским шоссе. Низкие облака скрывали меня от случайных глаз. Скорость держал ниже той границы, где даже моё поле могло оставить заметный акустический след. Внизу ползли грузовики, перекрытые дороги, редкие посты, машины связи, разворачивающиеся колонны. Довольно быстрая реакция, стоит заметить. Но, недостаточно. Судя по скорости, мутант покинет лес куда быстрее, чем они вообще что-то предпримут, а потом... Потом уже не будет. Я разберусь с ним раньше.

Химкинский лес встретил меня дымом. Передовой отряд уже погиб. Два БТР-152 лежали у опушки, смятые так, будто их бросили под пресс. Один перевернулся на бок, второй разорвало по раме. У орудия ЗИС-3 валялись ящики с раскрытыми снарядами. Артиллеристы успели дать несколько выстрелов прямой наводкой. Бесполезно. Семьдесят шесть миллиметров стали и взрывчатки только разозлили его.

Пули, осколки, удары — всё это не останавливало кадавра. Хуже. По звуку его тканей я понял, что повреждения заставляли регенерацию работать быстрее. Муромцев создал не солдата и не зверя. Он создал аварийную биологическую машину, которая отвечала на насилие ускоренной перестройкой. Плохая новость. Хорошая — на километры вокруг уже не осталось живых свидетелей.

Я мог вмешаться раньше. Возможно, часть из них выжила бы. Но, это было слишком рискованно.

«Излучение не достает».

Этого было достаточно.

Я опустился на влажную траву между двумя обугленными соснами. Земля под ногами была мягкой, чёрной от копоти и мазута. Затем я повернулся к лесу.

— Хм.

Ждать пришлось не долго.

Вскоре Кадавр вышагнул из тумана.

— Гррр!

Он был выше меня на целый метр. Шире — в два раза. Бледная кожа без пигмента, вздувшиеся асимметричные мышцы, перекошенный череп, тяжёлая челюсть, мутные белёсые глаза с зелёной искрой в глубине.

— Меня искал?

— Гр-р… — В ответ он лишь оскалился и зарычал.

Любопытно. Как только уничтожил препятствие ринулся в лес, но стоило мне сократить расстояние до двух сотен метров, как он тут же вернулся.

Я не ошибся в расчётах. Тварь реагирует на меня. Но, нападать он не спешил, а просто рычал и смотрел, медленно двигаясь навстречу.

Я включил рентгеновское зрение и сразу пожалел. Внутри было хуже, чем снаружи. Кости росли явно не по человеческой схеме. Позвонки срослись в несколько плотных блоков. Сердце билось тяжёлой трёхкамерной массой, качая густую, почти чёрную жидкость. В мышцах мерцали зелёные включения — мелкая криптонитовая грязь, впаянная в ткань.

Как вдруг Кадавр раскрыл пасть!

— ГРААААААР!

Звуковая волна ударила без предупреждения! Рёв, обращенный в оружие. Сырая трава между нами легла полосой, будто по ней прошёл невидимый каток. У разбитого БТРа лопнуло боковое стекло. Сосны за моей спиной дрогнули, осыпая мокрую хвою.

— Неприятно.

Я нахмурился, помассировав уши. Удар принял ровно, но в костях всё равно неприятно звякнуло. Эта тварь представляла угрозу.

— Запугивание не сработает.

Кадавр не понял слов. Но это было и неважно. Стоило ему услышать меня снова, как он рванул с места, от чего земля под его ногами взметнулась в небо!

— Почти скорость звука. Неплохо.

Для такой массы он двигался слишком быстро. Не на моём уровне, но достаточно, чтобы человек даже не увидел атаки.

Огромный кулак полетел прямо мне в голову!

Я ушёл в сторону и ударил в локтевой сустав.

Хрясь!

Рука кадавра выгнулась под неправильным углом. Кость лопнула, сустав разошёлся, белая плоть на секунду расползлась волокнами. Но лишь на секунду. Потом зелёные искры вспыхнули ярче, и сустав с хрустом вернулся на место.

«Так быстро?»

Его регенерации точно бы позавидовал росомаха.

Кадавр развернулся быстрее, чем должен был. Его вторая рука задела меня по плечу. Не ударила полноценно — только скользнула.

Этого хватило. Меня отбросило на три метра, и не силой удара. Сила была терпимой. Опасным оказалось другое.

— Хм? — В месте касания по коже прошёл холодный ожог. Я посмотрел на плечо. Ткань робы почернела. Под ней кожа не повредилась, но клетки отозвались мерзкой слабостью.

Контактный яд? Как он это сделал? Прежде я ударил его, и ничего не ощутил, но стоило ему атаковать, как эффект проявился.

В тот же момент я заметил, что вены на его ладонях светятся.

Похоже, он выделяет его руками. Интересная способность.

— Значит, обойдёмся без объятий.

— ААААР!

Кадавр снова взревел и прыгнул. Я не паниковал, удерживая контроль над эмоциями. Взлетел вертикально, ровно на четыре метра. В тот же миг кулаки сомкнулись подо мной, сминая воздух!

Я ударил тепловым зрением по его правому колену. Рубиновая линия срезала плоть до кости. Нога подломилась. Кадавр рухнул, врезавшись плечом в землю.

— АААРГХХАА!

Грязь и щепа разлетелись во все стороны. Я не спешил праздновать победу, рана монстра начала затягиваться прямо под лучом. Тепло ускоряло процесс! Ткани отвечали на повреждение бешеным ростом, а зелёные включения в мышцах вспыхивали всё ярче. Луч не убивал его достаточно быстро. Зато насыщал воздух испарениями, от которых в груди появлялся знакомый тяжёлый холод.

«Кого-то мне это напоминает».

Я погасил зрение и отступил. Кадавр поднялся. Теперь он стал ещё уродливее. Правая нога восстановилась толще прежней, с лишним костным