Кольцо - Стивен Бакстер

ресурсы вселенной и миллиарды лет, чтобы поиграть с ними. Пул, сидевший на плече НИКа, указал на град падающих галактик, заполонивший близлежащий участок Кольца. Если Кольцо запутывается - если космическая струна самопересекается - оно разрезает само себя, сказал он. Оно взаимодействует. И образуется новая петля, отпочковывающаяся от старой. И, возможно, эта петля тоже самопересечется и разделится на еще более мелкие петли... и так далее.

Прядильщица кивнула. - Думаю, я понимаю. Это был бы экспоненциальный процесс, если бы он начался. Довольно скоро Кольцо распалось бы на тор из обломков, который мы нашли, и который найдем через сто тысяч лет...

Да. Без сомнения, движение Кольца было разработано ксили таким образом, чтобы оно не разрезалось само по себе. Но все, что нужно сделать, это запустить процесс нарушения периодического поведения Кольца. И это, очевидно, то, что пытаются сделать птицы-фотино, швыряя в Кольцо камни, похожие на галактики.

Прядильщица фыркнула. - Кажется, довольно грубая техника.

Пул рассмеялся. Барионный шовинизм, Прядильщица веревок? Кроме того, у птиц есть и другие механизмы. Я...

- ...Прядильщица. Прядильщица веревок. Ты меня слышишь?

Прядильщица резко выпрямилась на своей кушетке и схватилась за шлем. - Лизерль? Это ты?

- Послушай меня. У нас не так много времени.

- О, Лизерль, я уже начала думать, что никогда...

- Прядильщица! Заткнись, черт бы тебя побрал, и слушай.

Прядильщица затихла. Она никогда раньше не слышала, чтобы Лизерль говорила таким тоном.

- Используй уолдо, Прядильщица. Ты должна вытащить нас отсюда. Подними нас прямо вверх, с помощью гипердвигателя, над плоскостью Кольца. У тебя получится? Используй самую длинную дистанцию прыжка, которую сможешь найти. Мы пытаемся внедрить подпрограммы в уолдо, но...

- Лизерль, ты пугаешь меня до смерти. Ты не можешь сказать мне, что не так?

- Нет времени, Прядильщица. Пожалуйста. Просто сделай это...

Вселенная потемнела.

На какое-то мрачное, замирающее сердце мгновение Прядильщица подумала, что слепнет. Но контрольные знаки на уолдо все еще сияли перед ней, так же ярко, как и всегда.

Она подняла глаза. Перед кораблем что-то было, закрывая смещенные в синеву фрагменты галактики, скрывая Кольцо.

Она увидела темные, как ночь, крылья, распростертые во всю ширь, нависающие над "Северянином".

Корабли ксили.

Она повернулась на сиденье. Их были сотни - невероятно много, темные фонари, висящие в небе.

Это были ксили. "Северянин" был окружен.

Прядильщица закричала и ударила кулаками по уолдо гипердвигателя. Корабли ксили двигались сквозь электрически-голубую космическую нить, как птицы сквозь ветви леса. В эту эпоху их было так много. Они были холодны и великолепны, их темные формы простирались глубоко в космос вокруг нее. Лизерль уставилась на пикирующие, скользящие фигуры, заставляя себя разглядеть их более отчетливо. Были ли когда-нибудь люди ближе к ксили, чем сейчас?

Ксили двигались плотным строем, как птичьи стаи или косяки рыб; они внезапно меняли направление, взмахивая крыльями доменной стенки, отрядами, простирающимися на миллионы миль, - абсолютно в унисон. Теперь Лизерль увидела, как следует обращаться с этими кораблями, в отличие от серьезной, неуклюжей работы Прядильщицы. НИКи были скульптурами пространства-времени, с изящной красотой, которая заставляла ее дрожать: это была барионная технология, доведенная до совершенства, до высшего искусства, подумала она.

Она была поражена контрастом между этой эпохой и эпохой опустошения - победы птиц-фотино, - к которой "Северянин" впервые доставил их. Здесь Кольцо было завершенным и великолепным, а ксили в своей пышности заполняли пространство. Она уже знала, что окончательное поражение неизбежно, и ксили, по правде говоря, прятались в своем последнем редуте. Но, тем не менее, ее сердце билось сильнее, когда она смотрела на это, на превосходство барионной жизни. Накладывающиеся друг на друга отрезки струны плавно скользили вниз, мимо жилого купола, по мере подъема "Северянина". НИКи, как скворцы, проносились по струне и вокруг "Северянина" - нет, внезапно поняла Прядильщица, они мелькали в пространстве.

- Они используют свой гипердвигатель, - выдохнула она.

Да. Пул уставился на корабли ксили, его морщинистое лицо стало прозрачным. И мы тоже переходим на гипердвигатель. Ты перегибаешь палку, Прядильщица; мы никогда не пробовали прыжки такого масштаба, даже в тестах. Ты знаешь, с какой скоростью ты летишь? Десять тысяч световых лет с каждым разом... Но даже в этом случае ксили легко поспевают за нами.

Конечно, так и есть, подумала Прядильщица. Они и есть ксили.

Эти корабли могли остановить "Северянина" в любое время - даже уничтожить их всех. Но они этого не сделали.

Почему?

НИК поднимался высоко над плоскостью Кольца. Клубок струн исчез с переднего плана, и теперь она могла легко разглядеть изгиб ветви сооружения длиной в миллион световых лет. И в центре Кольца сингулярность, казалось, разворачивалась к ней, почти приветствуя.

Корабли ксили выросли вокруг нее, как листья во время шторма. Они не могут поверить, что мы представляем угрозу. Я думаю, люди никогда не были угрозой, по правде говоря. Теперь это почти как если бы ксили сопровождали нас, - подумала она.

- Лизерль, - сказала она.

- Я слышу тебя, Прядильщица веревок.

- Скажи мне, что, во имя Леты, мы делаем.

- Ты выводишь нас из плоскости Кольца...

- А потом?

- Вниз... - Лизерль заколебалась. - Послушай, Прядильщица, мы должны убраться подальше от ксили, пока они не изменили свое мнение о нас. И нам больше некуда бежать, во всей Вселенной.

- И это ваш план? - Прядильщица услышала истерику в собственном голосе; она почувствовала, как страх растекается по ее животу и груди, словно холодная жидкость. - Полететь в сингулярность? Марк ударил себя по бедру. - Я был прав, черт возьми, - сказал он. - Я был прав с самого начала.

Напряжение было болезненным ощущением, сдавившим горло Луизы. - Черт возьми, Марк, будь конкретен.

Он повернулся