Глаза старой ведьмы, или Сибирское наследство - Ирина Мур

стол и женская фигура со смартфоном в руке. За стеклом находился участок Аграфены, дальше — поселок, дорога и ночной Красноярск, где молодой ветеринар зачем-то искал девушку, не явившуюся на встречу.

Ровно в восемь вечера Дик отправил голосовое.

Вера включила громкую связь и нажала на воспроизведение.

Сначала из динамика донесся ровный шум шин по дороге. Двигатель негромко набрал обороты, потом затихал, несколько раз щелкнул указатель поворота. Дик записал это сообщение, будучи за рулем. Его голос прозвучал непривычно рядом, нарушив тишину кухни гораздо сильнее мелодии звонка:

— Ольга, очень надеюсь, что с тобой все хорошо и ты просто обиделась на то, что было в пятницу. Нам обязательно надо поговорить. Я не собираюсь тебя уговаривать. Но хочу, чтобы ты поняла, что произошло на самом деле. Выйди, пожалуйста, на связь, когда будешь согласна хотя бы на разговор.

На последних словах шум дороги стал громче, машина явно вышла на более свободный участок и прибавила скорость. Запись закончилась.

За спиной девушки негромко включился холодильник. Из холла донесся очередной двойной щелчок часов.

Вера положила смартфон возле тарелки.

Что еще ему понадобилось? В пятницу он уже предложил одну версию произошедшего — обещание, данное матери. Теперь выяснялось, что существовала другая, настоящая, которую Дик собирался сообщить при личном разговоре. Ей следует, по его мнению, выйти на связь, согласиться слушать и позволить ему расставить все по правильным местам.

Интересно, кем этот молокосос себя вообразил? Он «не собирается уговаривать». Очень великодушно. Сначала остановил ее в тот момент, когда никакие пояснения уже не могли быть приличными, а теперь требовал возможности объяснить, что она неверно поняла его отказ.

Вера взяла бутерброд и откусила. Хлеб оказался сухим. Пришлось запить холодным чаем, оставшимся со вчерашнего вечера.

Она не нуждается в объяснениях. Дик остановился, сообщил про обещание матери и предложил встретиться еще раз. Вера сделала выводы и закрыла тему. Никакого скрытого смысла, который требовалось разобрать отдельно, в этом не было.

Смартфон лежал экраном вверх, и три коротких текста продолжали светиться перед девушкой. Его можно было бы выключить. Завтра утром переписка будет не менее ненужной, чем сейчас. Беззвучный режим прекрасно выполнял свою задачу, и утром Дик, вероятно, окончательно поймет, что ответа от Ольги из Москвы не будет. Именно такого результата Вера и добивалась.

Палец потянулся к боковой кнопке, когда Вера снова увидела вторую строку: «Ответь хотя бы, что с тобой все нормально».

Несколько часов назад отчим спросил почти о том же. Сначала осторожно, потом еще раз, когда ее первое «конечно» показалось ему недостаточным.

Сравнение было нелепым. Отчим ее вырастил, содержал во время учебы в институте и имел право волноваться. Дик не имел права ни на что.

Вряд ли он действительно испугался. Скорее нашел удобный способ вынудить ее ответить. На беспокойство нельзя не откликнуться, не почувствовав себя дрянью, а после первых двух слов разговор уже можно продолжить. Вера слишком хорошо знала этот прием, чтобы считать его случайностью.

И все-таки девушка раздраженно отодвинула тарелку с бутербродами. Отчим испортил ей возможность считать любые слова от практически незнакомого парня способом давления.

Придется отправить пару слов. Не ради Дика. Ради того, чтобы он перестал звонить и не решил проявить еще больше настойчивости. Вдруг вздумает искать ее через клинику, клуб или парковку «Планеты». Вряд ли. Но именно вещи, которые вряд ли происходят, за последние дни и составляли большую часть жизни Веры.

Она открыла поле для ответа: «Дик со мной все в порядке, разговора не требуется».

Фраза показалась девушке достаточно ясной. В ней не было извинений, благодарности за заботу или вопроса, на который требовалось ответить. Только подтверждение, что она жива, и закрытая перед ним дверь.

Вера нажала «Отправить».

Дождавшись, когда ее сообщение появится внизу переписки, она перевернула смартфон экраном вниз и придвинула тарелку обратно.

Глава 63

Минуты через две Вера пробудила смартфон. Ответа она не ждала, но ей требовалось убедиться, что сообщение дошло до адресата и Дик наконец знает: искать ее, обзванивать больницы или придумывать другие причины исчезновения не нужно.

Кухня за это время успела погрузиться в ту особенную тишину, которая существовала в доме покойной ведьмы между включениями холодильника и мерным ходом часов в холле.

Свет экрана резко лег на стол, выхватив из полумрака край тарелки с недоеденными бутербродами, смятую бумажную салфетку и пальцы девушки. Под короткой фразой отправленного сообщения стояли две галочки.

Вера еще смотрела на них, когда переписку перекрыл входящий вызов. На экране появилось имя: «Дик».

Аппарат оставался на беззвучном режиме, поэтому звонок ничем себя не выдавал: ни мелодией, ни вибрацией. Просто имя над иконкой контакта, зеленый и красный значки внизу и медленно уходившие секунды. Вера держала смартфон в руке и чувствовала, как принятое пять минут назад решение — закончить эту историю одним сообщением — неожиданно потребовало еще одного, совсем небольшого действия.

Можно сбросить. Она прямо написала, что разговора не требуется, и Дик уже это прочитал. Никаких дополнительных объяснений она ему не задолжала.

Большой палец лег рядом с красным значком, но Вера остановилась.

Отправить сообщение, через две минуты проверить, прочитано ли оно, а затем сидеть со звонящим телефоном в руке и ждать, пока мужчина сам поймет, что ответа не будет, выглядело как-то слишком по-детски. Словно ей важно не просто прекратить знакомство, а еще и показать Дику, насколько сильно он ее задел. Между тем показывать нечего. В пятницу он сделал свой выбор, она — свой, превращать это в демонстрацию затянувшейся обиды Вера не собиралась.

Девушка провела пальцем по зеленому значку и поднесла смартфон к уху.

Вместо приветствия оттуда хлынула музыка. Низкие звуки шли плотными равномерными ударами, рядом сталкивалось стекло, кто-то громко заказывал сразу несколько напитков. Женский смех прорезал общий шум и тут же растворился в нем.

— Ольга?

Голос Дика прозвучал спокойно, хотя ему явно приходилось говорить громче обычного.

— Да.

— Я получил сообщение.

— Хорошо.

Это было все, что требовалось ответить. Вера молчала.

Стало слышно, как на другом конце мужчина потребовал два виски, потом изменил заказ на три. Дик коротко переспросил марку. Прозвучал ответ, которого Вера не разобрала, щелкнула открывашка, по стеклу прошел быстрый глухой стук льда.

Несколько секунд звонок существовал только как открытая линия между тихой кухней и баром ночного клуба. Дик слышал ее дыхание и, возможно, негромкую работу холодильника. Этого было недостаточно, чтобы понять, где находится Ольга, одна ли она и почему не спит в два часа ночи. Его