Сага о кораблях - Энн Маккефри

приглушенным радостным возгласом Микайя Квестар-Бенн сбила второй спутник Фористера – после чего в полном изумлении наблюдала, как он проводит неучтенного коня из второго ряда и объявляет шах ее кораблю.

– Спасибо за намек, Нансия, – сказал Фористер. – Если бы ты не заставила меня искать альтернативный ход, я бы даже не подумал использовать атаку Джиго Канака в данной ситуации.

– Я… э-э… всегда пожалуйста, – только и сумела выдавить Нансия.

В течение трех ходов игра пришла к разгромному финалу: все фигуры Микайи были лишены возможности перемещаться, ее пилот был сбит, а корабль – под угрозой шаха.

Возможно, Фористеру не так уж нужна была помощь, как полагала Нансия.

Глава 13

Посадка, совершенная Нансией на Ангалии, была одной из самых худших, которые она когда-либо выполняла. Планета застала ее врасплох.

Изначальный навигационный маневр прошел нормально. И только когда в поле зрения показалась посадочная площадка, Нансия почувствовала себя сбитой с толку. Зеленые террасы, травянистая низина вокруг столовой горы – все это было совершенно не похоже на воспоминания о посадке здесь же пять лет назад. Возможно, Нансия просчиталась и теперь находится над необследованной прежде частью планеты?

Вызвав файлы записи, сделанной во время прошлого прилета на Ангалию, Нансия совместила их с картиной зеленого рая, открывающегося внизу. Да, это, очевидно, посадочная площадка Ангалии. Топографические приметы идеально совпадали со встроенной картой. И там, на краю площадки, по-прежнему стояла сборная развалюха с травяным навесом, выглядящая чуть более покосившейся и заброшенной, чем была пять лет назад.

Увлеченная сравнением кадров, Нансия перевела на это часть вычислительных ресурсов навигационного процессора, забыв о том, что надо следить за высотой, и едва избежала позора – создания новой воронки на посадочной площадке Ангалии. Она вовремя скорректировала спуск, слегка подпрыгнув и вновь опустившись, уже медленнее, чем в первый раз. Ее слуховые сенсоры уловили целый набор ударов, вскриков и жалоб из кают, где находились Микайя и трое узников.

– Извините за жесткую посадку, – начала было Нансия, но Фористер отключил ее динамики и перехватил аудиовещание.

– Локальная турбулентность, – пояснил он. – Нансия прекрасно справилась, но даже умный корабль не может скомпенсировать все атмосферные явления Ангалии.

Он погладил ладонью контрольную панель, словно успокаивая Нансию, а затем вернул ей контроль над динамиками и мягко улыбнулся.

– Мне не нужно, чтобы ты меня прикрывал, – сердитым шепотом сообщила ему Нансия через динамики рубки.

– Разве? Я думал, мы работаем в паре. Если ты можешь помогать мне играть в трехмерные шахматы, то я определенно имею право уберечь тебя от извинений перед избалованными пассажирами.

– Я… хорошо, спасибо, – поблагодарила Нансия.

– Не за что. Кстати, а что это было на самом деле?

– Я отвлеклась. Это место выглядит совсем не так, как в прошлый раз, когда я здесь садилась.

Нансия переключила экраны на внешний обзор. Фористер оценивающе смотрел на тройной панорамный экран, демонстрировавший травянистую равнину, окаймленную цветущими террасами.

– Что это такое? – воскликнула Фасса из своей каюты.

Дарнел и Альфа изумленно вторили ее возгласу.

Нансия была довольна их реакцией. Экраны в пассажирских каютах не передавали картину так наглядно, как видеостены в рубке, но, по крайней мере, они показывали виды Ангалии достаточно отчетливо. Теперь Нансия уверилась, что она не сошла с ума – или, по крайней мере, сошла с ума не она одна. Никто из заключенных не ожидал, что Ангалия будет выглядеть как райский сад.

– Я так понимаю, – спокойно произнесла она, – что со времени вашего прошлого визита сюда Ангалия изменилась?

– Это точно, – подтвердила Фасса. – Ты уверена, что это то самое место? Только год назад… а, вижу.

Последовало долгое молчание. Первый раз за всю свою жизнь Нансия жалела о том, что у нее нет возможностей мягкокожего. Ей чрезвычайно хотелось схватить Фассу за плечи и встряхнуть, чтобы вывести из транса, в который та впала. Почему мягкокожие не могут передавать данные одновременно с их обработкой?

Нансии пришлось удовлетвориться тем, что она несколько раз мигнула освещением в каюте Фассы и вызвала несколько беспорядочных музыкальных аккордов из последней кристаллозаписи Фликса.

– Насколько я могу понять, – поинтересовалась она, довольная тем, что ей удалось привлечь внимание девушки, – ты узнала какие-то приметы местности?

– Да… по крайней мере, мне так кажется.

Конечно же, Фасса не умела контролировать визуальную детализацию изображений, которые сохранились в ее памяти с прошлого визита, не говоря уж об их точности. Ей приходилось полагаться на ненадежную биологическую память.

Учитывая это, Нансия вряд ли могла рассчитывать на четкий ответ.

– Эти сады на склоне горы, – сказала Фасса. – Год назад там были террасы, но на них еще ничего не росло. Я подумала, что это имеет какое-то отношение к шахте.

Нансия переключила видеопоток, идущий на экран в каюте Фассы, так, чтобы она увидела вход в шахту. Фигуры в синей форме входили и выходили оттуда, толкая вагонетки по рельсам, изгибающимся вдоль горного склона. При увеличении изображения стало видно, что это неуклюжие туземцы Ангалии, облаченные в аккуратные синие шорты и рубашки и двигающиеся слаженно, словно в хорошо поставленном балете. Один туземец извлекал из отверстия шахты мешок и перебрасывал его через голову, другой оказывался на месте как раз вовремя, чтобы поймать этот мешок; к тому времени, как второй туземец поворачивался, третий подкатывал вагонетку на нужный участок рельсов, чтобы принять в нее груз.

– Потрясающе, – прокомментировала Нансия. – Я была уверена, что аборигены Ангалии необучаемы.

– Блэйз, – глухо произнес Фористер, – всегда был деловым мальчиком.

– Все выглядит не так уж плохо, – указала Нансия. – Фасса, ты или остальные – узнаёте что-нибудь еще?

Она заставила изображение на экранах смещаться так, чтобы в поле зрения поочередно оказывались разные участки местности. Неожиданно Фасса издала возглас узнавания.

– О боже, он оставил гейзер!

Нансия остановила картинку и пристально ее рассмотрела. Зловещего вида пузырь из буро-зеленой грязи появился, лопнул и снова сформировался посреди высокой травы, покрывающей всю остальную низину.

– Я не думаю, что такое можно замаскировать, посадив там цветы, – согласилась Нансия.

– Ты не понимаешь. – Голос Фассы звучал так, словно она вот-вот расплачется. – Именно так он ими управляет – так он заставляет их выполнять все, что он требует. Если кто-то из люси вызовет его недовольство, Блэйз варит его живьем в этой кипящей грязи! Я видела это в прошлый раз… никогда не забуду этот ужас!

– Альфа? Дарнел? – обратилась Нансия к двоим другим.

– Это правда, – ответил Дарнел. – Отвратительно.

Альфа молча кивнула – едва заметно даже для визуальных сенсоров умного корабля.

У Нансии не нашлось утешительных слов для Фористера.

Микайя уговаривала Фористера позволить ей первой поговорить с Блэйзом.

– Я надену комм-клипсу, – обещала она. – И ты, и Нансия будете видеть и слышать все, что происходит.

– Это мой долг, – начал было Фористер.

– Мой тоже, – прервала его Микайя. – Молодой человек сознается скорее, если не будет считать, что сможет воспользоваться покровительством своей семьи.

– Он и не сможет, – угрюмо сказал Фористер. – Я здесь не для того,