Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 12 ФИНАЛ - Оливер Ло

Грамотная тактика, если забыть о том, что молотобоец мог в любой момент усилить ману в кольчуге и компенсировать кровотечение на пару минут. Боец с кинжалами этого явно не учитывал.

Я окинул взглядом толпу. Зрители гудели, размахивая кулаками и выкрикивая ставки. У дальних шатров работали торговцы едой: жареное мясо на длинных металлических шампурах источало густой аромат перца и древесного дыма, огромные котлы с похлебкой булькали на открытых кострах, а разносчики эля с тяжелыми подносами лавировали между группами зрителей. Атмосфера была праздничной, шумной, густо пропитанной запахами пота, жареного жира и пролитого алкоголя.

— Мелкий, иди посмотри на арену. Оцени уровень местных бойцов, — я кивнул Леону в сторону скамей. — Каэль, составь ему компанию. Я пройдусь по торговым рядам, послушаю разговоры.

Леон кивнул и направился к зрительским местам, его глаза уже цепко следили за парными кинжалами на арене, анализируя технику. Каэль двинулся следом, по дороге купив у проходящей мимо торговки глиняную кружку мутного эля. Тень устроился у ног Леона, величественно игнорируя попытки соседних зрителей отодвинуться от трехголового пса, занимавшего места сразу за двоих.

Я неспешно побрел вдоль торговых шатров, скользя взглядом по лицам продавцов, покупателей и праздных гуляк. Первые минут двадцать фестиваль выглядел именно тем, чем казался: весёлым, шумным, безобидным сборищем людей, жаждущих развлечений и острых ощущений.

Я остановился возле прилавка оружейника, разглядывая выставленные клинки скорее для вида, параллельно слушая разговоры двух наемников за соседним столом. Те обсуждали расценки на охрану караванов и жаловались на снижение платы из-за «проклятого Эймонда, который обезопасил все тракты и оставил нас без работы». Полезная информация, подтверждавшая слова Каэля об идеальном порядке в регионе. Из таких мелочей порой и складывается более полная картина.

Я двинулся дальше, обходя арену по широкому кругу. Мой маршрут проходил мимо гостевых шатров, выстроенных ровными рядами в дальней части поляны, ближе к кромке леса. Именно здесь мне начали попадаться первые «неправильные» лица.

Молодой парень, разносивший глиняные кувшины с пивом, двигался слишком гладко. Его походка была лишена мелких, естественных рывков и запинок, характерных для усталого работника. Мышцы под холщовой рубахой перекатывались с нечеловеческой пластичностью, а его улыбка, обращённая к очередному клиенту, застывала на долю секунды раньше, чем глаза успевали отработать соответствующую эмоцию.

Поверхностная имитация, заметная только тому, кто провел столетия, изучая разницу между подлинным человеческим поведением и его демонической копией.

Я продолжил прогулку, фиксируя аналогичные признаки. Женщина у входа в один из дальних шатров, приветливо зазывавшая посетителей внутрь, источала слишком сладкий, приторный аромат, перебивавший даже густой запах жареного мяса. Её пальцы, унизанные дешёвыми кольцами, были чуть длиннее обычных человеческих, с едва заметным лиловым оттенком кожи у основания ногтей.

Два распорядителя у гостевых шатров, одетых в одинаковые кожаные жилеты, излучали фоновую ауру, от которой обычного человека тянуло ко сну. Они разговаривали с одинокими посетителями, подводя их к дальним павильонам, предлагая «особые развлечения для ценителей» и «редкие напитки из южных провинций».

Я наблюдал за этим «постановочным представлением» десять минут, прислонившись к столбу навеса и жуя полоску вяленого мяса, купленного у нормального, живого человека. За это время четверо посетителей, трое мужчин и одна женщина, последовали за улыбчивыми распорядителями в направлении дальних шатров.

Обратно никто из них так и не вышел.

Демоны низшего ранга, замаскированные под обслугу, вычленяли из толпы одиночек, заманивали их под предлогом развлечений и нейтрализовали в закрытых шатрах, где посторонних глаз не было. Фестиваль с сотнями приезжих создавал идеальное прикрытие: кто будет искать случайного попутчика, встреченного час назад у прилавка? Все не местные, все здесь проездом, никто не знает друг друга по имени.

Я развернулся и быстрым шагом вернулся к арене, где Леон увлеченно наблюдал за очередным поединком. На площадке рослый мечник в латных наплечниках теснил щуплого мага, прикрывавшегося мерцающим щитом из уплотненного воздуха. Зрители ревели, сделав ставки.

Я положил руку на плечо парня и наклонился к его уху.

— За мной. Тихо, — мой голос был спокойным и ровным, без малейшего намёка на тревогу, способного привлечь чужое внимание.

Леон мгновенно перестроился. Его лицо утратило расслабленное выражение, зрачки сузились, правая рука привычно скользнула к рукояти Ледяного Жала. Парень вырос за последние недели, научившись переключаться из режима отдыха в боевую готовность за считаные секунды.

Я перевёл взгляд на Тень, лежавшего у скамьи с видом мирного домашнего животного. Все три его морды синхронно повернулись ко мне, янтарные глаза вспыхнули острым, внимательным блеском.

— Присмотри за Каэлем, — тихо скомандовал я, указав на охотника, который стоял чуть поодаль, прислонившись к деревянной стойке и с живым интересом наблюдавшего за аренным боем. — Если мы задержимся, приведи его к дальним шатрам.

Тень коротко мотнул центральной головой, подтверждая приказ, и демонстративно подвинулся ближе к Каэлю, ложась у его ног.

Мы с Леоном отошли от арены, двигаясь так, чтобы наш маршрут выглядел естественным. Мимо торговых рядов, между группами галдящих зрителей, через проход между двумя большими продовольственными шатрами. Я вёл парня к дальнему краю фестивальной территории, где ряды павильонов становились реже, а расстояние между ними увеличивалось.

— Здесь работает демонический «конвейер», — коротко объяснил я, не сбавляя шага. — Замаскированные под людей низшие твари заманивают одиночек в эти шатры. Сколько именно — пока не знаю, но минимум пятерых увели за последние полчаса.

— Понял, — Леон коротко кивнул, его кисть сомкнулась на рукояти катаны, а вокруг пальцев едва заметно мерцнул голубоватый иней. Он готовился к бою, удерживая ману на кончиках пальцев, чтобы тут же влить ее в клинки.

Мы подошли к первому из дальних шатров. Тяжёлая парусиновая ткань, грязно-бежевого цвета, была плотно зашнурована со всех сторон, наглухо закрывая внутреннее пространство от посторонних глаз. Я бесшумно оттянул край полога и заглянул внутрь.

Пятеро человек сидели на голой земле, прислонившись спинами к деревянным опорам шатра. Три мужчины и две женщины, одетые в походную одежду путешественников, с застывшими, бессмысленными лицами и широко распахнутыми глазами, в которых угас любой осознанный свет. Их зрачки были расширены до предела, рты приоткрыты, руки безвольно лежали на коленях. Они дышали ровно и глубоко, погруженные в наведённый химический транс.

У ближайшей опоры стояли три глиняные фляги с притертыми пробками, рядом с ними лежали аккуратно сложенные металлические оковы с магическими замками и грубый джутовый мешок, набитый промасленной ветошью.

Я открутил пробку одной из фляг и