Возвращение - Марцин Подлевский

— Выглядит подбитым. А он случайно не пьян?

— Вполне возможно, ваше высочество.

Княгиня вздохнула. Она занимала свой пост уже почти пять лет, и, хотя взошла на трон необычайно рано, аристократия предрекала ей блестящее будущее. Никто, однако, не говорил ей, что повседневная жизнь будет состоять из проведения подобных встреч.

— Пусть подойдет поближе, — решила она, и Итир плавно махнул рукой кадету, который приблизился к гатларскому трону.

— Правда ли, что вы инициировали межзвездный инцидент? — резко спросила княгиня. Молодой человек пожал плечами.

— Ну, я знаю…

— К Ее Величеству следует обращаться с уважением, подобающим ее титулу, — холодно прервал его Итир. — Я предлагаю вам ответить на заданный вопрос в надлежащей форме.

— Ну, я знаю, Ваше Величество? Это Исемин, — ответил юноша. — Я обнаружил, что нарушение некоторых системных границ было не очень честным с их стороны, поэтому поступил соответственно ситуации.

— Это были не системные границы, — ледяным тоном заметила княгиня. — Вы затеяли драку в пивной с офицером флота Исемин и специально оскорбили члена парламента Исемин.

— Я ему только сказал, что у него годопавианская рожа, прошу прощения у Вашего Величества. В свое оправдание я мог бы добавить, что он действительно похож на то ожившее животное. Я сказал это, кстати, после того, как этот годопав… я хотел сказать, офицер, осмелился пристать к моему коллеге. Руками. Я тогда сказал, что у него слишком длинные лапы, которые, однако, подходят к лицу, потому что…

— Достаточно, — приказала княгиня, и молодой человек замолчал. — Мыслитель?

— Точная запись событий на орбитальной станции Пурпура уже есть в наших архивах, — заметил Итир. Он снова повернулся к кадету. — Есть также голограмма, на которой видно, как после словесной колкости офицер Исемина отвечает столь же неуместным комментарием. Господин оглядывает пивную и, видя, что никто не реагирует на ситуацию, говорит… Подождите-ка… — Секретарь смотрит на свою персональ, где отображается небольшое голо — Вы говорите: «Я должен все делать сам?». Господин повторяет это дважды, а затем… вступает в драку.

— Офицеру была оказана медицинская помощь, — отметила княгиня. — Господин сильно избил его.

Молодой человек опять пожал плечами. Княгиня снова вздохнула.

— Мы не ожидали от вас такого поведения, — заметила она. — Вы считаетесь одним из лучших курсантов Космической академии. И такое событие… Оно может разрушить вашу карьеру. Вы понимаете?

Молодой человек на мгновение взглянул на княгиню, которая продолжала хранить каменное выражение лица.

— Мыслитель Итир, — наконец заговорила она, постучав пальцем по перилам трона. — В связи с этим инцидентом мы вынуждены принять срочные меры, тем более что мир с Исемином все равно висит на волоске. Вы согласны со мной?

— Конечно, Ваше Величество.

— Пожалуйста, отправьте обратно кадета Кайта Тельзеса в его каюту. Его назначение на должность офицера-распорядителя должно лежать на моем столе завтра, — добавила она с некоторым удовлетворением, видя, как с лица молодого человека исчезает прежняя непокорность и наступает оцепенение. — Офицер Тельзес будет отправлен в специальные войска под присмотром мастера Сепена. Мы хотим видеть его там… к концу лазурной недели. Офицеру Исемина, с другой стороны, прошу принести надлежащие извинения и заодно спросить, как он объяснит свое незарегистрированное присутствие в секторе Гатларка, тогда как он должен был находиться вблизи системы Энох.

— Да, Ваше Величество.

— Благодарю вас. — Княгиня Сектам Аллопа Гатларк кивнула головой. — Офицер Тельзес, вы можете идти. Пожалуйста, помните только об одном.

— Да… Ваше Величество?

— Больше никаких поездок без разрешения, — объявила она. — В следующий раз я хочу знать, кому вы собираетесь ломать кости… и задолго до того, как вы это сделаете. Второго шанса не будет, вы поняли?

— Так точно… Ваше… Величество…

— Прощайте. — Она смотрела, как потрясенный новоиспеченый офицер выходит из аудиенц-зала замка Гатларк. И только когда за ним закрылась дверь, она позволила себе тихонько усмехнуться.

Мыслитель Итир вздохнул. В присутствии княгини такое случалось с ним все чаще и чаще, и он подозревал, что это только начало.

***

Миртон Грюнвальд не знал, чего ожидать, когда покидал «Ленту». Он был уверен лишь в том, что весь экипаж — включая Джареда — будет немедленно доставлен пред светлы очи Пикки Типа.

Но этого не случилось, что стало для него большым сюрпризом.

Конечно же, под кораблем их ждал отряд, присланный капитаном «Грома». Сержант Цитго оказался худым, невзрачным человеком с внимательными, холодными глазами, и именно он первым подошел к Миртону, который представил его экипажу. Только Эрин Хакл дернулась при звуке его имени — остальные, Пинслип Вайз, Хаб Тански и Джаред, никак не отреагировали. Первые не представляли особого интереса: все собравшиеся в ангаре смотрели только на Машину.

— Согласно моим данным, у вас должно быть еще два члена экипажа, — вежливо заметил Цитго. Миртон кивнул.

— Механик Месье сейчас находится в АмбуМеде, — пояснил он. — Его состояние… тяжелое. — Он прервался, надеясь, что сержант не станет задавать сложных вопросов. — То же самое касается доктора Харпаго, который находится в жестком стазисе.

— Не лучше ли его тоже перевести в АмбуМед? На «Громе» есть специализированная больничная палата.

— В этом нет необходимости, — ответил Грюнвальд. — Доктор сам попросил ввести его в стазис. Ему нужна помощь… более профессиональная. Он был…

— Под пытками, — вмешалась Эрин Хакл. Миртон бросил на нее косой взгляд, но кивнул.

— Да, — подтвердил он ее ложь. — Как и Эрин, он подвергался пыткам у Палиатива. Просил не выводить его из стазиса. Я верю, что командир «Грома» уважит его решение.

— Я передам вашу просьбу по этому вопросу, — согласился Ситго. — А теперь прошу следовать за мной.

***

Им отвели отдельные каюты, хотя и расположенные рядом друг с другом. В коридоре оставался один охранник и прикрепленный к ним стюард, но Грюнвальд не думал, что кто-то из экипажа намерен в ближайшее время воспользоваться его услугами.

Что касается самой каюты, то она была довольно просторной и располагалась на верхней палубе. Теоретически в нее мог войти любой желающий, а видимость интимности обеспечивала лишь раздвижная дверь с простым замком, эквивалентным средневековому засову, который можно было легко снять снаружи. Миртон вздохнул и уселся в удобный лежак.

Он был озадачен положением Джареда. Пока их вели, вокруг Машины образовалась своеобразная