Леди пепла - Мелисса Рёрих

и их жителях. Хотя сейчас Скарлетт сомневалась, были ли они выдуманными. Элинé приносила с собой кипу одеял, и когда солнце начинало клониться к закату, они стелили часть на песке, ложились на спину и, укрывшись остальными, наблюдали, как на небе загораются звезды.

На памяти Скарлетт лишь в один год погода была настолько ужасной, что пойти на пляж не удалось. Это был последний день рождения перед убийством Элинé, и особенным его сделал не кто иной, как Аларик.

Он подарил ей первый кинжал.

Восьмилетнему ребенку, черт его побери.

Правда, вместе с шоколадным тортом, горячим какао и разрешением посетить его личные покои – один-единственный раз. У Аларика в спальне имелся частично крытый балкон, и он позволил им с Элинé посидеть там и полюбоваться звездами. Уже тогда он исподволь закладывал в сознание Скарлетт мысли о том, что будет заботиться о ней, обеспечит ее, спасет.

Чувствуя, что полностью лишилась аппетита, она отбросила вилку. Пока Скарлетт странствовала по своим воспоминаниям, никто не произнес ни слова.

– Скарлетт, – позвал Кассиус.

– Не надо.

Она оттолкнулась от стола и направилась к ведущим на балкон двойным дверям. Дойдя до перил, облокотилась на них, вдыхая морской воздух, и закрыла глаза. Ветерок бросал ей в лицо пряди волос.

Спустя какое-то время Скарлетт почувствовала, что к ней кто-то подошел. Не Сорин. Она бы поняла, будь это он.

– Твой день рождения нужно отметить, Морская Звездочка, – мягко сказал Кассиус. – Я заговорил об этом не для того, чтобы разбередить старые раны.

– Ты знаешь, почему для меня это самый обычный день, Кассиус, – сказала она, повернувшись, чтобы смотреть ему в лицо. – Ты в курсе всего, тем не менее решил затронуть эту тему. В присутствии других.

– Потому что они любят тебя, Скарлетт, и охотно разделили бы с тобой твой праздник. Они помогут создать новые воспоминания, чтобы заменить те, которые кровоточат всякий раз, когда их царапают.

Она опустила голову ему на плечо.

– Мне всегда казалось, что Элинé и Аларик хорошо… ладят. Думаешь, она знала?

– Что он был сыном Деймаса и Эсмерей? Не могу даже помыслить подобного.

– Зачем она привела меня в Черный синдикат? К Лорду наемников? С какой целью? Она могла бы спрятать меня где угодно.

– Представления не имею, – ответил он, прижавшись щекой к ее волосам.

– Должна была быть причина, по которой Элинé выбрала это место. Она ничего не оставляла на волю случая, все тщательно планировала. Даже наши с тобой отношения.

– Может, тебя привезли в Бейлорин как раз потому, что там находился я, – предположил Кассиус.

– Возможно.

Дружно повернув головы на звук журчащей воды, они увидели выходящего из водного портала Брайара.

– Прошу прощения, если помешал, – сказал он, останавливаясь.

– Ничуть ты не помешал, – заверила Скарлетт, оттолкнувшись от перил и подойдя к нему.

– Уверена? – уточнил Брайар, распахивая перед ней одну из дверных створок.

– Да.

Сидящие за столом фейри повернулись к ней, а она остановила взгляд на своем близнецовом пламени.

– Ты насытился, принц? У нас свидание с Чародейкой.

– Не подходи близко к ее камере, – напутствовал Сорин, идя по коридорам Подводной тюрьмы. – Ничего ей не предлагай и ничего не давай.

Брайар едва сдержал смех.

– Какая ирония судьбы, – пробормотал он.

Сорин посмотрел на него поверх головы Скарлетт, которая шла между ними. Кассиус шагал следом. Едва Брайар перенес их в Подводную тюрьму, как на Скарлетт нахлынуло неприятное ощущение оттого, что ее магия затихла. Перед тем как отправиться сюда, ей объяснили, что их дары будут недоступны, но теперь, испытывая это на себе, она вспоминала о схожей ситуации, когда, совершенно беспомощная, была прикована к стене в кабинете Аларика.

Через несколько минут они остановились на вершине небольшой лестницы. Сорин обхватил Скарлетт за плечи и развернул лицом к себе.

– Чародейка не принадлежит этому миру, Скарлетт. Она будет говорить вещи, которые заставят тебя усомниться в себе, в том, что ты знаешь. Она…

– Она хитрая и коварная. Сделает и скажет все что угодно, чтобы выбраться на свободу, – резко перебил Брайар. – По этой причине мы редко ее навещаем.

Скарлетт с любопытством оглядела темную лестницу. Может, происходящее в корне неправильно, но сейчас она была искренне заинтригована.

Они молча спустились по ступеням до самого низа, к площадке, освещенной несколькими установленными вдоль стен светильниками. Здесь имелась всего одна камера, в которой поджидала Чародейка. Как сказали Скарлетт, решетки сделаны из ширастоуна. Во всех темницах имелись маленькие окошки, через которые можно увидеть русалок-стражников и проплывающих мимо морских обитателей.

Однако вниманием Скарлетт безраздельно завладела женщина, неподвижно, как статуя, стоящая по ту сторону решетки. Ее свисающие до пояса черные волосы резко выделялись на фоне бледной кожи и бежевой сорочки. Яркие фиалковые глаза лучились, на губах играла змеиная улыбка.

– Я говорила тебе, что сама решу, когда взыскать долг, принц Огня, – сказала Чародейка, не сводя взора со Скарлетт. Склонив голову набок, она добавила: – Хотя, полагаю, теперь тебя следует величать королем Западных Дворов, не так ли?

Кровь бога. Вот что Сорин согласился дать ей, если когда-нибудь отыщет подобное.

– Я здесь не для того, чтобы обсуждать свою сделку, – холодно обронил он, положив руку на спину Скарлетт.

– Не для того, – согласилась Чародейка, придвигаясь ближе к решетке. – Ты пришел заключить новую сделку.

– Сегодня никто никаких сделок заключать не будет, – резко вмешался Брайар.

Фиалковые глаза Чародейки устремились на него.

– Принц Воды и Льда. – Она, раздувая ноздри, втянула воздух и заулыбалась еще шире. – От тебя пахнет ветрами. – Переместив взгляд на Кассиуса, она округлила глаза. – А от тебя – другими мирами.

При этих словах Скарлетт вышла вперед, привлекая внимание пленницы к себе.

– Из какого мира ты родом?

– Освободи меня из камеры, и я покажу.

– Не выйдет, – категорично заявил Сорин.

Чародейка отпрянула, насколько позволяло тесное пространство, и провела рукой по каменным стенам своей темницы. Скарлетт подумала, что, если бы ее ногти не были сломаны и не потрескались, звук был бы ужасающим.

– Ты любишь истории, Леди Тьмы?

Скарлетт рванулась было вперед, но Сорин схватил ее за руку, не давая приблизиться к решетке камеры.

– Откуда тебе известен этот титул?

– Мне известно очень многое, – ответила Чародейка, надув губы. – Не потому ли ты явилась ко мне?

– Как тебя зовут?

– В этом мире? Чародейка.

– А в других?

Чародейка пожала костлявым плечом.

–Зависит от мира. – Она снова придвинулась к решетке, как бы скользя перед своими посетителями. – Ты пахнешь как она.

– Как кто?

– Ты так и не ответила. Тебе нравятся истории?

– Только если