Леди пепла - Мелисса Рёрих

– Правда – это вопрос перспективы, не так ли? – возразила Чародейка. – Ты бы хотела услышать историю о начале и конце или о двух сестрах?

– Какова цена? – требовательно воскликнул Сорин, прежде чем Скарлетт успела открыть рот.

Брайар стоически держался по другую сторону от нее, скрестив руки на груди. Черты его лица были непроницаемы.

Чародейка скривила губы.

– Одну я расскажу бесплатно. Что касается второй… цену можем обсудить, если она захочет ее узнать.

– Я бы предпочла, чтобы ты просто ответила на несколько вопросов, – сказала Скарлетт, пытаясь освободиться от хватки Сорина, но тот держал крепко.

– Не будь такой грубиянкой, – мягко укорила Чародейка. – Сначала рассказ, а потом поторгуемся о цене за ответы, которые ты ищешь.

Скарлетт вздохнула.

– Хорошо. Какую историю мне было бы полезнее услышать?

– Кто я такая, чтобы решать подобное?

– О начале и конце, – подсказал Кассиус из-за спины Скарлетт. Она оглянулась на него, но его внимание было сосредоточено на Чародейке. Скарлетт кивнула ей, веля продолжать.

– Во всем должен быть баланс, – заговорила та. – Начало и конец. Свет и тьма. Огонь и тени. – Скарлетт отступила к Сорину, а пленница продолжала: – Это относится и к мирам. Хаос породил создания, призванные обеспечить равновесие.

– Ты говоришь о богах? – уточнила Скарлетт.

– Не перебивай, – огрызнулась Чародейка тоном настолько злобным, что Сорин обхватил жену за талию и оттащил подальше от камеры. – Они отправились на разные звезды и основали там королевства для поддержания равновесия. Первые создали Малых, а от них произошли и стали процветать различные миры. Некоторые развивались быстрее других, кому-то благоволили больше прочих.

– Начало, – выдохнула Скарлетт.

– Он был одним из Первых.

– Он? – повторила Скарлетт, придвигаясь ближе к рассказчице.

– Было шесть Первых, но и Началу с Концом отводилась определенная роль. Работая вместе для поддержания баланса, они обрели небывалое могущество. Начало создавало. Конец выносил суждения.

– Ты говоришь о жизни и смерти, – тихо сказала Скарлетт.

Выбросив руки вперед, Чародейка схватилась за прутья клетки, не замечая, что ширастоун ранит ее кожу.

– Перестань перебивать меня, Леди.

Она отступила от решетки и, подойдя к стене, провела по ней рукой.

– С помощью других Первых и Малых были созданы новые существа, которые рассеялись по мирам, но некоторые не ушли далеко. Часть из них была предана Началу, другие хранили верность Концу. Со временем Начало захотел большего. Он всегда любил ее, всегда желал.

– У него имелась возлюбленная? – уточнила Скарлетт, подбираясь ближе к камере, невзирая на негромкое предупреждение Сорина.

– Что есть любовь?– спросила колдунья, пожав плечами. Против этого вопроса она вроде как не возражала. Ее тонкие руки снова сжали прутья решетки.– Он вожделел, а она нет, ибо уже связала себя с другим, породила с ним нечто новое, храня в тайне их истинное наследие. Когда Начало узнал об этом, его обуяла ярость. Он созвал тех, кто был ему предан, и развязал войну против удачливого соперника. Так было нарушено равновесие.

– Она связала себя со смертью? – спросила Скарлетт. – Ты говоришь об Ариусе и Серафине. И их детях, Темурале и Сейле.

– В мирах, которыми они правили, воцарился Хаос. Одни прекратили свое существование, другие были покинуты. А некоторые и вовсе преданы забвению.

– Что с нашим миром? – потребовала ответа Скарлетт. – Что с миром, в котором мы живем?

– Некоторые миры стали святилищами, – прошептала Чародейка.

– Откуда ты все это знаешь? Кто ты такая?

Пленница отступила от решетки.

– За вторую историю придется заплатить, Леди.

Скарлетт в замешательстве сморщила нос.

– История о двух сестрах – она о тебе?

Чародейка улыбнулась в ответ. Вздохнув от досады, Скарлетт достала из кармана духовный амулет.

– Что тебе известно об этом?

– О чем? О скайстоуне? Или найтстоуне? О богине этого символа? Или о ключе?

Скарлетт поджала губы, не зная, что ответить. Она понимала, что за любое пояснение придется заплатить. Чародейка наклонила голову к плечу, изучая свою гостью. Скарлетт прочистила горло.

– У меня имеется несколько вопросов, но я не стану торговаться за каждый ответ.

– Ты вообще не будешь торговаться, – вмешался Сорин, шагая к ней.

– Ей придется, – ухмыльнулась пленница, чей голос изменился, став похожим на шипение змеи. – Ей нужно то, что у меня есть.

– Знания можно найти в других местах, – возразил Сорин.

– Да, но не последний ключ.

Скарлетт почувствовала, как земля уходит из-под ног.

– Ты лжешь, – воскликнул Сорин.

– Разве я не говорила тебе, когда ты был здесь в последний раз, что Элинé и Хенна приходили меня навестить?

– И ты отказала им в помощи, – подхватил Сорин.

– Не отказала, – запротестовала колдунья. – Они не захотели заплатить запрошенную мной цену, и ты решил, что иного они от меня не требовали.

– Почему Элинé доверила ключ тебе? – вмешался стоящий у стены Кассиус.

– Что ты делаешь по эту сторону Эдрийского моря? – вопросом на вопрос ответила Чародейка. В ее фиалковых глазах сверкало любопытство.

Скарлетт вздохнула в отчаянии.

– Какова цена? За ключ, которым ты обладаешь, и за ответы на пять моих вопросов. Только не проси тебя освободить. Это невозможно.

– Ты поймешь, что возможно все, если потребность достаточно велика, – сказала Чародейка.

– У нее не может быть ключа, Скарлетт. Где бы она его спрятала? – вмешался Сорин.

Скарлетт повернулась к нему.

– Мы этого не узнаем, если будешь и дальше прерывать мои переговоры с колдуньей из другого мира, – огрызнулась Скарлетт.

– Ты поразительна, – задумчиво протянула Чародейка. – И так похожа на него.

– На кого? – спросила Скарлетт.

– Ключи и замки. Замки и ключи, – жутким певучим голосом произнесла Чародейка, отступая от решетки. – Но тебе нужен только один замок. Один замок и семь ключей. – Осмотрев своими фиалковыми глазами всех, кто находился по другую сторону решетки, она сосредоточилась на Скарлетт. – Конечно, ключи могут открывать не один замок, а некоторые ключи вообще не подходят ни к одному замку.

– Ты знаешь, где находится замок? – спросила Скарлетт, пытаясь уследить за странными метаниями Чародейки.

Та опустилась на пол камеры и начала чертить в пыли знаки. Скарлетт подошла ближе, внимательно наблюдая за происходящим.

– Что она пишет? – тихо поинтересовался Сорин.

Скарлетт покачала головой.

– Не уверена. Я не настолько хорошо изучила символы, чтобы сказать наверняка, не прибегая к помощи своей книги.

Чародейка вскинула голову.

– Какой книги?

Глаза Скарлетт расширились, губы медленно изогнулись в улыбке. Положив ладонь на грудь Сорина, она оттеснила его назад, чтобы остались только они с Чародейкой.

– Я расскажу тебе об этой книге взамен на ответ на один из моих вопросов, – тихо промурлыкала она.

Черты лица Чародейки изменились, глаза налились яростью. Рванувшись вперед, она ухватилась за прутья решетки и поползла по