Падение клана Шэ. Том 1 - Ло Ян

Он помотал головой.

– Я решился, брат Хуань. Дал себе зарок. Но… почему ж теперь так тяжко его исполнять?

Фэнбао вздохнул. И почему люди вечно просили совета у него? Нашли мудреца! На лбу у него, что ли, написано, что он долгожитель? Так седая борода ума не прибавляет, а у него и бороды нет!

– Потому что дурак ты. Героем себя возомнил? Да, в легендах и историях это складно выходит: какой-нибудь великий предок вобьëт в свою шишковатую башку, что надо ему потоп остановить или небесную твердь починить, и всë: ничто его с пути не своротит. Син-тянь вон даже без головы в драку лез, глаза на сосках отрастил, чем Щербатый Ли из деревни Вонючий Зад хуже?

Ли грустно рассмеялся.

– Как ты заковыристо ругаешься, братец! Даже на душе легче.

Фэнбао отмахнулся.

– Зря только языком болтаю, мог бы вместо этого рис есть!

Он помолчал, собираясь с мыслями.

– Сейчас уже, пожалуй, ничего не исправишь, брат Ли. Но знай: что бы ни случилось, твой брат Хуань этого так не оставит. Я сюда пришëл не медяки зарабатывать, а выяснить правду. Если выберемся отсюда оба, забудь, что меня видел. А если ты останешься, я позабочусь о твоей семье.

Щербатый Ли выдавил слабый смешок.

– А ты, значит, не боишься остаться, брат Хуань?

Фэнбао опустошил миску в один присест и встал, довольно потирая живот.

– Ни боги дверей, ни духи подземного мира не смогут меня удержать!

Ли кивнул, слишком уж серьëзно, и снова взялся за кирку. Он не повеселел, но лицо как-то разгладилось: видно, поверил в слова о семье. Мало же ему надо! Люди вечно друг за друга цепляются, нравится им слепляться между собой, как пельмени в котелке, ещё и гордятся этим. Пф! Даже кошки друг к другу жмутся, когда холодно, и овцы сбиваются в кучу, если страшно, но они-то этим не кичатся!

«Ты завидуешь им, Фэнбао? – спросил из темноты голос малыша Юаня. – Значит, в тебе есть что-то хорошее, я правильно тебя воспитываю».

«Ой, да пошëл ты!» – мысленно огрызнулся Фэнбао, вырывая руками куски породы из стены.

Зря не сожрал тогда этого баоцзы! Ел бы сейчас нежное человечье филе в горах, а не сухие свиные уши в штольне!

* * *

Работники, что трудились тут дольше, были неразговорчивые. Глаза у многих почернели, лишившись белка и радужки, но им было всё равно, словно в них не хватало какой-то детали, отвечающей за страх и волнение. Оживились они лишь раз, когда надсмотрщик принëс тощую стопку писем от их семей.

Письма все были одинаково безыскусные, полные ошибок и помарок: деньги получили, как-то прокормились, все живы и здоровы. У кого-то дочка вышла замуж, у кого-то брат устроился в богатый дом, чей-то деверь придумал ходить по деревням точить ножи. Скука. Но для них это была драгоценность. Значит, не зря они старались, не зря долбили камень и рыли землю.

Правда, в ответ они вряд ли писали о том, что тут происходит: в какую-то из ночей, что Фэнбао провëл в поместье, троих работяг подняли и увели. Никого это не смутило: кто спал, кто играл в кости – ни одна вшивая башка не повернулась. И выбранные шли покорно, будто зная, куда их ведут.

– Что это было, дядюшка? – спросил Фэнбао, подсев к высокоскулому старику, постоянно листавшему какую-то маленькую засаленную книжонку. – Эти люди в чëм-то провинились?

Старик глянул на него исподлобья, недовольный, что его оторвали от чтения.

– Наоборот! Им не нужно больше махать киркой. Они себя проявили, их теперь либо будут тренировать как воинов, либо пошлют разбирать горный завал. Им дадут новую жизнь и новую силу, ты разве не за этим тут? Вот и старайся, чтобы тебя тоже забрали.

О, Фэнбао рад был постараться!

На следующий день он и десятой доли своей силы не выпустил, а к нему уже сбежался народ, смотреть на чудо: демон роет землю когтями и рогами! А ведь только недавно был человеком!

Щербатый Ли тоже от него не отставал! Кряхтя, выворачивал целые валуны. Решил, наверное, что братец Хуань его подначивает.

Не удивительно, что ночью за ними пришли.

– Поднимайся, – гавкнул сверху надсмотрщик, и Фэнбао сонно заморгал, якобы пытаясь понять, где он.

– Что… завтрак? – промычал он, увернувшись от пинка под рёбра.

– Поднимайся. Переводят тебя в другое место.

Ли, только что проснувшийся рядом, бросил на Фэнбао испуганный взгляд, но ничего не сказал, прижал к груди узелок с пожитками и смирно последовал за надсмотрщиком.

* * *

«Другое место» оказалось глинобитным сараем на задворках усадьбы. Войдя в холодную, липнущую к коже темноту, Фэнбао уловил исчезающий запах пшеничного зерна. Большего разобрать не вышло, запах пшеницы давно забила гнилостная вонь крови, дерьма и рвоты. В полутьме едва можно было разглядеть ряды каменных столов. Над некоторыми нависли тени: то ли люди, то ли духи загробного мира.

Фэнбао почувствовал, как тошнота подкатывает к горлу. Впервые за всë это приключение он… нет, не испугался, вот ещë! Просто пришëл в лëгкое волнение, только и всего. Ведь знал, что происходит, а всё равно сунулся…

Словно в ответ на его мысли, из дальнего конца зала раздался нечеловеческий горловой крик.

Щербатый Ли вздрогнул, в ужасе обернулся к Фэнбао, покосился на дверь.

– Братец Хуань…

– Ты же хотел идти до конца. Вот и пойдëм до конца. – Он похлопал Ли по плечу. – Я что-нибудь придумаю.

– Это ваш новый дом, доходяги, – усмехнулся надсмотрщик. – Великая милость господина!

– Хм-м. – Фэнбао потëр подбородок. – А скажи-ка, братец, сам ты еë удостоился?

– Тех, кто удостоился, тут больше не держат, они нужны в других местах.

Он подтолкнул Ли к свободному столу с краю.

Ли отступил было на шаг, но, не дождавшись окрика, вскочил вдруг на стол, лëг, вытянувшись в струнку, и безропотно позволил себя приковать. Фэнбао, помедлив, лëг на соседний стол.

Факелы отбрасывали на стены и потолок причудливые скользящие тени, и ему казалось, что он видел их уже в долгом сне, тянущемся, как кисель. Сон проваливался сам в себя, его тошнило самим собой, а вокруг тени, шёпот…

Как это было в тот, первый раз? Они с Ван Сиюем подрались, тот смог как-то спутать его лентой с заклинаниями, вонзил меч в грудь… А что потом? Что было потом?

Шаркая, подошëл какой-то старик с узким, бледным лицом, с неряшливым седым пучком на голове. Зашуршал тканью, поднял повыше тонкую, длинную, как волос, золотую иглу…

Фэнбао сглотнул, закрыл глаза.

Первый укол – вниз от щеки, у самого левого уха – в