Тирания бабочки - Франк Шетцинг

– Ну уж так много чести я бы тебе не оказал, – проворчал Фиббс.

– Не я застрелила твоего коллегу.

– Нет, ты-то ягненок невинный.

Эфиопка продолжала смотреть на Д.С.:

– Хотите верьте, хотите нет, все происходило в интересах предприятия.

«Какие белые у нее глаза. А радужка – как темный янтарь». Д.С. откашлялся и смотрел прямо перед собой:

– Не мне об этом судить.

– Она шлюхи кусок, – прошипел Фиббс. – И поверь мне, Дональд Скотт, как раз я-то могу судить об этом.

– Погрузочная платформа!

– Что?

– Погрузочная платформа. – Японец сидел за рулем и объявлял остановки, как в подземке Нью-Йорка. – Въезд во двор.

Дорога поворачивала налево.

– Восточная посадочная площадка.

– Что это значит? – спросил Фиббс. – Все выходим?

– Я восстанавливаю топографию фермы. Этот блеск сбивает с толку, размывает все пункты остановки. Сейчас мы будем ехать от центра в сторону рефрижераторной.

– А если мы просто въедем в эту штуку?

– Понятия не имею, насколько она стабильна.

Среди кубов и башен шла волнами мерцающая почва. Большинство объектов стояли далеко друг от друга, так что «мерседес» мог проезжать беспрепятственно, правда, при этом могли сломаться несколько филигранных структур, торчавших из земли, как мини-горизонты. Потом дорога из перегноя описала кривую, и Кенни довольно протрубил:

– Посадочная площадка средней оси. Мы снова вышли на курс. И приблизительно здесь – вот сейчас – сейчас точно мы, должно быть, пересекли аллею между посадочной площадкой и парком. Хорошо, хорошо! Через парк. Мы практически тут, я уверен. – Он остановил машину у развилки буквой У. – А здесь была задняя терраса. Определенно. Если здесь был господский дом, он был прямо у нас перед носом.

Они вышли. Затихающий звук мотора показался Д.С. вульгарным и неуместным в этой обстановке, которая странным образом казалась нетронутой и в то же время спланированной до мелочей. Установилась убедительная тишина. Не было далекого гула автодвижения, не гудели самолеты на высоте нескольких миль. В их отсутствие проявилась вездесущность шумов человеческого происхождения. Если это результат нашествия, надо удостоверить его величие и великолепие, но, может, тут недостает сознательного инициатора. Мир полон природных явлений, из которых люди ошибочно сделали вывод о конструкторе: шестигранные колонны острова Стаффа, линии в пустыне Наска, подводные пирамиды Йонагуни, рост кристаллов – могли ли быть и эти сверкающие формации просто результатом космического посева, случайного выпадения? Однако дороги и ангароподобные купола говорили против этого настолько однозначно, что у Д.С. при мысли об этом волосы вставали дыбом. И вдруг у него возникло отчетливое чувство, что кристаллический ландшафт прячет свою истинную природу.

* * *

Квантовые компьютеры исчезли. Ничего другого Элинор и не ожидала, имея перед глазами H.O.M.E., бортовой компьютер «Вечности», и Эльмар-453 рассказывал, что стал крестным отцом новой формы A.R.E.S.а – в виде леса из стройных, правильной формы колонн, в которых что-то таинственно посверкивало и мигало. Однако если ей когда и казалось, что она заглядывает в живой мозг, то перед лицом сети, сплетенной из того же кристаллического материала, как наверху: он тянулся между полом и потолком через все залы и иллюминировал их из глубины самого себя – свободно парящие клетки и синаптические узлы, связанные разветвленными щупальцами, которые поразительно напоминали плазматические отростки, настоящие дендритовые деревья, соединенные в единую гигантскую нейрональную корневую систему. Полупрозрачные мембраны окружали каждый узел и позволяли схематично узнать сложную внутренность, по которой течет свет или потоки частиц, испускающих свет. Элинор – в удивлении перед лицом структуры потрясающей красоты – чувствовала себя пойманной в ловушку ассоциаций. Слишком просто было разглядеть в этом мозг. Без сомнения, это был он. Это A.R.E.S. – однако так же мало, как Солнечная система повторяет строение атома, так и эта непостижимая сеть просто лишь подражает мозгу. Сходство может быть таким же разительным, как между структурами самого большого и самого маленького. Куда более глубокая тайна овевала зал, открытый глазу, но скрытый от интеллекта, который способен видеть исключительно то, что он где-то уже видел, и делать из этого ложные выводы. С таким же успехом, как эта структура притворялась мозгом, она могла бы явиться экзотическим бурьяном, люминесцирующей плесенью или монструозным лишайником. Если бы не было проходов.

Их меньше. Старый серверный зал был сегментирован по образу классической сети улиц и переулков, здесь же один-единственный широкий коридор вел прямиком от лифта до противоположной стены, вдоль которой должна была проходить балюстрада. Может, она есть и сейчас, но с большого расстояния приходит лишь бесконтурное мерцание – невозможно сказать, что именно там есть. Если Элинор не обманывает восприятие, от среднего прохода разбегаются несколько тропок. Как бы это ни было странно и запутанно, это все же подняло ей настроение. Путь на другую сторону был свободен. К контрольному помещению, если оно еще существует.

– Это действительно A.R.E.S.? – спросила Пилар с непривычным благоговением.

– Смертельно точно, – кивнула Элинор.

– Такое впечатление, будто заглядываешь прямо в голову.

– Это не мозг. Это все равно что все люди встали бы друг на друга, чтобы изобразить огромного человека.

– Самоподобие, – рассуждала Пилар. – Фрактальная структура. В природе это почти всегда имеет смысл.

– Мы ведь даже не знаем, из чего это здесь состоит.

– Нет. – Пилар пошла к машине. – И знаешь что? Мне на это и наплевать. Давайте завоевывать контрольное помещение.

Завоевывать – в этом слове взметнулось мрачное пророчество. Наверняка Пилар этого не хотела, однако уверенность Элинор получила хороший удар и пригасла. С напрягшимися плечами она сидела на пассажирском сиденье, а «мерседес» громыхал из кабины лифта на протяженную аллею, которая делила все сплетение, словно расступившееся Красное море.

* * *

Д.С. поглаживал бороду.

– Хорошо, что мне делать?

– Приблизительно тут, – Кенни показал на формацию, которая выглядела как застывшие скачки на графике, – должен быть вход в господский дом. Где-то в этих местах должны сохраниться следы фундамента. Вход важен, потому что там есть доступ к нижним уровням и к контрольному помещению. Но я не могу поклясться, что это действительно было точно там. Мое предложение: мы разделимся и будем обыскивать всю территорию. Как только кто-то из нас наткнется на лифтовую шахту или лестничную клетку, мы подумаем, как проникнуть внутрь.

Фиббс ради пробы поставил ступню на край кристаллической почвы, которая граничила с дорожкой. Сделал пару шагов в мерцающий ландшафт и обернулся.

– Lucy in the sky with diamonds[21], – улыбнулся он. – Слегка пружинит. И немного потрескивает.

– Но держит?

– Вроде бы да. – Детектив прищурил глаза. – Сверкает неистово. – Он нагнулся и погладил почву. – Надо сказать, она холодная. Твердая, как стекло. Но на ощупь как пластик.

Д.С. посмотрел в сторону машины. Там на заднем сиденье Грейс корчилась в