Тирания бабочки - Франк Шетцинг

– Ким Чен Ын с виду тоже очень милый. – Пилар остановила «мерседес». – Так, и что будем делать с этим?

Они доехали до задней стены. По всей ее поверхности тянулась сеть из узелков и щупалец, распространяя перламутровый блеск. Позади них просматривались несомненные контуры балюстрады.

– Кажется, все еще здесь.

– Огнеметы? – спросила Элинор.

– Посмотрим, что будет.

Они открыли дверцы и вышли, не делая резких движений. По обе стороны от них простирался гигантский мозг, или как его еще назвать, до самой стены, укоренившись в потолке и в полу. Здесь не было серьезной перестройки, только новая мебель. Пилар прошла к багажнику машины, открыла его, вручила Элинор один из цилиндров, а другой закрепила у себя на спине. Ничто не делало попытки прыгнуть на них или изгрызть.

– Они нас вообще заметили?

– Если и заметили, им на нас начхать. – Пилар закрыла водительскую дверцу и подошла к светящейся нейронной сети, которая свисала, как многослойный пористый занавес.

Теперь он был так близко, что она могла рассмотреть в материале что-то вроде текстуры: тесно сплоченные, размером с ноготь, детальки, как рифленый, мутный горный хрусталь, с зазубренными краями и посторонними включениями вокруг светящегося, слабо пульсирующего центра. Она мягко провела большим пальцем по поверхности. Ощутила текстуру. Похоже на рифленое стекло. Каждая деталька слегка выпуклая. Строительный материал застывший, но не холодный и на самом деле не такой, как стекло, больше похож на искусственное вещество, даже темперированное, как она с удивлением обнаружила. Она положила всю ладонь на выпуклость профиля и ощутила тепло, исходящее от него и проникающее в руку.

– Прямо как кипящий желатин, – сказала Элинор.

– Точно. – Пилар отняла ладонь. – И немного розами отдает, тебе не кажется?

– Скорее, малиной.

Пилар присела на корточки. Сплетения аксонов и дендритов пропускали взгляд, и, к ее радости, позади них вверх к балюстраде вилась стальная лестница. Когда она повернула голову, чтобы заглянуть снизу через колосниковую решетку прохода, на нее сверху уставилась одна из стеклянных вшей на расстоянии в две ширины ладони от ее лица. Ничего нельзя было прочитать в ее черных глазах. Через секунду ожидания и зондирования эта тварь снова предалась своему загадочному занятию. Передние лапки часто поднимались и опускались – хватательные инструменты, подвижные, как человеческие руки, – из них на кристалл капала жидкость, явно производимая этой тварью, лапки проводили по бороздкам и что-то оттуда извлекали, слишком крохотное для опознавания. Пилар напряженно всматривалась сквозь плоский профиль решетки. Все-таки, без сомнений, – очертания, размеры – это был проход.

– Контрольное помещение там, дальше.

– Но как мы туда попадем? – Элинор отступила на шаг и оглядела плетение. – Не повредив эту структуру?

Пилар надавила на одну из ветвей, просверлила пальцем.

– Почти неэластично. Не просунуться.

– Значит, разрушать.

Это могло означать нападение на A.R.E.S.. Если это образование и есть A.R.E.S., по каким бы причинам он ни давал себя почесывать этим листовым вшам, последствия трудно было предвидеть. Еще пока она раздумывала над этим, двое стеклянных насекомых подбежали, обследовали то место, которое она продырявила, опрыскали своими выделениями и растерли. Пилар присвистнула.

– Какой быстрый сервис.

– A.R.E.S.у вряд ли понравится, если мы его повредим, – сказала Элинор.

– Да уж. Так, как он озлобился на его отключение… – Пилар сняла с пояса свою рацию и вызвала Кенни. – Эй, самурай, это мы. Вы там, наверху, продвинулись?

– Пилар? – В рации шумело и гудело. Голос Кенни звучал прерывисто и словно из далекого далека. Многократные обходы давали о себе знать, но сигнала хватало, чтобы обменяться самым необходимым. – Мы до сих пор не нашли никаких признаков, что здесь хоть что-то было. А вы?

– Все на месте. – Она поймала его в кадр. – Мы исследуем структуру дальше, чтобы проникнуть внутрь каким-то терпимым образом.

– Вас понял. Кто что найдет, сообщите.

– От Эльмара есть что-нибудь?

– Нет. Тот где-то за семью горами. Пока.

* * *

По прямой они взяли курс на горный перевал Юба, однако уже через две минуты Лютер подался вперед и положил ладонь на плечо Эльмара.

– Стоп. Тут внизу что-то есть.

Эльмар уменьшил скорость:

– Что ты там увидел?

Перед ними сверкало озеро с зубчатыми краями. Низина Скотта, искусственно созданный резервуар, которую заполнил текущий с востока Олений ручей. Что было примечательно уже потому, что плотина стояла невредимой. Кроме того, она была, судя по всему, в безупречном состоянии: ее не захватили никакие растения, в ней не появились трещины или промоины. Никто не произнес это вслух, но эта мысль так и стояла в воздухе: живут ли здесь люди?

Лютер подумал о ферме. Ухоженные тропинки, посыпанные перегноем, в Сьерра-Вэлли. Кто или что бы здесь ни пребывало, оно сохраняет кое-что из прошлого, но с какой целью?

Внезапно он увидел под деревьями близ плотины какое-то движение. Верхушки деревьев шевелились, роняя тени. Какая-то фигура выпрыгнула на узкую береговую полоску рядом со стеной плотины и тут же снова скрылась под защиту леса. Все это произошло с крайней быстротой – очертания этого существа промелькнули по сетчатке Лютера, но он не мог бы поклясться, что действительно видел его.

– Здесь люди, – тут же сказала Рут. – Это же был человек, так?

Джейрон ощупывал свой подбородок:

– А вы уверены?

– Да, – сказал Эльмар. – Тут что-то было.

Глиссер неподвижно завис над водоемом.

– А сейчас?

– По крайней мере, на дамбу мы не сможем приземлиться.

– А вон там можем. – Джейрон указал на маленький полуостров на северной стороне, милях в полутора от них. Часть береговой полосы была свободна от зарослей, природный пляж из гальки и глины.

Рут посмотрела на Лютера:

– А нравится ли нам эта идея?

– А это еще играет роль? – Он попытался улыбнуться – уже потому, что в последнее время для этого не было повода, просто чтобы снова занять работой эту часть лицевых мускулов. – Само наше пребывание здесь – уже не хорошая идея.

– Проголосуем, – сказал Эльмар. – Кто за приземление?

Победило любопытство. Может, и надежда встретить человеческое существо, как будто в большинстве случаев это не становилось для первооткрывателей всех времен злым роком. В облаке пыли, земли и листьев они сели. Влажный воздух ворвался к ним через поднятую вверх дверцу, как будто внутрь хлынула горячая вода.

– Мне нужно оружие, – сказал Джейрон.

Эльмар фыркнул от смеха:

– Перебьешься, старик.

– Мы в диком месте. Мне, может быть, придется отбиваться.

– Уж мы тебя отобьем как-нибудь, – сказал Лютер.

– Ну, – поддакнула Рут. – Причем до последнего дыхания. Твоего, разумеется.

Великан вздохнул, словно в смиренном понимании, что с детьми бессмысленно вести разумные разговоры. Галька скрипела у него под