Блистательные - Стивен Бакстер

Это и стало причиной ужасных разногласий, которые разрушили жизнь Мары и бесчисленного множества других беженцев.

— И теперь, — говорилось в сообщении Фьючерити, — они зачищают последние анклавы Идеократии в Ядре.

Как мир Мары.

— Да. Идеократия мало что может сделать, кроме как начать тотальную войну. Что касается нас, — продолжал Фьючерити, — Экклесия просто пытается сохранить мир. Благодаря своей вере служители Экклесии и ученые имеют связи, которые пересекают новые, меняющиеся политические границы. Майкл Пул, вера Друзей Вигнера никогда не была легальной в рамках Коалиции, но она распространилась по всей Галактике и по-своему объединила человечество. Она пережила падение Коалиции. Сейчас, несмотря на нашу раздробленную политику и даже несмотря на то, что сама вера раскололась снова и снова, она по-прежнему объединяет нас — или, по крайней мере, дает нам пищу для разговоров друг с другом. И обеспечивает моральный и цивилизационный центр в наших делах. Если бы не сдерживающее влияние веры, для большей части человечества падение Коалиции было бы гораздо тяжелее.

Судьба Мары была тому примером. Для обеспечения относительно безопасного прохода беженцев Идеократии из Ядра использовались дипломатические связи вигнерианцев. Таким образом, в местах, подобных базе 478, беженцев, таких как Мара, передавали от одной власти к другой, следуя по цепочке убежищ из Ядра к их новым домам в отдаленных мрачных уголках приграничья.

Пул, казалось, относился к этому цинично. — Услуга, за которую вы, без сомнения, берете солидную плату.

Фьючерити был уязвлен. — Мы не богаты, Майкл Пул. В основном полагаемся на пожертвования паломников, которые помогают нам выжить. Нам приходится взимать плату с беженцев или их правительств за проезд; в противном случае мы сами впали бы в нищету.

Но Пула это, похоже, не убедило. — Паломники? И что же эти паломники хотят увидеть на базе 478? Усыпальницу великого мессии? Это я? Вы откопали мои кости? У вас есть какой-нибудь невнятный манекен, с которым я прыгаю по памятнику и выпрашиваю наличные?

Фьючерити попытался опровергнуть это: не в буквальном смысле. Но в обвинении Пула была доля правды, подумал он с неловкостью. Конечно, тело Пула было потеряно, когда он провалился в червоточину во времениподобной бесконечности, и поэтому он был спасен от позора стать реликтом. Но по мере того, как развивалась вигнерианская религия, Экклесия организовала несколько экспедиций на Землю и вернулась с такими сокровищами, как кости отца Пула Гарри…

Пул, казалось, знал все это. Он посмеялся над замешательством Фьючерити.

Капитан окликнул их. Они прибыли на Три кило, и Тахгет в своей прямолинейной, испытующей манере сказал, что его пассажирам, возможно, понравится открывшийся вид. Пул был очарован скоплением звезд на Три кило. Для Фьючерити эти звезды в спиральных рукавах, рассеянные и старые, были тонкой завесой, которая едва отвлекала его от ужаса, скрывающегося за темнотой.

Но они были здесь не для того, чтобы увидеть звезды.

Пул указал пальцем. — Что это, во имя Леты?

На фоне звезд трехкилопарсечного рукава быстро перемещался объект. Силуэт был темным, его форма сложной и неправильной.

Пул был очарован. Может быть, астероид — нет, для этого он слишком негладкий. Тогда ядро кометы? Я провел некоторое время в поясе Койпера, поясе ледяных спутников на окраине Солнечной системы. Строил там космические корабли. Большая работа, долгая история, и теперь, полагаю, все они исчезли. Но многие из этих объектов Койпера были такими же: миллиардолетние скульптуры из инея и льда, нагроможденные в темноте. Бессмысленно красивые. Так это объект Койпера, отделившийся от какой-либо системы? Но для этого он выглядит слишком маленьким.

Фьючерити снова был поражен живостью ума Пула, открытостью его любопытства — и это была всего лишь неполная виртуальная реальность. Он с тоской подумал, каково было бы встретиться с настоящим Майклом Пулом.

И тут Пул увидел это. — Это корабль, — сказал он. — Корабль, покрытый шпилями, выступами, контрфорсами и резьбой, совсем как наш собственный "Вежливый запрос". Корабль, похожий на собор в стиле барокко. Я думаю, он приближается к нам! Или мы приближаемся к нему.

Фьючерити сразу понял, что он был прав. Он почувствовал смутное возбуждение. — И — о! Вот еще один. — Он указал. — И еще один.

Внезапно по всему небу появились осторожно сближающиеся корабли. Каждый из них был уникален. Хотя было трудно судить о расстояниях и размерах, Фьючерити смог разглядеть, что некоторые из них были больше, чем "Вежливый запрос", некоторые меньше; некоторые были примерно цилиндрической формы, как "Вежливый запрос", другие были сферами, кубами, тетраэдрами, даже тороидами, а некоторые вообще не имели заметной регулярности. И все они щеголяли яркими наружными особенностями, ничуть не менее эффектными, чем у "Вежливого запроса". Там были огромные ковшеобразные рты и гигантские расширяющиеся выхлопные патрубки, тонкие шипы и толстые стрелы, а также шарнирные рычаги, которые изящно двигались взад-вперед, как ножки насекомого. У некоторых кораблей даже были обтекаемые крылья, плавники и гладкие носы, хотя ни один из них не выглядел так, как будто мог пережить вход в атмосферу. Эти мерцающие скульптуры парили по всему небу.

Пул сказал: — Прямо карнавал какой-то. Посмотри на все это дерьмо: колючки, шипы, сети и плавники. Похоже, что все это прилепил какой-то мальчишка-великан, мастерящий игрушечные космические корабли. Не могу поверить, что от большинства этих деталей есть какая-то польза.

Фьючерити сказал: — К тому же это уродливо. Какой беспорядок!

— Да, — сказал Пул. — Но у меня такое чувство, что мы не те, на кого это должно произвести впечатление. — Он указал пальцем. — А этот выглядит так, словно хочет стать немного более интимным, чем остальные.

Из толпы вынырнул огромный корабль и приблизился к "Вежливому запросу". Это была грубая сфера, но ее геометрия была почти скрыта фантастическим корпусом из металла, керамики и полимеров. Двигаясь с невероятно медленной грацией, он приблизился к "Вежливому запросу", который пассивно ждал.

Наконец сложная масса большой сферы заслонила большую часть обзорного зала. За окном заскользили джунгли сопел и штанг. Фьючерити смутно подумал, насколько близко она приблизится, прежде чем остановится.

И тут он понял, что она вообще не собирается